Чтение онлайн

И наконец завершающий штрих. Небольшой выброс вулканического пепла, чтобы на острове появилась плодородная почва.

Весь регион парализован страхом. Береговые города ждут подводного землетрясения, которое называется страшным словом "матаморо". А тем временем Господин И. покупает свеженький, еще горячий остров, щедро платит золотом с затонувших кораблей. Заголовки газет: "Герой или сумасшедший?" Он отвечает толпам журналистов: "Нет, я просто миллионер, ученый по призванию, чудак, влюбленный в вулканы. Я хочу жить на спине этой черной кошки, задремавшей в океане".

Землетрясения не произошло, суетный мир успокоился, потом посмеялся над богатым чудаком, и наконец забыл о нем. А тем временем, втайне от этого веселого беззаботного мира, Господин И. проводит еще одну серию хирургически-точных взрывов в разломе земной коры. Ему надо погасить вулкан в своих владениях, отвести от него потоки магмы, снизить давление. Это совсем не сложно. Новые взрывы открывают другие выходы для подземного порохового погреба, и эти выходы будут пробиты достаточно далеко от островка, купленного Господином И. На дальнем крае тектонического разлома, на океанском дне, тихо, без спешки возводится фундамент будущего рукотворного архипелага. Скоро царство Господина И. станет островной империей. Но пока ему хватает места на бескрайних просторах прошлого. Над потушенным, притихшим вулканом устроен небольшой бутафорский дымок, который иногда вырывается из боковой трещины. Мелкие подземные взрывы обеспечивают периодические небольшие вспышки сейсмической активности вокруг владений Господина И. Пусть люди из внешнего мира ожидают худшего и боятся приближаться к острову.

И наконец последний кадр: люди Господина И завозят коньяк в прошлое, чтобы он там старился несколько веков.

Этим кончается фильм о том, как родился из пучины самый веселый из островов, который хозяева зовут Потешным островом.

Развлечения у нас везде. Прямо перед нами в скале была пещерка. Над ней сияла и переливалась разноцветная надпись, такая яркая, что ее не могло затмить даже полуденное южное солнце:

Оргии длинною в жизнь!

Ремонт/замена изношенных частей туловища за счет заведения.

Попробуй один раз, и в новой жизни ты вернешься к нам.

Оргии конечно не в пещерке, здесь только бюро по продажам развлекательных путешествий в прошлое. Скорее всего, предлагают участие в каком-нибудь пире во время чумы, пока в зал не войдет сама Черная смерть. Если кто и зазевается, не беда, — у нас и не такое лечат.

На двери был экран, с рекламным фильмом. Мой отец хотел показать Рейгу оргию… ну похвастаться, как мы развлекаемся. Но внезапно реклама прервалась, и экран потемнел. Из темноты вырывалась бегущая строка:

" Этот придурок подарил чужаку телепортационное устройство. Неблагодарную тварь звали Змеелов"

Медленно всплыло на экране лицо — и правда довольно глупое, но не лишенное обаяния. Неблагодарная тварь имела нечесаный русый чуб, который свисал на длинный лисий нос, а из-под светлых лохм выглядывали глаза, любопытные и такие ярко-зеленые, будто в них затаились духи весеннего леса. Образ подлеца был явлен миру на огромных общегородских экранах и на мелких рекламных экранах магазинов, которые прятались в тени деревьев. Огромные экраны заходились в крике, мелкие — перешептывались… и отовсюду на честных граждан смотрело лицо проклятого предателя. Рейг узнал волшебника с озерного берега и замахал ему рукой в знак приветствия.

Я спросил отца:

— Этот Змеелов — из предков Правителя? Неужели Господин И. накажет одного из своих?

Удар-Молнии пренебрежительно бросил:

— Он такой же предок правителя, как мне прадед крот полевой. Знаю я все про него, потому что я про всех все знаю. Этого Змеелова выволок из прошлого кто-то из современных любителей экстрима. Он у них был консультантом по боевым искусствам: кельтский топор, древнегерманская франциска и фрамея, стрелы простые и отравленные. Небось, кому-то понравилось, что этого бездельника звали "медномордый мертвоглаз", вот и притащили сюда.

