Чтение онлайн

Они удивленно переглянулись.

— Поглядим, кто из вас лучше справляется, — сказал я. — Может, и поменяю вас местами.

По боевой части Маслов. Зам Сан Саныч. Далее в вашей структуре появляется две новых больших образования. Отдельно служба охраны. Все же понимают разницу между телохранителем и рядовым бойцом? — я обвел присутствующих взглядом и, дождавшись кивков, продолжил. — Ну и новый член совета нужен. Начальник контрразведки, а то Виктор Палыч не может уже быть одновременно и тем и тем и этим.

— Так погоди, — сказал Маслов. — Смотри у нас идет отдельно. Центр подготовки, — он загнул палец. — Гвардия клана. Контрразведка. Служба безопасности. Четыре зама, — глубоко призадумался он. — Ладно, сделаем.

Я довольно кивнул.

— Мальта, что у нас с «отделом акул»?

— Готовим. Еще немного и выпустим в свободное плаванье, — для остальных она начала пояснять. — Это будет структура, занимающаяся инспекциями всех остальных структур. У нас большая сеть всего и вся, и чтобы всё эффективно работало, надо все обсчитать проверить, всех лишних выпнуть, сократить либо расширить список должностей и так далее. Учёт тотальный и неизбежный.

— Порядок в хозяйстве нужон, — шутливо кивнул Сан Саныч с видом средневекового крестьянина.

— На этом пока всё, — объявил я. — Полную структуру со всеми замами замов и младшими помощниками старших писарей мне на стол. Разумеется, пока окончательно не утвердили, можно будет что-то подвинуть и так далее. Тем более система пока подвижная. Будем обкатывать проверять, что работает, а что нет. Детям бардак оставлять нельзя.

Я инспектировал дела клана Благих в Екатеринграде. Система взаимодействия еще хромала. Приходилось постоянно менять людей местами, давить саботажников и увольнять пригревшихся бездельников.

И вот во всей этой кипе дел, ко мне как-то прорвался «простой саморитянский священник», но взгляд его не смог меня обмануть — игрок в престолы еще тот. Потому беседа мне заочно не нравилась.

— Господин Благой, рад, наконец встреться с вами, — расплылся в улыбке бородатый гость в скромном монашеском одеянии.

— Отец…

— Зовите меня просто Михаил.

— Хорошо. Какой из вопросов вы не смогли решить, что попали аж ко мне на приём.

— Дело деликатное, — осторожно заметил он.

— Не сомневаюсь.

— После исчезновения Благих новое руководство не слишком радело за наше дело, и мы утратили влияние во многих властях, в частности в Европе. Даже в ближней. Неплохо поднажали в Африке, но все же церкви, скорее, выживали, нежели ширились.

Я вздохнул.

— Предлагаете мне идти в контратаку?

— Ну не так грубо, конечно. Все же людские души более тонкая материя, но…

Я поморщился.

— Михаил. Вот эту всю мишуру мне тут не надо. Если хотите давить папство, флаг вам в руки. Наши служители все же лучше, с какой стороны не посмотри. Сравнительные отчеты у меня были самые подробнейшие. Но… Я сейчас не могу вникать в это дело. Пока нагружен по самые уши. При этом то, что вы предлагаете, это уже внешняя политика. Наживать врагов в Европе мне пока некогда. Давайте я вас сведу с человеком из канцелярии императора. Вы я вижу, хваткий, выбьете с него финансирование и начнете играть. Но без меня. Хотите через свои саморитянские церкви заходите, хотите римские стройте и выдавайте наших священнослужителей за аббатов и святых отцов. Только усы им приклеить не забудьте.

Михаил хохотнул незамысловатой шутке. И тут в дверь постучали.

— Господин, — заглянула секретарша. — К вам госпожа Минхе Чон.

Я хмыкнул. Кивнул служителю на дверь и поднялся, чтобы встретить островитянку.

— Госпожа Чон, рад вас видеть. Какими судьбами?

— Да вот, решила попутешествовать, — по голосу было слышно, что она в прекрасном расположении духа, даже не помню, когда она на встрече со мной такой была. — Увеличения членов совета и возвращение сына позволило сбросить груз обязанностей и, наконец, хоть куда-то выехать.

Я пригласил её к окну. Подоконник был полукруглый в форме столика.

— Как находите наш город?

— Очень хорош. Я думала тут все попроще.

— Новостройки возводят с учетом старой архитектуры города. Главный архитектора за глаза зовут «вторым императором», — несколько нервно улыбнулся я. — Мы с ним уже намучались, и самое главное, он везде прав, даже и не разозлишься на него. Самому же потом по этому городу ходить.

Мы еще какое-то время болтали ни о чем. Этот разговор назрел давно, но мне всё было никак не пересечься с Минхе, и вот она сама решила обсудить.

— Я очень тебе благодарна за… за всё. Но главным образом за то, что не убил моего сына, и сумел с ним не поссориться. И отпустил Джи-А.

— Я никогда её и не держал, — пожал я плечами. — Она была мне лучшим другом, опорой, но никак не слугой.

— Кем ты видишь её теперь?

— Она все так же моя правая рука, — сказал я. — На Чеджу сейчас всем управляет именно она. А поскольку возможность конфронтации в совете почти исключена, то оспаривать твоё главенство или выводить её в отдельный род Чон-Чеджу, скажем, тоже смысла нет.

— Даже так, — усмехнулась она. — Я думаю, Арс, мы можем уже перейти на ты.

— Давай, — кивнул я. — Я хотел бы, чтобы ты начала её учить.

— Чему?

— Всему. Додай, что не успела: управление, ныряльщицы, семейные дела, техники рода. Мы оба хотим, чтобы она стала твоей преемницей.

— Спасибо. Ты не устаешь меня удивлять.

«Это еще что» — мысленно предвкушал я.

— И как глава клана Благих я хотел бы официально попросить у тебя её руки.

Я пожалел, что в кабинете не стоит скрытая камера, хотелось бы запечатлеть лицо Минхе в этот момент.

— Это и неожиданно и ожидаемо, — все же выдавила она из себя и откинулась на спинку кресла, глядя в пространство. — Знал бы ты, как совет меня раньше с этим доставал. Я, разумеется, одобряю. Впрочем, тебе это и не особо нужно. Но все же спасибо, что сделал вид, — тут она натянуто улыбнулась. Джи-А уже в курсе?

— Нет. Пока никак с ней это не обсуждал.

— Она ведь будет не первая?

— Разумеется, все по иерархии. Ева, потом Джи-А, затем Аоки, Дора и прочие.

— Гхм, прочие?

— Ну это я так. к слову.

— Угу. К слову. Ладно… Не моё это дело. Род надо восстанавливать. Я всё понимаю. Хотя, даже с учетом этого фактора реакцию общества предвидеть не берусь.

— Да и шли бы они все лесом, — махнул я рукой. — Речь о благополучии рода. О его фундаменте. Тут нет места ориентирам на кого либо, кроме потомков.

— Трудно спорить. Кстати, пока коснулись этой темы, я не одна прибыла, — тут она замялась. — Помнишь ставку сына во время поединка с тобой.