Чтение онлайн

Потому, едва дождавшись, пока третий оратор, Смелова, закончила, я вышел вперед и знаком попросил следующего за ней второго Рысева о том, что бы он меня пропустил, тот лишь вежливо кивнул. Я вышел вперед, ощущая, как в людях начало вновь просыпаться любопытство — всё же я был для них чем-то большим, чем просто один из знатных магов-аристо, забравшийся на вершину. Я касался их душ и позволял им касаться моей — это в какой-то степени делает нас очень даже родными людьми.

— Меня зовут Аристарх Николаевич Николаев-Шуйский, — представился я. — Наверняка многие из вас помнят, как я обращался к вам в тот день. Как я просил вас идти вперед, сквозь орды демонов и легионы мертвецов, идти вперед, навстречу смерти, идти к победе. Одной на всех, той, за ценой которой мы не постоим! И мы не постояли, как вы видите, — с горькой усмешкой провел я рукой позади себя. — Сотни тысяч погибших. Сотни тысяч семей потеряли отцов, сыновей, внуков, внучек, матерей, братьев и сестер, возлюбленных… Миллионы человеческих судеб в этот день изменились в худшую сторону.

Я на замолк и поглядел в небеса. Что-то пока я нифига не улучшаю людям настроение. Стою тут, загружаю из своими сомнениями, меланхолией и тоской. Убожество, о Творец-Всесоздатель, что за убожество! И это я о себе сейчас. Давно я таким нытиком стать успел? Расплачься тут ещё, баба!

— И вот мы здесь. И я, и вы, в числе немногих счастливчиков. И я, и вы выиграли свой бой и выжили. Мы исполнили свой долг… Но в отличии от вас я, как и все маги в нашем войске, получили награду. Не просто золото и часть добычи, нет — мы стали сильнее как маги. Не осталось человека, кто не ощутил это на себе… Вернее, не осталось мага. А вы оказались этого лишены. И знаете что? Если боги, ангелы, судьба и прочие считают, что вы просто ничего не значащие статисты, которых можно пускать как разменную монету и пушечное мясо, не заслуживающее второго взгляда после использования, не говоря уж о награде, то я так не считаю. Именно неодаренные — становой хребет любого государства, именно из их числа рождались все те молодчики с даром к магии, что основывали Рода, становились знаменитыми, богатыми и влиятельными, сражались за страну и так далее. Именно на вас всегда лежит самая неприглядная, но неизмеримо важная работа, без которой мы, маги, до сих пор бы в шкурах ходили и жили в пещерах. В общем, я могу продолжать долго, но буду прост — без вас нет нас. И я прекрасно знаю, сколь желанен дар магии, ведь первые пятнадцать лет жизни я его был лишен. А потому я постараюсь исправить несправедливость в вашем отношении!

Сто тысяч душ в моем внутреннем мире понемногу отщипывали мою Силу Души и ману из окружающей среды, игрались с моими Молниями (я обалдел, когда увидел, как Фиолетовая и Синяя, разделившись на десятки разрядов, гоняются за десятками тысяч светлячков, ловят, бьют током, а затем гонятся за оставшимися, пока получившие разряд неровно летают, падают и вообще ведут себя как пьяные. А ведь эти Молнии легко могли их поджарить так, что пытки у некроманта показались бы детской игрой… Нет же, бегали и игрались — очевидно, это нравилось обеим сторонам.) и потихоньку восстанавливали свои силы. Сейчас они накопили примерно процентов десять своего резерва, но мне требовалась иная их помощь — стать проводниками моей магии.

Перед нами стояли чуть более девяносто шести тысяч человек — восемьдесят три из гвардейцев и солдат, тринадцать из числа добровольно влезших в битву и выживших тыловиков и обитателей обоза, добровольно вышедших нам на помощь. А ещё все до единого члены воздушного флота — от юнги до капитана. Я проследил специально, собрав капитанов судов и предупредив — если хоть одного человека не будет, ноги переломаю. И мою люди пересчитывали по списочному составу. Были все… И каждого не одаренного среди них мне нужно было одним разом одарить. Пока мои души прилетали и подключались к людям, я напрягся и использовал Силу Души. Но не для прямого воздействия, нет, пока рано — я делал иное. Здесь, в этом месте, было огромное количество количество энергий душ, что отдали здесь свои жизни. Их чаяния, стремления, ярость, боль, решимость, страх — всё, что они испытывали, и всё это — результат моих действий и слов. Слово, как я начинаю понимать, зачастую сильней и страшнее любой боевой магии. То, что они сделали ценой своих жизней, мне своей боевой магией в одиночку было не осуществить. Твари просто задавили бы числом. Можете не спорить, я уже проверял — в прошлой жизни. В результате живу в этом…

Я бы не смог ничего сделать с этой энергией, я прежний. Я никогда не имел дела с этими тонкими, неуловимыми силами, чистым искусством магии без единого грана научного подхода, магия, результат которой даже тебе не предсказать — а я собирался добиться от неё чего-то конкретного.