— Мертвоглаз? — удивился я.

Думал, что ослышался. Но удар-Молнии развеял мои сомнения:

— Да, сынок, предатель наш из этого кровожадного племени. Сии волки в обличье людском убедили твою матушку отдать брата твоего младшего на съедение зверям, и тебя никчемным щенком обзывали, и ядовитые травы на пленниках испытывали. Один из них попался — так ему и надо!

Я знал, что Удар Молнии ненавидел племя, которое отбирало добычу у моей матери. Мне захотелось убить это мстительное существо, моего отца. Но я только спросил:

— Зачем ты донес правителю про "волшебника" с озерного берега? И куда ты Рейга ведешь, и зачем? Он-то тебе чем помешал?

Удар Молнии даже возмутился:

— Во имя неба! У меня доброе сердце, сынок. Змеелова все равно бы поймали, да и плохой он человек, многие грехи за ним водятся. Знаешь, кто напал на племя Рейга? Там и этот Змеелов был, и зарубил четверых. Я все про всех знаю! А твоему Рейгу я по доброте моей помочь хочу. Вот увидишь, каким способом. Да и не за что его наказывать господину Правителю. Он не крал машину времени. Подарили ему ее. Дают — бери.

Непобедимая логика Рейга

Пологая улица уперлась в черный склон вулкана. На склоне, среди россыпи базальтовых глыб, виднелись стрелочки. Мы стали карабкаться в неизвестность, цепляясь за скалы. Мой отец не раскрывал своих планов, зато опять решил похвастаться перед дикарем-Рейгом:

— Думаешь, это простая гора? Это крепость! Муравей не проползет. В глубине горы живет правитель. А с ним каста воинов. Правитель у нас мирный, он сказал, что никого убивать не будет. Но видно он как-то по-другому мир завоюет, а пока он лично рыскал по прошлому и отбирал в свое войско самых непобедимых. Но здесь у них тут только штаб. А все войско пока тренируются в Лемурии. Это такой древний остров, затонувший. Что там не делай, это прошлого не изменит. Все воины из племени Мертвоглазов — там! А предки Правителя обитают в своих имениях на всяких прочих ныне затонувших материках, и как они там развлекаются я даже думать боюсь. А сам господин Правитель бывает и там, и здесь. Сейчас он ждет нас в своей горной резиденции.

Так говорил мой отец, указывая на конус спящего вулкана. Склоны, некогда запорошенные плодородным вулканическим пеплом, напоминали теперь цветущий райский сад. Но на его вершине, на самой границе между землей и небом вокруг жерла вулкана громоздились огромные базальтовые скалы, темные и острые. Этот остров — сын подземного огня и адских машин, которые пробивали земную кору, и он увенчан черной короной ада.

Мы стали подниматься по склону вулкана, распугивая огромных тропических бабочек. Шум и сверкающие вывески города остались внизу. Здесь лишь птицы резкими голосами выкрикивали свои птичьи заклинания, а там, где застывшая лава не была покрыта тропической растительностью, хищными глазами глядели на нас красноватые вкрапления вулканического стекла, обсидиана.

Я думал, что нам разрешат телепортироваться в резиденцию правителя, но мой отец приволок нас почти к самой вершине, примостился у края голых скал и объявил, что здесь мы будем ждать до утра. Что будет завтра, не сказал. Почему он привел нас сюда? Может быть, ему было приятно оказаться поближе к любимому правителю. Или хотел потрясти воображение дикаря-Рейга, показать ему с высоты владения всемогущего хозяина острова.

Заходящее солнце уже было разрезано надвое зазубренным базальтовым гребнем вулкана. Темнеющее побережье заиграло знакомыми рекламными призывами. Все обещания давно знакомые. Но одно — новое, и полыхает такими огромными буквами, что видно даже из горного поднебесья: