Чтение онлайн

— Клянусь, — проговорил он.

И тут же на руке открылась рана, а следом закрылась.

— Ты как это сделал? — удивился я.

Он пожал плечами.

— У нас Строжайло завсегда так было. Если слово дал, то сразу на крови. Без всяких техник.

Я взял на заметку, что неизведанного в этом мире ещё достаточно.

— Я после тебя еду к императору.

— Какому?

— Да нашему. Буду просить руки Евы.

Эту историю знают уже все, так что пояснений не требовалось.

— Не даст, — уверенно заявил Третьяк.

— Ага. Вот я и хочу ему сначала предложить кое-чего. Есть ставка равносильная. Но он все же из природной вредности заартачится может. И тогда придется по-другому с ним разговаривать, угрожая.

— Ха! Да ему твои угрозы… он же сам знаешь, как реагирует.

— Ну посмотрим. Выбора-то нет. Что я до тридцати лет будут богатства копить, пока он меня всерьез не воспримет? Так нет у меня столько времени.

— В твоём случае действительно цель достижимая, но не быстрое это дело.

— Вот-вот.

— Так от меня чего требуется? — спросил Строжайло.

— Подыграть. Изобразишь тут переворот. Предпосылки были, начальство ведь в курсе. И эти перевертыши якобы к нам примкнут, и мы дружно ещё чего-нибудь пригрозим оттяпать.

Третьяк тяжело вздохнул. Думал он недолго и после паузы сказал:

— Знаешь, Арс. Хитрый ты и увертливый. И я даже думаю, все бы у тебя вышло и с рук сошло, но я-то вон какой смотри. Массивный и прямой. Я вот так не умею в политику.

Я недоверчиво поднял бровь.

— В большую, — поправился он.

— Жаль-жаль. Ладно. Буду думать, как ещё подстраховаться.

— Ты выдумаешь. Не сомневаюсь даже, — утешил меня Строжайло.

Запрос на аудиенцию я подал официально через секретариат императора. Понимал, что принять меня могут как через час, так и через месяц. Дело было личное, так что подключать связи в виде того же Ржевского или Колотушкина — не вариант. Чтобы не терять время попусту погрузился в дела. Их всегда хватало. Глобальных решений пока не требовалось, тут комитет акул Мальты пока справлялся сам медленно починяя бюрократическую машину клана. Большие предприятия работали по совсем иным законам. И зачастую начальники в отдаленных местах ревностно выполняли свои обязанности только первые месяцы, а затем подгребали под себя структуру и думали, как бы побольше натащить себе в карман.

Чтобы не сойти с ума от всей этой нескончаемой волокиты, я много времени проводил с сёстрами и братом, тренировал их. Спасенная у Макаровых девчонка так и прижилась тут. Говорить не начала, но научилась смеяться, и все же социализировалась.

Спустя две недели император соизволил меня принять. Прибыл в приёмную я за час до назначенного времени. Это сразу обозначало моё отношение к делу.

Секретарша Петра Иванова была строгой женщиной лет сорока пяти, а её суженные ромбовидные очки придавали лицу более хищные черты.

Время моё подошло, и минута в минуту меня пригласили войти.

— Добрый день, ваше императорское величество, — по-деловому начал я.

— Проходи, — только и сказал он в ответ. Звоночек не очень хороший. Будто догадывается, зачем я прибыл.

— С чем пожаловал?

— Я пришел просить руки вашей дочери, — не стал я бродить вокруг да около.

Император заиграл желваками и тяжело вздохнул.

— Ты понимаешь, что даже столбовые ко мне не лезут со своими предложениями. Опора трона, между прочим. А ты кто? Сегодня здесь, завтра там. Послезавтра еще где-то. Не то корейский, не то китайский шпион.

Ну примерно это я и ожидал. И много чего у меня было возразить на этот счёт, только собеседнику мои аргументы до одного места.

— Благие вообще какой клан? Российский или международный? — спросил он испытующе глядя на меня.

— Всегда были международным кланом из России.

— И никогда не лезли в политику. Тем более в большую, — попенял мне император. — Ты понимаешь, что ты в наследную очередь сразу врываешься?

— Да сдалась мне ваша политика… — в сердцах махнул я.

— Это так не работает, Арсений.

— Я прекрасно это понимаю, — едва сдержался, чтобы не поморщится от этих нравоучений.

— И что же ты предлагаешь? — с интересом глянул на меня правитель.

— Информацию и технологии, — сказал я. — Я расскажу из-за чего мой род когда-то был уничтожен и буду готов создать это что-то и поставить на вооружение вашей гвардии. Сам не потяну, там бюджет нужен не клановый, а… масштабный в общем. Госмашине по карману, а другие завянут, можно даже не впрягаться.

Ну лукавил, конечно, а куда деваться. Все равно ведь эксклюзив.

Император прищурился, то ли задумчиво, то ли агрессивно, а может и сам пока не выбрал.

— Мы на рынке, что ли? — наконец, сказал он.

— Монополия на совершенно новый вид вооружения, — повторил я для весомости. — Я не балласт, Вашество. Я играю честно. На меня положится можно, если со мной тоже по-честному. Это все видели. Любой поручится.

— А еще любой поручится, что ты опасен и непредсказуем, — он изобразил руками чашу весов. — Оно мне надо рядом такое? Ты со всеми своими интригами никак не тянешь на кого-то околотронной орбиты.

— Так задачи не стояло. Если надо для картинки, без проблем, сделаю. Это нетрудно.

— Нет, Арсений. Меня люди не поймут. Вот переезжай к нам с концами. Развивай тут всё. Стройся. Нарабатывай авторитет у народа и клановых и через лет пять-семь поговорим. Может, младшенькую Милу за тебя отдам.

Я фыркнул. Не сдержался. На что император лишь поднял бровь.

— И что с Евой в таком случае будет?

— Отдам за достойную партию, — пожал он плечами. — Да не по любви. Но что поделать. Жизнь такая. Тысячилетиями так жили и ничего. Сначала слёзы, а потом детишки пойдут, уже и налаживается всё.

Говорил Иванов это явно с прицелом на то, чтобы вывести меня из себя.

— Хорошо, я вас понял. На счастье дочери вам плевать, — улыбнулся я. — До скорой встречи, Пётр Павлович.

Я встал, поклонился и вышел, хлопнув дверью. В приемной сидело немало народу, так что сделал это специально. Кивнул им в знак приветствия и, стараясь не вбивать пятки в пол, шел, сжимая кулаки.

И вроде знал, что так будет, а почему-то все равно взбесился.

Когда сбегал по ступеням дворца меня перехватил Кухарский. Как обычно нескладный и взъерошенный как воробей после драки.