Чтение онлайн

Королева поникла ещё сильнее. Герцог одной рукой обнял её ещё крепче, при этом пытаясь не выдать своих чувств. Некоторое время она смотрела остекленевшим взглядом в пол, но затем, взяв себя в руки, продолжила:

– В конце концов, он немного успокоился, извинился и рассказал мне всё в подробностях. Поутру его сына случайно обнаружили соседские детишки, которые любили с ним играть. Их родители вызвали стражу, она всё тут же оцепила и начала расследование. Когда ему сообщили об этом, он был без ума от горя и побежал куда глаза глядят. По его словам, он на самом деле и не направлялся в башню. И меня обвинять не собирался. Но так уж получилось…

Герцог молча слушал и не прерывал рассказа. По его лицу было сложно что-то понять.

– Ещё через какое-то время он окончательно успокоился, – монотонно продолжала Риулла, – извинился, взяв себя в руки, и направился к выходу. Я уверяла его в том, что отдам необходимые приказы и сделаю всё, что в моих силах. Я же всё-таки королева, да? – она сказала это неуверенно, при этом изобразив подобие улыбки.

– Конечно, королева. И никто не смеет тебе перечить. Только ты это никак в толк не возьмёшь, – с улыбкой ответил на её риторический вопрос Герцог и одобрительно поцеловал в лоб.

– В общем, Ниглас поблагодарил меня и удалился из башни. Как и пообещала, я тут же вызвала археполема и распорядилась, чтобы тот взял лучших солдат и незамедлительно приступил к своему расследованию.

– Археполем, конечно, неплохой человек, но слишком своенравный и в то же время слабовольный. То, что нас коснулось, скорее всего, плохо отразилось на нём… – Герцог сказал это, как часто бывает, одновременно Риулле и самому себе.

– Не понимаю, о чём ты, но в последствии он и правда наворотил дел.

– Ну конечно… – прошло с полминуты, прежде чем Герцог продолжил. – Почему ты сразу не обратилась к Гену? Послала бы за ним Грома. Я же говорил, что в случае чего они оба полностью в твоём распоряжении.

Продолжать королеве становилось сложнее. А принц был слишком занят упорным сопоставлением всех слагаемых, пусть и обрывочных, чтобы это заметить. И всё же, зная как важен этот разговор и как собственный разум мог подвести её в любой миг, она продолжала, переступая через накатывающие с новой силой слабость и дрожь.

– До меня не сразу дошло. Да и Ген наверное тоже в этом поучаствовал… – внимание Герцога сразу же переключилось на эти слова. – В общем, после разговора с археполемом я вернулась к себе. Целый день пыталась отогнать дурные мысли… А вечером ко мне постучал Ген. И сообщил, что его люди нашли убийцу. Им оказался какой-то монах из Великого Храма… – в этот момент глаза Герцога округлились не на шутку, но королева не дала ему вставить слово. – И сразу же предупредил, чтобы я не принимала необдуманных решений и не шла ни у кого на поводу. Ген был уверен, что вся эта история, как он выразился: «крайне дерьмово пахнет», и «скорее всего всё гораздо сложнее, чем кажется».

Лицо и голос принца окрасились в самые неприятные тона:

– Раз он сам прибыл к тебе и сказал это, значит, так оно и есть…

– Да… Так оно и было. Я послушалась его. Но последствия всё равно были ужасными… Затем, ночью… – голос её ослаб, разбирать произносимые слова стало сложнее, – я почувствовала то же самое… Неприятное, вязкое… Но уснула достаточно быстро…

И только теперь, когда вконец ослабевший голос Риуллы резко перешёл в кашель, Герцог вырвался из своей мрачной задумчивости:

– Ри… – принц подхватил обмякшую королеву и аккуратно – так, как умел только он – уложил её в постель. – Тихо, тихо, девочка моя… Прости меня. Хватит на сегодня разговоров.

– Нет, послушай… – но она не унималась, желая в кои-то веки помочь Герцогу всем, чем только могла.

– Т-ш-ш… Успокойся. Тебе надо отдохнуть.

На этот раз королева вняла словам своего любимого и, закрыв глаза, попыталась расслабиться, тяжело при этом дыша.

Тем временем, принц погрузился в ожидание, когда королеве станет легче. Продолжая витать в раздумьях, на месте ему уже не сиделось. Он то ходил туда-сюда по комнате, поглядывая на Риуллу, то выглядывал на балкон под крики грачей, то занимался ещё Малус знает чем.

Битый час спустя в открытую дверь наконец постучали:

– Госпожа, Герцог… Простите, что отвлекаю вас, но я принесла подкрепиться.

Принц, приложив палец к губам, молча встал с мягкого кресла. Затем осторожно, так, чтобы не разбудить спящую королеву подошёл к служанке и взял у неё поднос. Та с любопытством посмотрела на Риуллу, которая в свою очередь уже проснулась и ответила ей тёплым взглядом, сопровождающим мягкую невинную улыбку. Не в силах сдержать своё материнскую заботу, Тамара тихо спросила:

– Всё ли с ней в порядке? Может, я ещё чем-нибудь могу помочь?

– Не стоит, – так же тихо ответил Герцог. А затем благодарно кивнул, дав служанке понять, что сейчас лучше оставить их наедине.

Поклонившись сразу обоим, она молча вышла из покоев. Герцог снова уселся рядом с королевой, расположив поднос у себя на коленях и стал её кормить, будто маленькое дитя.

– А Тамара и правда уже несколько лет за тобой присматривает? – как бы невзначай начал принц.

– Угу… – пытаясь улыбнуться, с набитым ртом ответила королева. – Можно сказать, она мне стала, как мать.

– Удивительно, – по-доброму усмехнулся Герцог. – А я так долго даже не обращал на это внимания….

– Всё потому, что она делает это в твоё отсутствие. Тамара знает, как ты обо мне заботишься и никого не подпускаешь.

– Какая смелая женщина… – теперь ему захотелось разузнать всё о незаметном помощнике, который был с его любимой тогда, когда сам он не мог.

Королева улыбнулась. На этот раз не застенчиво, а уверенно – так, что эта лучезарная улыбка могла разогнать самый густой мрак в душе любого человека.

Герцог окончательно успокоился. Ведь Риулла приходила в себя и с каждым кусочком картошки, запечённой с куропаткой, набиралась сил. Когда они оба покончили с запоздалым, но сытным завтраком, история продолжилась:

– Следующий день выдался особенно напряжённым. После завтрака я спустилась вниз и застала Нигласа спорящим с археполемом. Когда он увидел, как я спускаюсь, то тут же переключился на меня и сообщил, кто был убийцей. А затем уверял, что необходимо схватить виновного. Хоть он и прекрасно знал, что все храмы официально имеют статус неприкосновенных, наверное, решил, что сейчас всё же можно нарушить это правило. Слова Гена не выходили у меня из головы, поэтому я постаралась изобразить удивление и ужас. Ниглас умолял дать ему разрешение на арест, а в случае чего и на вторжение в Великий Храм. Но я до конца не соглашалась, ссылаясь на закон. Когда ему надоели эти препирательства, он попросил меня собрать совет. У меня не нашлось ничего против…