Чтение онлайн

– Извини. Все играю, стараюсь обеспечить что-нибудь на будущее, когда мы сделаем скачок отсюда.

– Ты правда веришь, что мы его сделаем?
– Локри поднял тонкую бровь.

– Вийя так говорит - а она пока своих обещаний не нарушала.

– Это она, похоже, сдержать не сможет.
– Он отнял руку от дипласта и потер глаза.

– Ну а что этот Иксван, которого нанял Брендон? В новостях говорят, что в Белом Южном он был первый сорт.

– Говорить он мастак. Заставил меня повторить всю бодягу с самого начала и сказал все, что полагается, насчет того, что мы добьемся правосудия. Но бывшему рифтеру особенно не на что рассчитывать, когда вокруг нас развели такую шумиху, - так что вряд ли он долго продержится на ринге.

– Да уж, - фыркнула она.
– И на Панарха ты тоже не особо рассчитываешь. Ты пессимист похуже Вийи.

– Она реалистка, как и я.
– Он побарабанил пальцами по столу.
– Давай лучше поговорим о другом. Расскажи, как вы летали к Пожирателю Солнц.

– Ладно, - удивилась Марим.
– Только ведь Вийя и Монтроз уже были у тебя после возвращения.

– Были - Вийя два раза, а Монтроз один. Но они только и делали, что прочесывали мои воспоминания четырнадцатилетней давности, в точности как Иксван,

Марим надоели бесконечные разговоры о процессе, но тут она ощутила проблеск интереса.

– Ну и как, нашли они что-нибудь? С Монтрозом я теперь почти не вижусь, а из Вийи, сам знаешь, слова не вытянешь.

Локри устало покачал головой.

– Только то, чего я не мог понять с самого начала: случайные акты насилия не влекут за собой уничтожения банка данных, принадлежавшего жертвам, - да еще такого искусного, что следов не найдешь.

Марим присвистнула:

– Видать, твои родичи были шишки крейсерского класса.

– Ничего похожего. Кендрианы - всего лишь младшая ветвь Вакиано...

– Кораблестроители, - пробормотала Марим. Каждый рифтер хоть раз в жизни пожелал, захватил или украл вакиановскую яхту.

– Мы к их делу отношения не имели. У нас была лицензия от Консилиума Внешних Дел на проведение научных экспедиций. Никаких яхт - только исследовательские корабли, оснащенные техникой, которую Флот и настоящие приграничные исследователи сочли бы устаревшей.

– Так, может, они наткнулись на что-нибудь новенькое?

– Все, на что бы они ни наткнулись, поступило бы в ДатаНет еще до их возвращения домой, - нетерпеливо прервал Локри.
– Лицензия предусматривала прямой кодированный ввод с первого же по курсу Узла. Так всегда и делается.

– Но в их компьютере должно было что-то остаться. Ты не проверял?

– Само собой, - щелкнул пальцами Локри.
– Как только пришел домой и нашел их мертвыми. Провел поиск вне домашней системы - ее уже очистили - и обнаружил, что все их средства были переведены на мое имя. Тут-то я и понял, что меня подставили.

– А ты не пробовал выяснить, кто?

– Еще как пробовал - когда только мог.
– Локри поколебался и сказал: Как-то вечером, надравшись больше обычного, я рассказал об этом Маркхему, и он тоже попробовал. На свою прибыль от первого налета на Хрима мы купили у программиста червяка - хтона девятой степени.

– Вот оно что! Я не знала, что рифтерский червяк может копнуть так глубоко. Ты потратил на это всю свою долю, а мне ничего не сказал.

Марим притворилась обиженной, но Локри этого как будто и не заметил. Он встал со стула и принялся расхаживать по своей клетушке - Марим поняла, что это уже вошло у него в привычку.

– Конечно, не сказал. Да и зачем? Мы выяснили немногим больше того, что я уже знал. В основном то, что все студенты, участвовавшие в том рейсе, потом погибли или пропали без вести. А чистюли чуть нас не засекли. На такой глубине в ДатаНете так же опасно, как и в Рифте: приходится двигаться ощупью. Чтобы найти улики, которые еще могли сохраниться, нужен программист получше нас.

"Такой, как Вийя", - подумала Марим, но вслух ничего не сказала. Незачем вселять в него ложные надежды. Вся эта болтовня о свидетельствах и уликах - сплошная потеря времени. Легальными методами им Локри не освободить. Марим сменила тему.

– А сестру свою ты так и не видел?

Локри угрюмо сжал губы.

– Нет.

– Ты знаешь, что она пропала?

Локри вскинул голову, распахнув серые, как море, глаза.

– Как пропала? Она что, мертва?

– Да нет же, просто исчезла. Чистюли сплетничают, что Архон, с которым она жила, сперва пыхтел, что твой двигатель в суперкритическом, а потом и думать о ней забыл - или вид такой делает. Теперь он связался с мальчишкой Харкацусом, у которого папашу подставили как главного заговорщика. Об этом много толковали перед нашим отлетом на Геенну.

Локри метался взад-вперед, словно зверь в клетке.

– Что бы это значило?
– пробормотал он.

– Может, ей просто надоел этот паскудный Архон, вот она и ушла к другому. Слухи ходят, что против него лучше не возникать и что руки у него длинные. Если так, то понять ее можно, правда?

Локри прервал свою беготню и плюхнулся на скамейку, запустив пальцы в длинные черные волосы.

– Не могу я мыслить связно. Расскажи мне о Пожирателе Солнц. Какой он?

Марим, чтобы развлечь его, пустилась в долгое повествование. Пересыпая свою речь самыми ненормативными эпитетами, она рассказала о путешествии "Телварны" в систему Геенны на борту "Грозного" и о том, как крейсер перед своим возвращением на Арес запустил их в Рифт.

– ... Рыжик по дороге положил глаз на десантницу, а эйя вконец спятили. Смехота - я жалела только, что вас с Жаимом нет. Короче говоря, после пары убийственно долгих вахт старый мудак Омилов засек-таки что-то. На вид это было как тусклая красная звезда С каким-то странным спектром и без рентгеновских лучей.

– Почему странным?
– заинтересовался Локри.

– Так Омилов сказал. Оказалось, что бинарий черной дыры с фрактальным спектром размерности одна целая семь десятых.

На лбу у Локри прорезалась складка, и он мотнул головой. Марим посмотрела на него с любопытством, но он только рукой махнул - продолжай, мол.

– Тут он и говорит - прямо как по-писаному: "Ни один, говорит, известный процесс не имеет такой спектральной метки. Это значит, что мы нашли Пожиратель Солнц". Тогда мы расставили сенсорный ряд - чуть двигатель не спалили, пока скакали, - и получили довольно четкую картинку. Прямо красота: газы текут от красного солнца в соседний диск и переливаются всеми цветами радуги - от красного по краям до ярко-белого в центре, где они уходят через горизонт превращения в черную дыру. А на внутреннюю часть накладывается какая-то рябь - Омилов решил, что это Пожиратель Солнц делает. Ну уж такой хреновины, как это паскудство, я в жизни не видала сплошные трубы, завязанные узлом. Насколько можно было разглядеть, конечно.