Чтение онлайн

Лицо у меня, должно быть, в этот момент было донельзя идиотским, ведь невеста рассмеялась. После занятия я позвал её в тренерскую.

— Что ты тут делаешь?

— Да вот решила повидаться. Когда еще тебя увижу. Ну и прикольно это. Я заметила, что если хожу на занятия, то упражнения с даром даются мне легче.

— Так и есть, — кивнул я. — Схожие системы.

— Я хотела с тобой поговорить.

Решил не гадать, а сразу спросил:

— О чём?

— О Джи-А. Я думаю, она заслужила быть следующей. Справедливее было бы сделать её первой, но все же в мире полно условностей. Я готова подождать. Того требует моя честность.

— Вот за это я тебя и люблю, — сказал я.

Я был благодарен, что мне не пришлось выбирать очередность.

— Слушай, — улыбнулся я. — По этому поводу имеется одна безумная идея. Скажи мне, я сошел с ума, или это лучшее, что можно придумать.

Я поведал, то, что давно обкатывал в голове. Аоки долго думала, а потом сказала:

— Если попробуешь провернуть подобное со мной, я тебя убью.

— Но мы делаем?

— Делаем конечно! Это безумно. Но мне кажется, никто и никогда подобное не совершал.

— Ты уже понял, что осознаный сон — это базовый навык любого провидца, — лекторским тоном начал я.

— Так говоришь, будто каждый мы толпами ходим, и ты нас каждый день видишь, — заметил Романов.

— Скажем так, у меня большой жизненный опыт. И его можно экстраполировать даже на сферы, в которых мало что понимаешь.

— Допустим.

— Представь двух детей. Один всю жизнь ходил на все три мои секции. Другой только на бокс. Если они встретятся, то у боксёра немного ключей к победе, но всё же у ударника всегда есть шанс.

— Ты это к чему?

— Тебе никогда не стать пророком уровня твоего брата. Но если ты сосредоточишься только на деле Ушедших и шагоходах… есть шанс научиться досылать свою двойку в бороду любому, из какого бы вида спорта он не пришел. Всего лишь два направления предвидения из всего многообразного мира. Как думаешь, по силам тебе это?

— Если так сужать, то звучит будто бы даже как что-то легкое.

— Вот! Ты справишься, я уверен. Или я запру тебя в подземном комплексе вместе со своими ученными. Они тебя точно запытают, если не скажешь им в какую сторону копать.

— Спасибо, — выставил он руки. — Обойдусь домашним обучением!

— Мне нравится твой энтузиазм.

— Но я мне не комфортно, когда ты зовешь меня пророком. Провидцем еще куда не шло.

Я лишь хмыкнул.

— А ещё я так и не понял, как я буду видеть одновременно вперед и назад, это же противоречит провидческой природе.

— Во-первых, так написал твой брат. Этому дару у вас чуть больше века, что за это время изучить можно? Нихрена. Четыре-пять поколений — это просто несерьезно. Во-вторых, возможно, это просто оковы, которые вы передаёте друг другу. Первопредок не смог и перекинул эту белиберду наследнику, и вот вы с этой торбой ограничений таскаетесь по реке времени.

— В таком разрезе я не думал, — сказал Костя.

— А ты вообще не думай. Я за тебя подумаю. Ты делай. Этого за тебя не сделает никто. А если это все же правда, Мин Юн же не просто так научила тебя контролировать сон. Это чтобы вообще запоминать их и разглядывать события в деталях. Во снах будешь смотреть прошлое, в реальности будущее. Это как переключение тумблера. Так настройка дара пройдет более гладко. Так говорит моя чуйка.

— Когда так уверенно вещаешь, и моя чуйка твердит тоже самое.

— Потому что главное в этом деле Намерение. Настрой. Всё давай, покоряй вершины еще не случившихся событий. Я отчалил, мне еще уставать жениться.

Романов вытянул руку и закрыл глаза:

— Вижу будущее… — зловеще протянул он. — Оно туманно буквы плавают и складываются в слово, — тут он прищурился, словно правда пытался прочесть что-то вдали. — За-за… не вижу. Сейчас. Секунду. «Затрахаешься», — произнес Костя с видом мудреца.

А я засмеялся и махнул рукой. Ну его.

Я не мог предсказать реакцию Джи-А. Да и никто не мог. Слишком уж это всё сюрреалистично с напылением легкого безумства. Так просто не принято, потому наверно никто никогда и не делал ничего подобного. Ну и риски определенные присутствуют. Не все в себе уверенны настолько и не хотят окунуться в грандиознейшее фиаско в случае провала.

От этих невеселых мыслей спасался делами клана. Например, прошение о переводе от Ма Ри Ны заставило меня заняться её судьбой.

— Итак, Ма Ри На, — задумчиво произнёс я, расхаживая из стороны в сторону.

Несмотря на историю нашего знакомства любые попытки кокетства она теперь оставила. Да и были у нее подопытные для этого дела. Девушка сидела с лицом провинившейся школьницы.

— Верной службой ты несомненно искупила все свои проступки прошлого. Более того, доказала, что тебе можно верить.

— Героически защищала жизнь Романова, — поддакнула она.

Парочка «покушений» и правда была. В кавычках и с большой натяжкой. Просто отправили тех кого не жалко пощупать, а что там этот новый Романов из себя представляет.

Ночью к этим живым миноискателям являлась Ма Ри На. Все кроме одного исчезли. А живое послание напуганное до расстройства речи и, возможно, психики донесло до работодателей совершенно четкую мысль: «Повелителя ночи» трогать не следует. И без того пугающая аура рода приобрела темный оттенок силы Ма Ри Ны. А когда все узнали, что мы сдружились, очередь на прощупать известную семью и вовсе сократилась до нуля человек.

— Твой дар уникален, — продолжил меж тем я. — И теперь, когда мы вышли на некое плато по смертельно опасным событиям, нужно успеть сделать так, чтобы он не пропал в веках. К тому же, как ты теперь знаешь, твоя истинная госпожа Дасани Джун жива и здравствует. А теперь откровенный вопрос, ты написала прошение руководствуясь чем?

Она замялась, подбирая слова.

— Я… вы мой истинный господин, даровали мне куда более значительную судьбу, чем мне была уготована. Просто я подумала, что… раз клан все равно один, то будет правильнее, если я вернусь на службу госпоже Джун. Возможно, это бы показало вам, что я поменялась.

— Если судить по жалобам Романова, не сильно-то ты и поменялась.

— Сладкий мальчик, — улыбнулась Ма Ри На. — Долго сопротивлялся. Но… слишком юн, чтобы справиться с искушением.

— Вот чтобы такого больше не случалось, я и определю тебе мужа.