Чтение онлайн

–  Ты заманила меня в ловушку!

Вот теперь Марина ответила ей с вызовом в голосе:

–  А ты что, думала, я буду тут с тобой долго чикаться? Не выйдет, дорогуша, посачковала и хватит, пора за работу приниматься! Сейчас ты вселишься в то тело, которое для тебя подготовил Благой Камюр, а завтра утром мы с тобой отправимся в город. Там ты ответишь на мои вопросы, а их у меня к тебе будет очень много, и после этого сможешь отправляться на все четыре стороны, но только после беседы со мной. Не раньше!

–  Но я не хочу этого делать!
– Протестующе воскликнула душа и с угрозой в голосе сказала - И не сделаю этого, даже не надейся, а если ты не выпустишь меня, то пеняй на себя, я стану преследовать тебя везде, куда бы ты не направилась. Твоя пентаграмма растает с первыми утренними лучами саноса и я буду свободна, вот тогда ты и пожалеешь об этом.

Марина рассмеялась и ответила той же монетой:

–  А тебя никто и не спрашивает, моя милочка. Хочешь ты того или нет, но уже через десять минут ты будешь находиться в своём теле. Ну, а после этого можешь жаловаться, кому угодно, хоть Благому Камюру, хоть императору Вайнору, да, только знаешь, это ты сейчас хорохоришься, а когда снова станешь молодой красавицей с безупречным телом, то мигом забудешь о всех своих благоглупостях. Или я ничего не понимаю в магии. Но для начала я отправлю по могилам твоих соседей.
– Марина взмахнула своей волшебной палочкой, отчего голубая звезда, которая снова поднялась вверх, засияла ещё ярче, и громко крикнула - Если вы хотите вернуться к жизни, то немедленно отправляйтесь в свои могилы и ждите того дня, когда я вернусь на это кладбище! А я обязательно вернусь, обещаю.

Как это ни странно, но даже будучи лишенными души все восставшие из могил покойники тут же стали разбредаться по местам своего захоронения и упокоились в них куда быстрее, чем они из них поднимались. Минут через десять на кладбище снова стало тихо и было слышно только как тяжело, прерывисто дышит тело эльфийской магессы и тихонько хнычет её душа. Марина не стала заниматься уговорами, они всё равно ник чему бы не привели. Вместо этого она просто принялась совмещать две пентаграммы, на что у неё ушло всего пара минут, после чего она снова утёрла лоб и хмуро пробормотала:

–  Нет, это что-то совершенно запредельное. Если мне придётся так уродоваться с каждым жмуром, то я в гробу видела такую нудную работёнку.

Немного передохнув, Марина немедленно отдала мысленный приказ Ариэль, и когда та стала быстро вливать в пентаграмму зеленоватую, светящуюся субстанцию, несущую в себе изрядный заряд магической целительной энергии, одновременно с этим, словно она обернулась драконицей, набрав полную грудь воздуха, выдохнула в магическую клетку струю золотистого, но не обжигающего ничто живое пламени. Душа испуганно взвизгнула и сочла за благо спрятаться в теле эльфийки, отчего та мгновенно открыла глаза, вздохнула полной грудью и тихо осела на зелёную траву, поскольку серое покрывало, на котором они обе стояли, мгновенно исчезло. Дело было сделано. Марина дезактивировала пентаграммы, наклонилась к эльфийке, взвали её себе на плечо и направилась к своей корзинке. Хлопая молодую, длинноногую красотку по упругой попке, она воскликнула:

–  Ну, вот, подруга! Счёт один ноль в пользу Королевы Дорог. Сейчас я тебя приодену, а потом мы с тобой поужинаем и начнём плодотворное общение. Завтра за нами приедет дядюшка Тобби и мы поедем в город. Только уговор, ему ты можешь рассказать о себе всё, что угодно, моей подруге Рании и Гектору тоже, а всем остальным ни слова о том, что ты вернулась с того света. Это мы пока что оставим в тайне.

Эльфийка негромко отозвалась:

–  Поставь меня на ноги, Королева, я уже пришла в себя.
– И тут же спросила весёлым голосом - А вино у тебя есть?

Беседуя с магессой-эльфийкой Джаниарой, Марина не получила от неё ответов на те вопросы, которые её так интересовали. Увы, но отправившись в мир иной немногим более двух тысяч лет назад, придя в себя три месяца назад она в ответ на первый же вопрос, касавшийся того, что происходило в Вантаре и вокруг него, сказала, что практически ничего не помнит с момента своей смерти, хотя и понимает, что с того дня прошло очень много лет. Зато она обрела ещё одну подругу. Причем такую же юную, весёлую и непосредственную, как и Рания-Са, правда, с одной оговоркой, - Джани была очень опытной магессой, но и она, поговорив с Мариной о магии, тут же захотела сделать апгрейт своей магической книге. Из всей их компании она одна была полноценным магом, но это никак не отразилось на их взаимоотношениях. С той самой ночи, когда Королева соединила тело Джани с душой, да, при этом ещё и вдохнула в неё изрядный заряд священного огня, эта молодая красавица-эльфийка считала Марину своей второй матерью. За огонь Камюра она была ей особенно благодарна. В первую очередь, как магесса, поскольку гораздо лучше кого-либо из все их компании понимала, какой щедрый дар получила в первые мгновения своей второй жизни.

