Чтение онлайн

Настоящим раем планеты является мегаполис Шайенаар, названный так в честь первого сеферида, вступившего с нъёгами в контакт. Здесь, как и по всей планете, действует запрет на насилие, поэтому все разногласия гости оставляют за пределами планеты. В Шайенааре огромное количество ресторанов и закусочных на любой вкус, отели, хостелы и развлекательные центры. Цены вас приятно удивят! Отдыхайте с миром в настоящем раю!”

Дива скривила лицо. От этой рекламы рая у неё свело скулы, и она едва не подавилась розово-сахарными слюнями. Джад лишь ухмыльнулся и обратил свой взор в окно, на внезапно открывшуюся ширь равнины. Она появилась внезапно, словно кабина монорельса выехала из тоннеля, и теперь пассажиры могли насладиться другими видами планеты Крхаш. По всей равнине небольшими группами были разбросаны деревья, кажущиеся из-за далёкого расстояния низкорослыми, однако Дива точно была уверена, что они столь же высоки, как и их собратья из леса. Кроме деревьев Дива заметила стада пасущихся животных, которыми погоняли мелкие человечки.

– Это и есть нъёги? – спросила она у Джада.

Тот приоткрыл глаза, бросил мимолётный взгляд на фигурки и молча кивнул.

– Прикольные, – сказала девушка.

– Это отщепенцы, – проговорил Джад.

– В смысле?

– Те, кто отказался идти под сеферидов. Они не приемлют тот образ жизни, который навязали им "фиолеты".

– А, свой путь избрали?

– Типа того. У них был свой путь, но прилетели фиолетовые благодетели, которые за сотню лет перемахнули их из каменного века в космическую эру. Большая часть нъёгов пошла на это, но были и те, кто не принял такого быстрого развития. Вот они и кочуют по равнинам. Своего рода "изюминка" для туристов.

Кабина монорельса бесшумно летела над равниной, с каждой секундой приближаясь к единственному городу на планете – Шайенаару. Уже издали были заметны башни мегаполиса, и Дива подумала, что если бы сейчас стояла ночь, то свет от города разливался бы по всей равнине. И, возможно, подумала Дива, те самые отщепенцы с тоской смотрят на этот свет и горюют об утраченном будущем. А если так разобраться, то сефериды у всех украли своё будущее. Да, они подарили невероятные технологии, позволили людям и другим жителям Обитаемой Галактики узнать друг о друге, посещать далёкие звёзды, но взамен забрали свободу выбора. Вероятнее всего, человечество никогда бы не встретило рамъялов и панголинов, никогда бы не вышло за пределы своей солнечной системы и жило бы себе дальше, свято веря, что оно единственное наследие Жизни. С другой стороны, у людей и других уже была своя космическая эра, у нъёгов же только зарождалось общество, и столь резкий скачок, конечно, не мог дать однозначно положительного эффекта.

Джад дремал. Девушка посмотрела на его овальное лицо, умеющее улыбаться так широко и белозубо, что она иной раз думала, что Барбада вовсе не человек. Капитан имел неплохую фигуру, мышцы словно сдерживались смугловатой кожей, на правом плече горело солнце в некотором этническом стиле. Копна волос, собранных в хвост на макушке, довершала образ разбитного, весёлого и всё же опасного капитана. Дива чуть двинула губы в улыбку. Надо же! Этот человек убил мафиозного воротилу целой планеты и спокойно спит сейчас в кабине монорельса. Невероятное везение!

Смотреть на равнину стало скучно, монорельс убаюкивал своим мерным покачиванием, и Дива не заметила, как закрыла глаза.

– За свободу!

Рабы ринулись в свой последний бой, стремясь убить как можно больше песчанников, забрать с собой на тот свет как можно больше врагов.

– РАККАРУ!!! – орали от страха и грохота боя рабы, погибавшие под жгучими лазерными лучами, под шипение минных осколков.

Дива перебежала от одной воронки до другой, прыгнула туда и вжалась в воняющую кислотой землю. За спиной кто-то прохрипел, она резко повернулась. Это был один из рабов, человек, живот которого превратился в месиво. Он смотрел на Диву немигающим взглядом и шевелил губами. Но ей нельзя было тут оставаться, её ждал Раккару. Очередь лучей прошила края воронки, кто-то невидимый закричал сверху, и Дива рванула наружу. Многожильный крупный лучемёт резал пространство между зданием администрации и полем, по которому бежали рабы, рассекая их тела, нагревая воздух своим смертоносным жаром. Однако восставшие продолжали атаку, не считаясь с потерями, ведь смерть для них была всего лишь избавленьем от прижизненных мук. Внезапно близкий взрыв отбросил Диву в сторону, и она упала в какую-то яму. Голова гудела, уши заложило, она практически не слышала грохота развернувшегося сражения. Звуки доносились словно из далека, перед глазами всё плыло. Хотелось просто лежать и смотреть на ядовито-жёлтые облака этого поганого мира. Но внутренний голос заставил Диву подняться, она поползла наверх и увидела стоявшего на краю ямы рамъяла. Его автомат смотрел на неё, его губы растянулись в злобной усмешке.

– Твоя конец, кунча, – просипел он.

Выстрел!

Дива открыла глаза и увидела удивлённо смотрящего на неё Джада. Точнее удивления там и в помине не было, он смотрел с сочувствием.

– Опять кошмар? – спросил он.

Вместо ответа Дива просто кивнула головой, и Джад достал из внутреннего кармана своей жилетки небольшую фляжку, которую протянул напарнице.

– Выпей немного подруга. Твоих друзей стоит помянуть.

