Чтение онлайн

– Весь обросший, словно обезьяна с дебильной ухмылкой? – на лице Герцога появилось заинтересованное выражение.

– Да. Откуда вы знаете? – быстро вставил Харос, заметив, что его друг уже не в лучшем для беседы состоянии.

– Это, скажем так, банда, которая орудует там уже больше года.

– Понятно… Только вот этот Честер сказал, что их наняли, а потом нас просто пытали. Мы ничего не знали, да и красть у нас было нечего. Наверное, кто-то настолько ненавидел монахов, что и до туда дотянулся.

– Всё несколько проще, чем вы думаете.

– В каком смысле?

– На самом деле, их никто не нанимал. Это была группа умалишённых каннибалов, которых и людьми-то не назовёшь. Одна из. Они охотились на ничего не подозревающих монахов, жрецов и прочих, кто имеет хоть какое-то отношение к любой из религий. Поклонялись какому-то своему божеству, а в жертву приносили ещё живых, измученных, напуганных и запутавшихся людей. А то, что оставалось, доедали сами. Думали, что всё это делает их сродни мраморной говядине, – на лице Герцога сияло отвращение. – Обычно, они выслеживали жертв и хватали пока никто не видит. Поэтому их никто и не мог найти. А с вами они допустили огромную ошибку. По этим-то следам Сэммер со Смэшшетом вас и нашли. И, полагаю, психопатам этим пришлось помучиться перед смертью.

– Они со всеми, кто стоит у них на пути, так жестоко разделываются? – медленно и несколько грубо спросил Ганат.

– Отнюдь. Если я угадал, а по вашим глазам видно, что так и есть, то это скорее исключение. Этот Честер со своей бандой на так давно забрали с собой зятя и племяшек Смэшшета, а сестру изнасиловали и искалечили, решив по каким-то своим причинам оставить умирать. А у нашего бывшего хирурга кроме сестры, её мужа и детей никого больше не осталось. Да даже, если бы и осталось, роли это не играет. Поэтому, по моему мнению, он всё сделал правильно.

– Знаете, нас с самого детства учили, что ненависть и месть ни к чему хорошему не приводят… и лишь порождают следующий цикл… Поэтому до недавнего момента я хотел в это верить… И даже верил несмотря на то, что слышал и о чём читал. Но сейчас, когда на нас свалилось всё это… и история Смэшшета… Я просто не понимаю, что чувствую, – медленно выдавливал из себя поддатый Ганат, подливая в свой бокал ещё.

Герцога хотел было остановить уже опьяневшего монаха, но его опередил Харос:

– Не надо. Пускай. Он всегда всё держит в себе, пусть хоть так выговорится.

– А я уже сказал всё, что хотел. Извините, – выпив ещё бокал, тихо проговорил Ганат.

– Знаете, вам, наверное, стоит отдохнуть, – вставая с койки, как всегда, тактично заметил Герцог. – Я к вам позже ещё загляну.

– Спасибо, – с кроткой благодарностью сказал Харос.

Герцог лёгким кивком попрощался с монахами и вышел из комнаты.

Следующие несколько часов они провели в задумчивой дрёме. Алкоголь с каждой минутой действовал на Ганата всё меньше. Ясный день уже клонился к своему завершению, как в дверях раздался тихий стук. Не дожидаясь ответа, принц снова зашёл в комнату, расположился на своём старом месте и, протяжно выдохнув, начал, аккуратно подбирая слова:

– Сегодня вы достаточно мне рассказали и кое-что для меня прояснилось. Поэтому настал мой черёд. Попрошу внимательно выслушать и дать ответ, когда посчитаете нужным.

На лицах монахов читалась явная заинтересованность вперемешку с замешательством.

– Мы слушаем, – успокоившись и протрезвев, заявил Ганат.

