Вернуть истинную
Шрифт:
Каждая клеточка моего тела кричала от беспомощности.
Спустя, казалось, вечность, мне удалось немного успокоиться. Дрожь утихла, слёзы перестали литься, но тревога никуда не уходила.
Она не просто висела в воздухе, она въелась в меня, стала частью меня, пульсировала под кожей. Каждый шорох за дверью заставлял вздрагивать.
Захарий оставил нас для того, чтобы сходить за специальными травами.
Серена, измотанная и напряжённая, задремала на стуле.
Я сглотнула пересохшим горлом, оглядывая покои Хьюго. Мой взгляд скользнул по его кровати, и я заметила небрежно брошенную рубаху.
Поддавшись необъяснимому импульсу, пока никто не видит, я подошла, подняла её и прижала к груди, глубоко вдыхая.
Его запах родной, самый любимый, смешанный с запахом леса, силы и опасности. Он обволакивал меня, дарил мимолётное утешение.
Только бы с ним было всё хорошо, только бы он был цел. Моё сердце разрывалось от боли за сына и за своего любимого.Сложив рубаху, я убрала её в шкаф.
Хотела уже закрыть дверцу, как замерла, заметив на полке что-то, скрытое под другими вещами.
Мои детские портретики. Аккуратно взяла один, где я была совсем малышкой, с широко распахнутыми глазами.
Горькая улыбка появилась на лице, когда я стала рассматривать все детали старой картины. Где он это нашёл? И неужели хранил у себя?
Это неоспоримое доказательство его заботы и, возможно, чувств, словно тёплая волна, сразу же окутало меня, прогнав на миг холод страха.
В глубине души я знала, что он хочет мне сказать, чувствовала это каждой фиброй своей души.
Ведь он так сильно прижимал меня к себе, целовал.
Я вздохнула, обнимая себя за плечи, пытаясь удержать это хрупкое тепло.
Внезапный, резкий стук в дверь заставил меня насторожиться, моё сердце снова подпрыгнуло к горлу.
Но тут же вспомнила, что это, скорее всего, Захарий. С облегчением я поспешила отворить.
Стоило это сделать, как я остолбенела от ужаса и пронзительного, всепоглощающего страха.
Передо мной стоял Джерр. Его глаза горели зловещим огоньком, а на губах играла гадкая, мерзкая ухмылка, когда он смотрел прямо на меня.
Я попыталась захлопнуть дверь, изо всех сил наваливаясь на неё, но он оказался быстрее. Его нога уже стояла в проёме.
С нечеловеческой силой он отдернул дверь, буквально оттолкнув меня. Я не удержалась на ногах и, потеряв равновесие, упала на пол, ударившись коленом.
Джерр, с самодовольным видом, шагнул внутрь, медленно закрывая дверь за собой, отрезая нас от внешнего мира.
— Вот ты и попалась, Мэдисон, гадко проговорил он, его голос был полон отвратительного торжества.
— Мэди, прошептала Серена, проснувшись, вскочив со своего места.
Его взгляд, скользнул по мне, а затем метнулся к Серене, её глаза мгновенно распахнулись, увидев незваного гостя.
Он оскалился.
— Что тебе нужно?! — прошипела я, поднимаясь на ноги, ощущая, как липкий, парализующий страх проникает в каждую вену. Моё тело дрожало, но я старалась держаться.
Джерр лишь усмехнулся, медленно, с наслаждением, подходя ко мне вплотную. Его дыхание опалило моё лицо.
Внезапно раздался свистящий звук, и Серена, собрав всю свою силу, сбила его с ног мощным толчком воздуха.
Я тут же поспешила позвать на помощь, добежала до двери, но Джерр оказался быстрее.
Он вскочил, и, прежде чем я успела издать хоть звук, схватил меня, резко притянув к себе.
Холодный металл ножа мгновенно прижался к моему горлу, останавливая дыхание и любой крик.
Я сглотнула, но горло было так пересохшим, что это лишь усилило удушающее ощущение.
Мои глаза встретились с широко распахнутыми, полными неподдельного ужаса глазами Серены. Её лицо побледнело до мертвенной синевы, отражая мой собственный сковывающий страх.
— Если снова атакуешь, она умрёт, прорычал Джерр, его голос был холодным, как сталь ножа.
Он грубо потряс меня, указывая на меня острием, чтобы Серена видела, что он не шутит.
Я зажмурилась, пытаясь осознать происходящее. Как он сюда пробрался?
— А я знаю, кто ты.Серена, волчья подстилка. Слова ударили. Я сжала кулаки, чувствуя, как внутри закипает бессильная ярость, но любое движение грозило моей собственной жизнью.
— Зачем ты пришёл? — прошептала я, чувствуя ледяное лезвие ножа, что едва касалось моего горла.
Стало не просто страшно – стало ужасно страшно.
— Твой сын у твоей тёти, Мэдисон, эти слова обрушились на меня. На этом моё сердце будто остановилось, замерло, а затем рухнуло в бездну от панического страха за сына.
Слезы хлынули рекой из глаз, обжигая щёки, смешиваясь с ощущением холода и тошноты. Весь мир сузился до одной мысли.
— Но у тебя есть выбор, он наклонился ко мне так близко, что его зловонное дыхание опалило мою кожу. Я дёрнулась от отвращения и ужаса.
— Она ждёт тебя. Добровольно сдашься, сына так и быть, вернём обратно. Нам не нужно волчье отродье, которое портит нашу кровь, его слова были ядом, но каждое из них пронзало меня насквозь.
Я закрыла глаза, понимая, что готова на всё. На абсолютно всё ради своего ребёнка. Лишь бы он был цел, лишь бы вернулся ко мне. Моя жизнь, моё будущее, моё тело – ничто по сравнению с его безопасностью.
— Откуда я узнаю, что вы не соврёте? — прошептала я, мой голос дрожал. Я видела, как Серена, задохнувшись от ужаса, тоже стала плакать, её беззвучные рыдания отражали мои собственные. Я и сама не сдерживалась, позволяя слезам течь свободно.
— Узнаешь, если будешь себя хорошо вести.
— После тебя займёмся ей, прорычал Джерр, его голос, полный отвратительной похоти и предвкушения, скользнул по Серене.
Та побледнела ещё сильнее, её глаза расширились до предела, а губы беззвучно задрожали.
В этот момент страх за себя отошёл на второй план, вытесненный паникой за подругу. Я не могла этого допустить. Она и так прошла через ад, пострадала из-за них.
— Вы не тронете её— выдохнула я, но мой голос был лишь хриплым шёпотом. В ответ Джерр сжал моё горло сильнее, стальной хваткой перекрывая доступ воздуха.