Чтение онлайн

– Подостойнее? – переспрашивает Правитель.

– Мы за Лану! – кричат охранники. Видеокамеры начинают сходить с ума и летают по всему залу. Одна не выдерживает и шлёпается на сцене в углу, осыпая осколками охранников, Правителя и Лану. Из другого угла отворачивается занавес. На сцену выходит тоненькая девушка.

–Папа, я тебя всё равно люблю! – говорит она Правителю.

– Но ведь я же достойный лидер нации? – спрашивает он у неё, а она отрицательно мотает головой.

– Ты ли это? – всматривается в неё Правитель.

– Это я, папа. Я тоже буду голосовать за Лану.

– Зачем? – недоумевает Правитель. – Но как же так? Я уже обо всём со всеми договорился.

– С центральной избирательной комиссией? Как сфальсифицировать выборы? – спрашивает девушка.

– Да, – отвечает Правитель.

– Это потому, что ты несчастен. Я давно это поняла, – говорит девушка. – Ведь я недаром твоя дочь.

– Вам очень повезло. Вас любит дочь. Это стоит всего на свете, – говорит кто-то. Это я сказал. Сам не заметил, как оказался на сцене рядом с Правителем. И Ася рядом. Она кивает Правителю, отвечая на его немой вопрос:

– Да. Ваша дочь права.

– Точно? – спрашивает Правитель.

– Да, отвечаю я. Кощеевой иглой оказался самый близкий к Кощею человек.

Кто жил в этой стране, тот в цирке не смеётся. Правитель сдался, отправился под домашний арест, заморозив свои полномочия до выборов, а люди обалдели. В СМИ публиковали интервью с учителями:

– Мы работаем в избирательных комиссиях которые выборы подряд. Но эти оказываются самими трудными.

– Почему?

– В этот раз надо реально подсчитывать голоса!

– То есть для вас это в новинку?

– Да.

– А как вы хотели?

– Не то чтобы хотели, но мы привыкли к другому: результаты, которые спускают сверху, те мы и рисуем. За Правителя – 80 %, за остальных – у нас тоже есть план.

В тот весенний день я проснулся от запаха яблони из окна.

– Как же я счастлив! А запах!

– Это просто мой новый аромат, – сказала Ася. – Ты говоришь о счастье. У меня тоже предчувствие.

– Какое?

– Что я больше никогда, никогда не буду так счастлива, – она взяла обеими руками меня за голову и заглянула в глаза.

– Мы будем так счастливы всегда. Что ты, – ответил я.

– Может, и так, – ответила она безралично.

– Почему? – спросил я, состроив такое же безучастное лицо.

– Я же не буду спорить, – рассмеялась Ася и нажала на пульт.

– В выборах победила кандидат демократических сил Лана, – бубнил телевизор. – Правитель решил удалиться в деревню, где он будет доживать жизнь в согласии с природой. По соглашению с победившей стороной, на бывшего главу страны распространена амнистия.

Шум на улице заставил нас выглянуть. Люди гуляли огромными демонстрациями. Но их больше никто не разгонял. И не кричал в мегафон:

– Граждане! Ваше мероприятие несогласовано! Просьба разойтись! Иначе вы будете задержаны и наказаны!

Никто такого не кричал в мегафоны. И небо не упало. И никто не громил магазины.

Полицейские скучали с непривычки, не зная, куда девать руки, и куда спрятать дубинки, за которые им было стыдно. Сколько тел поранили и искалечили эти приспособления.

Мы идём по улице, люди уступают нам с улыбкой дорогу, а мы – им со смехом и радостью. Я слежу за телефоном, где по YouTube идёт прямая трансляция из дворца президента. В нём Лана общается с Правителем. За его спиной стоит дочь. Видно, что они что-то говорят друг другу, не слышно что, только видно, как они друг другу улыбаются. Внизу строка говорит: «Правитель передаёт бразды правления новому президенту».

Нам кто-то дарит цветы, огромный букет из двух частей, гвоздик и роз.

– Давай пойдём и подарим цветы Лане и Правителю, – предлагаю.

– Давай, – грустно соглашается Ася.

– Не грусти, – толкаю я её плечом. – Всё будет хорошо.

– Я знаю.

Цепь чёрных космонавтов у дворца президента не пускает нас, поэтому пускаю в ход все свои чары: «Пустите нас», – отдаю мысленный приказ.

– Давайте, проходите, кивает нам командир.

Вдруг рядовой в чёрном заступает дорогу.

– Я тебя узнал, – говорит он мне. – Это из-за тебя Правитель сдался. Так будь же ты проклят, – и отступает.

На меня смотрит ствол дробовика.

Я успеваю испугаться. Ася кидается вперёд. Звучит выстрел.

Остальные охранники вяжут стрелявшего.

Ася умирает, кровоточа раной на груди.

– Спасибо тебе. Ты мне подарил свободу. Себя. Ощущение полёта, – говорит она.

И затихает.

Я становлюсь совсем стариком.

Всё-таки выполнение чужих желаний не проходит бесследно. Гляжусь в зеркало. Лицо покрывают морщины. Я плачу. Как же ты так, Ася?

Я попал в это время, выполняя чужое задание, в результате нашёл себя и любовь, и потерял её. Остался только я. Не зря я думаю об этом. Мысли друг друга притягивают нас. Мне звонит Померанец.

– Где ты?

– Живу в гостинице.

– Давай, приходи, – приглашает он, и голос у него дрожит.

Квартира его такая же. Только Эдуард Померанец – тот, кого я первым встретил в этом времени – совсем другой.

Он сидит за столом, а перед ним – портрет жены. Я всё понимаю.

– Так что она? – киваю на фото.

– Она не хочет жить, – улыбается Эдуард, и его губы дрожат. – Кажется, ты этого хотел?

– Да, – отвечаю. – Такое было моё задание.

– Ты мне об этом не рассказывал.

– А, – машу рукой. – Всё совсем не так безоблачно в нашем будущем.

– Да. Ты время от времени об этом намекал.

– У нас там полный ужас. Диктатура.

– Неужто? – спрашивает Померанец. – Зачем же мы боремся? Чтобы всё кончилось ужасом для наших потомков?

– Всё меняется, – отвечаю я. – От поступков, наших действий, в каждый момент времени.