– Хорошо. Понимаете ли, в Риассе последнее время происходит… Кое-что от нас, людей, независящее. Но влияющее на каждого. Это и было первопричиной того, что вам удалось пережить. Вдаваться в подробности сейчас я не собираюсь, просто хочу, чтобы вы осознали хотя бы это, – Герцог сделал небольшую паузу. – Когда вы бежали из Храма, один мой друг послал за вами тех двух, чтобы вас спасти. Но, по правде говоря, в тот момент это было чем-то вроде жеста доброй воли. Нельзя было допустить, чтобы всех вас уничтожили и не сберечь хоть какого-нибудь. Пусть даже те ваши братья с сёстрами, что ушли навсегда из Храма и не попали под раздачу.

– А сразу остановить резню он не мог? – уже без намёка на злобу спросил Ганат.

– Нет. К сожалению, в тот момент было уже поздно. Простите.

– Ладно, мы поняли.

– Спасибо. Так вот: позже я узнал, что тот монах, который был с вами сможет помочь мне изменить нынешнее положение дел. И ваше спасение стало первоочередной задачей.

– Ага-а-а, вот оно что… Но теперь его нет, и ваш план накрылся медным тазом. А мы лишь довесок…

– Не совсем. Я думаю, что он жив. Не знаю, как и где он сейчас находится, но, полагаю, через какое-то время мы его ещё увидим. И я хочу, чтобы к тому моменту, как это случится – если случится – вы были рядом и убедили его в том, что мы на одной стороне.

– Звучит довольно безумно. Вы меня сейчас совсем запутали. – Харос пока не мог сложить в голове всю картинку, даром что в ней не хватает большинства деталей. – Но даже если и так, то что будет, если он не вернётся?

– Это уже другой вопрос. Хотя я надеюсь на лучшее. Но если всё-таки я ошибся, то вам будет предоставлена полная свобода.

– На какой ещё одной стороне? Какая свобода? – в тоне Ганата даже издалека не слышалось доверие, поэтому он не обратил почти никакого внимания на слова друга. – Господин Герцог, вам по какой-то причине нужны даже не мы, а Рёки. О том, зачем конкретно он вам нужен, вы даже не заикнулись. Да, вы нас спасли, благодарю за это ещё раз. Но на кой нам с Харосом всё это?

– Я понимаю твою подозрительность, Ганат. Но если вы согласитесь, то обо всём узнаете, только чуть позже. Обещаю. К тому же, эта комната останется за вами, а башня будет полностью в вашем распоряжении. Я буду присматриваться к вам, и в свою очередь хочу, чтобы вы так же наблюдали за всем, что происходит здесь и в любом другом месте вне этого замка. Мне интересно мнение тех, кто почти никак не связан с чем бы то ни было касаемо Риасса. Особенно ваше, – Герцог выдержал паузу. – А если откажетесь, то вы вольны покинуть это место в любое время. Но сначала вам надо подлечиться, прийти в себя и всё обдумать.

Харос, окончательно переставший понимать, что же делать дальше, взглянул на своего друга, пытаясь найти у него поддержку. Но лицо старшего, который в этот момент смотрел в зелёно-голубые глаза принца, не выражало абсолютно ничего.

– То, что я ранее сказал… Про ненависть, месть и моё чувство. Я понял, что ненавижу эту страну… Этот Риасс, – после долгого молчания Ганат наконец заговорил. – С одной стороны, мне хочется вам верить. И если я смогу хоть как-то это изменить, неважно – моё собственное отношение или сам город, то хочу постараться. Но с другой…

Повисло продолжительное молчание, в итоге прерванное принцем, который так и не отвёл взгляда от монаха:

– Так, значит, вы согласны?

– Господин Герцог. Дайте нам время всё ещё раз хорошенько обдумать. И утром мы дадим вам ответ.

– Как пожелаете. Я загляну ближе к обеду. А пока спокойной ночи.

Разбудил меня солнечный свет, проглядывающий через разноцветные кроны гигантских деревьев. Я промямлил сам себе что-то бессвязное, так как открывать глаза категорически не хотелось. Но стоило начать моргать, сонливость как рукой сняло, и у меня отвисла челюсть. Тупо смотря перед собой, не в состоянии пошевелиться, я пытался придумать план побега, да только тщетно.

Конец ознакомительного фрагмента.