Души умерших здесь солдат ещё не отправились на пути вечности. Не разбрелись по обителям тех сил, которым поклонялись, и которые сейчас должны будут судить, достойно ли они прожили жизнь… Сорок дней, сорок дней ещё не минуло, и они ждут. И слышат всё, что сейчас здесь происходит.

Я собрал рассеянную энергию душ и притянул в самого себя. Было дико больно, я закашлялся кровью, но не позволил кинувшейся ко мне Смеловой и Шуйской оказать мне помощь с применением магии. Просто дал подхватить себя и помочь стоять прямо. Едва-едва, с трудом я успокоил бушующую силу, смирил и смягчил её, а затем начал пытаться влить её через протянутые от меня моими душами каналы в почти сотню тысяч неодаренных. Я действовал интуитивно… И у меня ничего не выходило. Энергия никуда не вытекала. А её хозяева, павшие солдаты, молча смотрели на меня сотнями тысяч глаз — с интересом, а не с осуждением, как я боялся.

И тогда я решился. Осторожно освободившись от держащих меня красавиц, я твердо зашагал вниз с небольшого холмика, выбранного могилой Добрынина. Туда, где в толпе стоял до боли знакомый пожилой, но широкоплечий и мощный боевой маг в генеральском мундире. Стоял, окруженный офицерами — штабные, обычные, рядовые лейтенанты-майоры, подполковники и полковники, а совсем рядом, подобно его свите — павшие Архимаги и Старшие Магистры.

— Я думал Мафусаил сразу забрал тебя на небо, — обратился я к нему.

— Сорок дней не минуло, — пришел мне ответ с помощью Силы Души. Душа Мага Заклятий — это громадная сила, и с обычным призраком даже сравнивать смысла нет. Это принципиально разные лиги. — А раньше него на небеса могут забрать только старшие Ангелы и Архангелы. Мафусаил подобной привилегией не обладает.

— Что ж, век живи — век учись, — вздохнул я. — Скажи, старый генерал, что я могу сделать для тебя? И для всех вас вообще? — обвел я рукой протянувшиеся до горизонта колонны призраков.

— Похороните меня с бронзовым клинком, — попросил Олег Васильевич. — Это оружие… В моем Роду, к сожалению, нет достойных его рук. Похорони со мной, и когда час нужды придет, избранный герой сам найдет его и достанет из моих рук.

— Это всё, что я могу для тебя сделать? — на всякий случай переспросил я. Ибо догадывался, что ещё услышу, и очень не хотел это слышать… Но это было бы правильно и логично.

— Присмотри, в меру сил, за моим Родом и сыном. Я умер невовремя, новый Маг Заклятий в лице сына появится минимум через пять-семь лет, а мы не так сильны, как большинство Великих. Слишком недавно вошли в их число… Если тебя не обременит, выполни эту просьбу. Не прошу сражаться за них — просто прикрой их своей могучей тенью, позволь им жить под защитой твоего имени. Сделаешь?

— Сделаю, — вздохнул я. — С тобой понятно, генерал. Но что насчет остальных душ? Понятно, что все желания выполнить по отдельности я не смогу, но есть ли что-то общее?

— Рядовые хотят, что бы их доля добычи была продана, а деньги переведены их семьям, — ответил мне генерал. — Их семьям будет тяжело без кормильца, и они надеются что хотя бы деньги помогут им выжить и встать на ноги.

— Это рядовые, — кивнул я и обратился к стоящим вокруг генерала призракам офицеров. — А у вас, господа? Только, опять же — что-то общее или несколько заданий от разных групп. Я не всесилен, к сожалению.

Аристократия и тут показала себя с не самой лучшей стороны — попробовали вешать на меня персональные задания. Пришлось создать специальный шар памяти, в который загружалась вся информация об их хотелках. К счастью, почти все сводилось к «передай той-то той-то или тому-то тому-то такие слова». Всё это я просто перепоручу слугам — передавать самому необязательно, я уточнил.

Были и отличающиеся, и даже два довольно подозрительных и странных, но я сохранил всё. А позже…

— Ты спрашивал, мы отвечали, — другим, торжественным голосом заговори генерал. — Мы просили — ты внял и взялся помочь, хоть и не обязан. Проси теперь и ты, и мы поможем.