Чтение онлайн

– Ты уверена?

Школьница кивнула и ткнула пальцем в пол.

– Под нами Петр живет, он со смены придет и Кольку уроет! Ждать недолго осталось, он никогда со службы не припоздняется.

Дверь захлопнулась, я поднялся на один лестничный пролет вверх, хотел закурить, и тут снизу раздался недовольный бас:

– Опять за свое принялся!

Тяжело дыша, на площадке около квартиры Гали материализовался мужик чудовищных размеров. Я, с моим почти двухметровым ростом, смотрелся бы рядом с ним кузнечиком.

Ба-бах! Пудовый кулак стукнул в дверь. Ба-бах!!

Музыка стихла.

– Открывай, урод! – проорал мужик.

Вновь слегка дрогнула дверь соседей.

– Дядя Петя, – пропищала школьница, – Колька с утра буянит! Я простудилась, на уроки не пошла, так голова болит! Аж уши ломит.

– Сейчас, Танечка, я его убью, – ласково пообещал Петр, – не волнуйся, попей чаю с медом и в кровать ложись! Сукин сын! Скотина!

Произнося ругательства, Петр мерно колотил кулачищем по двери. В конце концов ему надоело бесполезное занятие.

– Еще раз шумнешь, отправлю к такой-то матери! – пообещал, слегка успокоившись, мужик и утопал прочь.

На лестничной клетке воцарилась тишина. Я спустился к двери и хотел позвонить, но тут она сама приоткрылась, явив миру паренька, похожего на больного крысенка.

– Здравствуй, Коля, – сказал я.

«Крысенок» подскочил и вскрикнул:

– Вау! Кто здесь!

– Где Галя?

– На работе, – прохрипел Коля, – Петька ушел?

– Вроде да, – кивнул я, – спустился по лестнице.

– Вот гад! – осмелел «крысеныш». – Пусть только еще раз сунется, по роже моментом огребет!

Я сдержал смешок и продолжил беседу:

– Галя скоро придет?

– Вечером. Ларек закроет и припрет.

– И когда это будет?

– Хрен ее знает.

– У твоей сестры ненормированный рабочий график?

– Ага, – согласился Коля, – пока народ газеты берет, она сидит, ей процент с продажи капает.

– А где расположена точка с прессой?

– Сзади метро, – ничуть не смущенный допросом сообщил паренек, – у продуктового магазина.

Я вышел на улицу, добрался до входа в подземку, увидел ряд лавок и три стеклянные будки, предлагавшие газеты с журналами. Оставалось лишь удивляться глупости хозяев ларьков. Зачем тесниться бок о бок с конкурентами и драться за каждого покупателя, если можно отодвинуть, в прямом смысле этого слова, свой бизнес в глубь района и продавать печатные издания спокойно? Если вы решили заниматься торговлей книгами или журналами, то сначала проведите маркетинг, узнайте, в каких московских районах нет подобной точки, и направляйтесь туда, где высокая концентрация потенциальных покупателей.

Пока в голове крутились дурацкие мысли, я брел от одного киоска к другому. Галя обнаружилась во втором. Я сразу узнал красавицу, хоть сейчас на ней не было розового костюма, девушка надела майку и джинсовую куртку.

Я наклонился к окошку и, решив прикинуться своим, весело поприветствовал продавщицу:

– Привет!

Галя оторвала взор от глянцевого журнала и вяло ответила:

– Здрассти. Че хотите? «Бизнес-неделя» уже разобрана.

– И почему вы решили, что я хочу приобрести это нудное чтиво, – не выходил я из роли, – может, я за «желтухой» пришел!

Галя окинула меня оценивающим взглядом.

– Ваще-то, я редко ошибаюсь, – заметила она, – человек еще рта не раскрыл, а я уже знаю, чего он хочет. Вы не похожи на тех, кто «желтуху» любит, но ее все равно нет, разобрали. Там сегодня убойный материал про одного актера, который фанатку изнасиловал. А где мы с вами виделись? Лицо знакомое, но вы не мой покупатель.

– У Маши Беркутовой в квартире, – напомнил я, – вы ведь дружили?

Галя резко нагнулась, вынула из-под прилавка бутылку с газировкой, сделала пару судорожных глотков и нервно ответила:

– Общались! Я ей с мамой помогала, работа у меня посменная, вот и согласилась за Еленой Константиновной приглядывать. Вы знаете, что Маша пропала? Второй день нос домой не кажет. Баба Катя такой скандал закатила, ко мне прибегала, орала: «Немедленно найди шалаву, пусть к матери возвращается! В квартире жить нельзя! Воняет хуже, чем в аду!» А чем я помочь могу? Машка передо мной не отчитывается.

Я вынул удостоверение сотрудника агентства «Ниро» и решительно заявил:

– Галя, Маша умерла!

Газетчица отреагировала неожиданным образом – она порылась в карманах куртенки, вынула резинку, стянула волосы в хвост и сказала:

– Понятно! А когда вернется? Если она вас прислала, чтобы договориться про Елену Константиновну, то ничего не выйдет. Пусть Маня сначала за прошлые разы заплатит. Она мне что обещала в тот день, когда вас выперла? Соловьем пела: «Галчонок, сегодня все сполна отдам и еще накину за задержку!» А сама! И ведь я ей позвонила, напомнила: «Машк, поторопись, сегодня я сидеть до опупения не могу, мы договаривались на недолго, и чего? Ты где?» Она мне в ответ: «Галя! Солнышко! Еще часочек, и я вернусь. Денежки со мной. Выдам тебе премию, купишь себе ту сумочку, красную». Я, дура, поверила! До полуночи ее ждала, а потом обозлилась и ушла.

– Оставили беспомощную Елену Константиновну одну, – не выдержал я, – бросили парализованную без присмотра!

– Так она не убежит никуда, – дернула головой Галя, – она мне не родня, я за деньги за ней следить согласилась, а Машка обманула. Знаете, сколько она мне должна? Короче, я не пойду! Пусть даже и не надеется. Сначала тугрики, затем договариваться будем. Врунья!

– Галя, Маша умерла, – повторил я, – и, похоже, вы были последним человеком, с которым она общалась.

Продавщица вцепилась пальцами в прилавок.

– Как умерла? От чего?

– У Беркутовой случился инсульт, – пояснил я, – Маша упала в кафе, думаю, она не собиралась вас обманывать, при ней нашли крупную сумму денег.

Галина резко захлопнула окошко, повесила на него табличку «обед», потом открыла дверь, подняла прилавок и велела:

– Лезьте сюда.

Я втиснулся в крохотное пространство.

– Садитесь на ящик, – приказала Галя, – она и правда умерла?

Я терпеливо повторил:

– Да! Очень вас прошу ответить на мои вопросы.