Если вне тела Джаниары её бессмертная душа не была настроена продолжить своё существование в белковой телесной оболочке, то соединившись с ней показала себя во всей своей красе. Молодая эльфийка оказалась существом очень импульсивным, восторженным, романтически настроенным и склонным к авантюрам. В общем Джани была совершенно не похожа на тех эльфиек, с которыми уже успела познакомиться Марина, - спокойных, уравновешенных и даже несколько высокомерных. Ничего такого в ней и близко не было. На это она обратила внимание уже в первые минуты после их знакомства. Первым делом Джаниару заинтересовал не тот наряд, который она ей подготовила, - женский охотничий костюм, как и у неё, только серебристо-зелёного цвета, а запеченные в тесте из волшебной муки рябчики, фаршированные мелко порубленными фазаньей печёнкой и петушиными гребнями с петрушкой, волшебный пирог с грибами и яйцом, ветчина из дикой свиньи, сырокопчёная медвежья колбаса и фрукты, но самое главное две большие бутылки красного, крепкого вина. Сидя нагишом на кладбищенской поляне, они до самого утра пили вино и опустошали содержимое корзины и так при этом назюзюкались этим мощным бабоукладчиком, что в рассветных лучах саноса рухнули на плед и уснули.

В полдень дядюшка Тобби, которому надоело ждать свою учительницу и он отравился на её поиски, благо лошади почему-то перестали бояться мертвецов, обнаружил на кладбищенской поляне прелестную картину - две высокие, нагие красотки спят, да, ещё и обнимаются во сне. При виде этого гном чуть не рухнул с облучка и даже его рысаки удивлённо заржали. Проснувшись, они вместо того, чтобы отпрянуть друг от друга, поцеловали друг друга, звонко рассеялись, вскочили на ноги и тут же снова рухнули на плед. Их ещё штормило после ночной пьянки. Стараясь не дышать друг на друга, они принялись, чертыхаясь, одеваться и это кое-как им удалось. Ничего не понимающий гном сидел на облучке и поглядывал на них то с опаской, то с интересом, а то и с удивлением, не понимая, откуда здесь взялась вторая девица и когда это эльфийки начали пить. Сесть в коляску самостоятельно они не смогли и потому дядюшка Тобби спустился, перетащил их по очереди с полянки и загрузил в неё. Перегаром от обоих магесс несло так, что у гнома даже глаза начали слезиться. После этого он сложил в корзину сначала их магические причиндалы, а затем завернул в плед и сунул туда же все объедки. Взяв в руку литровую бутылку со скромной этикеткой, он воскликнул:

–  Мариночка, душа моя, так это же "Капитанский ранлойн"! Всего одной бутылки хватит, чтобы полдюжины матросов упились им в смерть, а вы прикончили целых две! Даже самые отпетые пьяницы разбавляют его водой один к трём.

Куда там, немного проспавшись, девушек немедленно потянуло на веселье, но поскольку ноги им не повиновались, то они тут же принялись громко петь, Марина затянула - "По Дону гуляет", а эльфийка - "Дубовые леса отчизны". Так дядюшка Тобби и привёз их домой пьяных в дым. Поговорить с Мариной и Джаниарой он сумел только на следующий день и от услышанного пришел в такое изумление, что лишился дара речи. Как-то так уж получилось, что гном в сердцах сболтнул кому-то, что его постоялица и её подруга выдули вдвоём две бутылки "Капитанского ранлойна", вот и начали горланить песни. С этого дня Марину и Джани сразу же зауважали все жители Приречья. О таком здесь никто прежде и не слыхивал. Зато обе магессы, окончательно проспавшись, выпили чуть ли не целую бадью капустного рассола и только на третий день окончательно пришли в себя. Ранлойн был, оказывается, магическим вином, а потому никакой магией снять похмельный синдром было нельзя.

Зато Джани после этого сразу же влилась в их компанию и стала в ней если не душой, то главной заводилой. Едва только узнав о том, по какому распорядку дня они живут, магесса громко раскричалась и смысл её криков сводился к одному: - "Вы с ума сошли! Да, разве же так можно? Вы себя с этой магией в гроб загоните. Вам обязательно нужно устроить перерыв." Ну, а немного успокоившись, она объяснила им, что если они не будут хотя бы по два-три часа в день проветривать свои мозги на природе, то все их труды будут напрасными. Джани, как принц Зарион, закончила имперскую Академию магии, только почти шесть тысяч лет назад, когда Ринориды были ещё вполне вменяемыми людьми. Она тут же ввела новый распорядок дня и с этого момента их жизнь сразу же сделалась намного веселее. Точнее она сделалась таковой после празднования Нового года, который приходился в Империи ориентировочно на конец земного февраля. С этого времени она выгоняла в полдень всех в сад и они занимались там подвижными играми, а каждый выходной с утра выезжали в лес и проводили на природе практикумы по магии. Как это ни странно, но пользы от нового распорядка дня было намного больше, чем от прежнего, но во всём остальном им по прежнему приходилось проявлять чудеса усидчивости.

Ну, а через три с половиной месяца вернулся из экспедиции их компаньон Эйрин Вед. Вернулся не с пустыми руками. Жила оказалась очень богатой и гномы намыли почти восемьсот килограмм золота. Пятая часть золота ушла на то, чтобы расплатиться с рабочими и охраной. Им пришлось заплатить металлом. Половину золота они были вынуждены продать за полцены казне, но получили за это только десять процентов от этой суммы. В Вантаре просто не нашлось столько денег. На остальную же сумму барон Лурден выдал им имперские казначейские билеты. Ну, а остальное, четыре тяжелых бочонка, теперь нужно было где-то продать, а это можно было сделать только в городах побогаче и они, собравшись в гостиной дома Марины, принялись гадать, куда им отправиться и как. Вот тут-то Эйрин Вед и узнал о том, что его компаньоны являются магами, а Марина женой принца Зариона. Перед этим она имела долгий разговор с дядюшкой Тобби и тот заверил её, что Эйрину можно полностью доверять. Тот, выслушав её, кивнул головой и с улыбкой сказал: