Чтение онлайн

Я останусь здесь. А Ник, мой малыш, Хьюго. Я зажмурилась, прижимая его к себе, целуя его крошечный лобик. Слезы жгли щеки, но я уже не обращала на них внимания.

Внутри всё кричало от боли и отчаяния, но я знала, что ради Ника готова на всё. Только бы он был в безопасности. Только бы с ним всё было хорошо.

Я сжала его в объятиях так крепко, как только могла, не позволяя никому забрать его. Не могу. Не могу так поступить.

Не могу отдать своего сына. Сердце ноет, разрываясь от боли, а страх за Хьюго, за то, что с ним может случиться, становится только сильнее.

Он поймёт. Я знаю, он поймёт меня. Ведь сам бы так поступил ради нашего ребёнка. Но как же всё сложно.

Каждый шаг казался невыносимо тяжёлым. Я медленно, почти не чувствуя ног, пошла к повозке.

Едва сев, я почувствовала, как меня окружили. Ведьмы. Их взгляды, полные осуждения и презрения, прожигали меня насквозь, но я старалась не обращать на них внимания. Всё, что имело значение, было здесь, в моих руках. Мой сын.

— Позорище, услышала я чей-то тихий, ядовитый голос, но он тонул в шуме моей собственной боли. Было так всё равно.

Я родила от любимого мужчины. Разве это позор? Разве важно, кто он, если я его люблю, не смотря ни на что? Разве важно, что он был моим врагом, а стал самым близким человеком?

Как же мне жаль, что мы не успели поговорить. Мысли метались, обжигая.

Я снова зажмурилась, сглотнула, пытаясь проглотить эту горечь, эту несправедливость.

Молилась, закрыв глаза, молилась так, как никогда прежде. Молилась, чтобы с Хьюго всё было хорошо, чтобы боги охраняли его.

Пока резкий, гортанный, истошный вой волка не заставил открыть глаза.

Я замерла вновь, видя его. Не могла спутать ни с кем его волка. Он бежал за нами, так быстро, так мощно, тенью скользя по земле.

Моё сердце забилось быстрее, с новой силой, от того, что он нашёл нас. Нашёл меня. Но вместе с этой радостью пришла и острая, пронизывающая боль.

Боль от понимания, что он один, один против этой толпы. Он не сможет сравниться со всеми.

Слезы застилали всё, превращая мир в расплывчатое пятно, но я продолжала в упор смотреть на него.

Меня стали удерживать, грубые руки вцепились в мои плечи, когда в него полетели сгустки магии. Моё сердце остановилось от ужаса. Сердце замерло, а затем бешено забилось в груди, вырываясь наружу.

— Нет! Не надо! — кричала я, не в силах выдержать того, что видела. Я билась, вырывалась, но меня держали крепче.

— Уничтожить, сдавленно прошипела тётя, её голос был полон злобы и торжества. Я повернулась к ней, видя, как она усмехается, наслаждаясь моим отчаянием.

— Выбирай, что для тебя важнее, пристально сказала она мне, её глаза горели холодным огнём.

Я сглотнула, сдерживая подступающие слёзы, чувствуя, как внутри всё обрывается.

— Не трогайте его. Он уйдёт. Я отдам ему сына. Он уйдёт. Он сделает так, как я скажу. Мой сын не должен быть сиротой, как и я.

Тётя взревела, когда я это сказала, но мне было всё равно. Я сделала свой выбор.

— Смотри у меня,прошипела она, её голос стал ледяным.

— Сила твоя не досталась твоему выродку. Проверили его уже.

— Остановить повозку! — приказала тётя, её голос звенел от жестокости.

— Сейчас ты идёшь к нему, отдаёшь сына, и он забывает о тебе. Поняла? Иначе они оба умрут.

С этими словами, словно под действием неведомой силы, я спустилась с повозки. Ноги подкашивались, но я устояла.

Сердце защемило, когда Хьюго обернулся. Наши глаза встретились. В его взгляде я увидела вихрь эмоций: волнение, страх, недоумение. Я не могла сделать ни шага. Ник, мой маленький Ник, которого я так крепко прижимала к груди.

— Иди, выкрикнула тётя, едва сдерживая злорадство. Я, словно во сне, подошла к Хьюго. Смотрю на него, видя, как напряжены его мышцы, как он сжимает кулаки. Он взял меня за плечи, его взгляд скользнул по моему лицу, словно он пытался прочитать в нем ответы на свои невысказанные вопросы.

— Ты цела? — спросил он, его голос был сдавленным, наполненным тревогой. Я слабо улыбнулась, чувствуя, как слёзы подступают к горлу. Не могу. Просто не могу. Больно. Страшно.

— Возьми. Возьми его, я с трудом всучила ему в руки Ника, сама едва сдерживая рыдания. Ник, почувствовав перемену, тут же заплакал. Его плач, такой беззащитный и пронзительный, добивал меня, разрывая сердце на части.

— Уходи, прошептала я, глядя в его глаза. Я видела в них непонимание, читала злость, но самое главное – видела боль.

— Уходи. Мне не нужен сын от волка. Мне не нужен ты, говорила я, а каждая клеточка моего существа кричала обратное.

— Что ты несёшь? — вскрикнул он, в его голосе звучало отчаяние. Я отрицательно покачала головой, отступая от него, подальше от его боли, от своей собственной. Плач Ника становился всё громче.

— Уходи! Уходи! — крикнула я, надрываясь, чувствуя, как слова рвутся из груди.

— Мышонок! — я толкнула его, словно пытаясь оттолкнуть и его, и всю эту невыносимую реальность.

— Уходи, уходи, волк! — кричала я, видя, как он тяжело дышит, как его грудь вздымается.

— Я не хочу быть с тобой!

С этими словами, я развернулась и, не оглядываясь, бросилась в повозку, слыша за спиной пронзительный плачь своего ребёнка и яростный рык своего мужчины.

Хьюго

Плач Ника разрывает тишину, каждый его звук – это удар по моему сердцу. А то, что я вижу, только добивает меня. Мэди ушла.

Она поспешно скрылась, словно боясь моих глаз, моего взгляда. Я не могу понять. Меня гложет, разрывает изнутри. Ведь видеть её слёзы – последнее, чего я хотел. Я бы отдал всё, чтобы стереть их с её лица.

— Не ищи меня! — крикнула она в последний раз, когда повозка наконец тронулась. Сердце защемило, а рык из груди вырвался сам собой, когда я наконец смог разумно мыслить.

Догнать. Присвоить себе. Забрать навеки. Я зажмурился, оскалившись. Когти выступили на моих руках, когда я увидел, что она уезжает. Уезжает от меня. От нашего ребёнка. Так быстро, почти не глядя, всучив его мне, даже не позаботилась всё объяснить.