Верхний Ист-Сайд
Шрифт:
– Не думаю что тебе можно алкоголь, - врывается в мои мысли знакомый до боли голос и я тут же оборачиваюсь, чувствуя как ёкает сердце.
– Ты опоздал, - смеюсь я и Джек садиться рядом.
– Ого.
– Что?
– спрашиваю я.
– Это первый искренний смех за несколько недель.
– Я тут же меркну.
– Не думала что ты ходишь в такие места, - перевожу тему я.
– Встречался кое с кем... послушай, Клэр....
– Нет, сначала я, - решаю я, чувствуя как внутри всё переворачивается. Я поняла почему не могу ответить Адаму.
– Адам предложил мне...
– Я знаю, точнее я видел... пару минут назад, - перебивает меня он. Должно быть он видел как Адам целует меня в щёку.
– Не знаю почему, но я не могу ему ответить ему, пока ты мне не ответишь. Ты сказал, чтобы я дала тебе знать если... если люблю тебя, но Джессика видела тебя вчера с Дианой, - я качаю головой.
– Зачем ты это делаешь? Как я могу верить тебе если ты сразу уже уходишь к ней? Ты ведёшь себя так...
– я замолкаю.
– Как я себя виду?
– Так будто просто играешь со мной, так будто я для тебя всего лишь отвыкающий манёвр, способ позлить Диану.
– Я так сильно боялась этих слов что даже не думала о них, но сейчас всё должно решиться для нас обоих.
– Будто ты хочешь, чтоб я была несчастна.
– Нет, Клэр, я хочу, чтобы ты была счастлива.
– Но, - заканчиваю за него я, то что он сам не может сказать.
– Но ты права. Это была просто игра.
– Я резко вдыхаю воздух, чувствуя как нос начинает щипать от наступающих слёз. Что он сказал?
– Мы с Дианой и вправду расстались, но...
– Ты сказал что любишь меня, - дрожащим голосом приговорила я.
– Я бы хотел, чтобы это была правдой, но к сожалению, я ничего к тебе не чувствую. Я всегда любил и буду любить только её. Тебе с ней не сравниться, - говорит он с сожалением, а мои глаза уже запеленали слёзы.
– Зачем ты это делал?
– не в состоянии поверить этим словам, спрашиваю я качая головой.
– Мне нужно было привлечь внимание Дианы, мне нужно было её вернуть, но я заигрался.
– Джек смотрит в пол, не на меня, неужели ему стыдно?
– Прости, - подняв на меня глаза сказал он - Ты хорошая девушка, Клэр, но для меня ты ничего не значишь. Так что сохрани своё сердце для того, кому не плевать.
– Спасибо за правду, Джек. С днём благодарения, - выдавливаю я из себя спрыгивая со стула и, утерев слёзы, бегу к выходу чувствуя, как внутри всё разрывается на мелкие кусочки.
Всё было ложью, абсолютно всё. Каждое слово, каждый взгляд, каждое касание...
Помню, как в самом начале, когда мы с Джеком только познакомились я размышляла о разбитом сердце и думала, что это наверняка больно, но я даже не подозревала как. Разбитое сердце — это хуже всего. Это как будто тебе сломали рёбра. Никто этого не видит, но оно начинает болеть каждый раз, когда ты делаешь вдох.
– Эй, ты куда? Что случилось?
– схватив меня за локоть и развернув к себе спрашивает Адам, когда я уже выбежала на улицу.
– Я видел Джека, что он тебе сказал?
– Правду, - выдавливаю я из себя и на секунду задумываюсь: может Адам тоже играет?
– Оставь меня, я поеду в больницу.
– Я подхожу к дороге, но вдруг останавливаюсь.
Да гори оно всё синим пламенем. Использует, не использует мне плевать.
– Адам, - я быстро подхожу к нему и целую со всей болью что я сейчас чувствую.
– Пока.
Я сажусь в такси и еду в больницу погрузившись в свои мысли и в горячие слёзы обжигающие холодную кожу.
Для всей страны день благодарения - это день, когда все семьи собираются вместе, но даже в этот прекрасный праздник в Верхнем Ист-Сайде не обошлось без лжи и предательства.
Раньше осень была моим самым счастливым временем года, а сейчас самым ужасным.
Глава 39
Неделя, проведённая в больнице, несомненно, пошла мне на пользу, чего я совсем не ожидала. Я поправила своё физическое здоровье, так же как и психологическое. Я полностью пришла в себя и поняла, что если я хочу дожить до показа, мне нужно соблюдать режим сна и приёма пищи.
Я адекватно начала смотреть на вещи после бессонной ночи проведённой в слезах после дня благодарения. Наутро я поняла то, что в моей жизни будут ещё парни такие же, как и Джек, я влюблюсь, сильно влюблюсь, но скорее всего это опять будет провалом, но нужно уметь с этим жить, нельзя позволять одному человеку портить всю твою жизнь, включая твоё здоровье.
Чтобы забыть его и снова начать нормально жить, без чувства отвращения к самой себе, мне нужно было его отпустить. И отпустить Джека оказалось легче, чем я думала. Возможно, так подействовали медицинские медикаменты или я сама смогла перешагнуть этот порог копания в самой себе, но как бы там ни было, я успокоилась. За последние полгода я, наконец, перестала постоянно думать: " а что я сделала не так? Почему Джек так поступил со мной? Потому что Диана лучше меня?". И это большое облегчение перестать копаться в себе и просто жить, не зная тревог.
Мне стало всё равно на Джека и на то, что он мне сказал. Не сразу конечно, но с каждым днём я воспринимала эти слова уже по-иному. Он всё-таки сказал мне правду и это меня радует, потому что лучше уж знать горькую правду, чем всю жизнь жить во лжи, какой бы сладкой она не была.
Я благодарна Джеку за то что у меня была возможность побыть внутри этого мира, хотя мне это не очень понравилось. Слишком много лжи, махинаций и сплетен, слишком много внимания даже для меня. В отношениях с Джеком я много узнала нового, хотя бы о том же самом доверии, о честности друг с другом. О том, что у всех есть прошлое, и время от времени мы к этому прошлому возвращаемся. Только из-за Джека мы с Адамом стали общаться намного ближе и вот во что это обернулось: мы встречаемся.
Я выписана уже как неделю и Адам всё это время спрашивал меня, что же сказал мне тогда Джек, какую правду. Но я молчу, не хочу говорить об этом, это даже унизительно.
– Волнуешься?
– шёпотом спросил Адам, отвлекая меня от просмотра фильма, на который я уже давно перестала обращать внимание.
– Нет, что странно, - также тихо ответила я.
– Завтра самый важный день за всю мою жизнь, а я даже не волнуюсь.
– Потому что ты готова к нему на все двести процентов, - сказал Адам, и я услышала, как он улыбнулся.
– Да, и это тоже странно, обычно у меня всё готово только в последний момент, а не за два дня до самого показа.
– Завтра мой показ, я выпускаю свою первую официальную коллекцию, мне совсем не страшно и меня это очень настораживает.
– Уже поздно, мне пора, - поднимаясь с кровати, говорю я.
– Останься, - предложи Адам, но он прекрасно знает, что я не могу. Мы с ним договорились пока не разглашать то, что мы встречаемся, и на моё удивление об этом пока никто не знает, даже Джек никому не сказал, даже своей любимой девушке.