Дива с благодарностью приняла фляжку и сделала небольшой глоток. Это был алкоголь, но мягкий, тягучий, словно горячая карамель, от которой в животе стало приятно тепло, а душа, развороченная тяжкими воспоминаниями, стала согреваться.

– Спасибо, капитан, – проговорила она. – Мне легче.

– Вот и славно, – Джад тоже отпил из фляжки. – Мы как раз подъезжаем.

Кабина монорельса начала торможение, постепенно сбрасывая скорость, и через минуту остановилась на вокзале. Приятный компьютерный голос напомнил пассажирам о полном запрете насилия в городе Шайенааре, пожелал приятного отдыха, и двери с лёгким шипением открылись. Вмиг в кабину хлынул поток шума вокзала, где говорил каждый, играла музыка, кричали разносчики еды и напитков, звенели колокольчиками уличные музыканты – и всё это превращалось в единый голос города. Дива даже испугалась, подумав, что к ним в кабину сейчас хлынут потоки всех пассажиров, шум немного оглушил её. Джад, напротив, лишь улыбнулся и протянул ей свою руку.

– Пойдём, подруга. Я покажу тебе мир.

Милеу взяла капитана за руку, и вместе они вышли наружу.

Кругом были все представители Обитаемой Галактики. Не спеша прогуливались ракау – полулюди-полукошки, – держащиеся хвостами друг за друга. Возле статуи, изображавшей сеферида с нъёгами на руках, стояли и о чём-то разговаривали четыре эйлири. Их бледная кожа резко контрастировала с абсолютно чёрными глазами, а тонкие черты их фигур и лиц навевали сходство либо с вампирами, либо с эльфами, про которых Дива не раз слышала от рабов. Их длинные серебристые волосы сияли на ярком солнце, на боку у каждого эйлири висели изогнутые мечи – свидетельство их предназначения. Эйлири были расой воинов, которые чтят мужество, отвагу и верность традициям. Видимо, поэтому они не стали нападать на людей, когда те их впервые повстречали.

Чего нельзя сказать о панголинах – разумных ящерах, ходивших на двух ногах. Это были образцы динозавров, ростом выше человека на голову, имевшие разномастную расцветку чешуйчатой кожи, хвосты и рога. Рога были только у самцов, ну, или мужчин, и количество их определяло статус панголина в их обществе. Один рог означал, что это простолюдин, которого не жалко и сожрать – а панголины были не прочь полакомиться собратьями. Два рога уже показывал, что сей ящер принадлежит касте богатых панголинов. Три – панголин приближен ко двору его величества. Ну, а четыре рога должны были внушать трепет и благоговение перед их обладателем, ибо это был сам Император. Интересный факт об обществе панголинов: если в семье простолюдина рождался детёныш с двумя и более рогами, то его забирали в соответствующую семью. Про родителей ему никто не рассказывал, он жил среди себе равных. Всё это делалось для того, чтобы правящий класс не сокращался. Так вот, панголины действовали по методу "сначала бей, потом думай". Поэтому первая встреча людей и панголинов привела к войне.

Всё началось в отдалённой системе, куда прилетел земной экспедиционный корабль. Сканеры показали наличие инопланетного звездолёта, с которым люди попытались настроить связь. Однако инопланетяне атаковали землян, захватили корабль, перебили почти всю команду, захватив в плен нескольких выживших. Агрессорами оказались панголины. Они отправили на Землю видео пожирания пленных, что, естественно, вызвало бурную реакцию общества. Люди объявили панголинам войну, собрали флот и ринулись в ту систему. Панголины уже ждали землян, началась битва. В огне ядерных взрывов погибло немало с обеих сторон, однако людям в тот момент улыбнулась удача, и ящеры ушли. Война перетекла в вялотекущий конфликт, как и с рамъялами: в открытую конфронтацию стороны не вступали, но если встречались два противника в звёздной системе, то обязательно всё заканчивалось боем и гибелью одного из них. Кроме того, панголины нападали на отдалённые колонии людей, грабили их, забирали землян в свои лагеря. Земляне платили тем же. Сефериды периодически получали жалобы и прошения разрешить данную ситуацию (в основном, от людей), выпускали различного рода предписания, декреты и указы, однако особо действия они не имели. Единственное место, где врагам было запрещено выяснять отношения, был Крхаш, в системе Ткрхыш. Поэтому Джад, увидев, что на него смотрят два панголина, послал им воздушный поцелуй и расплылся в своей фирменной широкой улыбке.

– Ты чего их провоцируешь? – обеспокоенно спросила Дива.

– Не переживай, – махнул рукой капитан. – Пока мы здесь, нас никто не тронет.

– Да, но стоит нам выйти за пределы системы и давай-пока.

– Дива, расслабься и получай удовольствие от прогулки.

Они пошли со всеми прибывшими гостями на станцию фуникулёров, чтобы добраться до нужного ресторана.

Весь город Шайенаар представлял собой лес огромных деревьев, в стволах которых расположились гостиницы, бары, рестораны, развлекательные центры и прочая, и прочая. Применив технологию сохранения природы, нъёги смогли создать настоящий мегаполис, при этом не уничтожив лес. На деревьях так же располагались станции фуникулёров, которые перевозили горожан и гостей по Шайенаару, так как использовать гиромобили было запрещено. Конечно, от такого огромного количества кабинок терялся вид города, потому что воздушное пространство перекрыли тросы, по которым двигались фуникулёры, но смотреть, в принципе, здесь было не на что. Единственная достопримечательность исторического и архитектурного значения находилась где-то на окраине Шайенаара и представляла собой циклопических размеров памятник первому сефериду, вступившему в контакт с нъёгами. На Крхаш прилетали не для осмотра памятников старины, которой здесь и не было, а для отдыха тела и души.