Чтение онлайн

– Нет, – ответил Гудвин, – на сегодняшний день первый, и единственный.

– Понимаю Вас, – кивнул Сейдж, – очевидно утрата для нас всех незабываема даже черед столетие, что Вас назвали этим именем?

– Верно, мистер Сейдж, – сказал Гудвин, – есть те, о ком нельзя забывать.

– Джентльмены, – прервал их беседу старик, – мне кажется, нам уже можно пройти к доктору Симховичу, чтобы не терять понапрасну время и успеть к вечернему чаю. Ты готов, Гарри? – положил он руку на плечо Гудвину.

– Всегда, старина, – ответил Гудвин усмехнувшись и снова посмотрел на Сейджа, – успеем пообщаться, мистер Сейдж. В начале, лучше займёмся делом. Нам многое предстоит решить.

– А кто такой доктор Симхович? – спросил Гудвина Сейдж, но ему ответил старик.

– Доктор Симхович – физик, учёный, раввин, и просто хороший человек. Он ждёт нас в лаборатории музея…

…Лаборатория находилась на заднем дворе. Это была двухэтажная постройка напоминающая бетонную коробку, первый этаж которой уходил в землю и поэтому она казалась меньше дома.

Старик провёл всех вниз и Сейдж увидел, что первый этаж был на самом деле огромным ангаром, светлым и просторным, с белыми стенами. Из-за белого пластика стен, ангар казался не просто светлым. Тут было ярко, что даже утомляло глаза.

– Гарри, привет! – махнул Гудвину рукой человек лет тридцати, в белом халате, вышедший навстречу из глубины ангара.

– Здорово, Михаэль, – поравнявшись с ним обнял его Гудвин.

– Я вижу, ты совсем местным стал? – улыбнулся Гудвин Симховичу.

– Да ну брось, Гарри, – протёр запотевшие очки Симхович, – я всю жизнь мечтал заниматься своим делом, без перерыва на молитвы и шаббат, и не сравнивать результаты своих исследований с теилим.

– Слышал бы это наш дедушка! – усмехнулся ему Гудвин.

– Наш дедушка и благословил нас на то, чем мы тут с тобой занимаемся, – ответил, так же улыбнувшись, Симхович, – и кстати, как его здоровье?

– Дедушка передавал тебе привет и просил сообщить ему как пройдут испытания, – сказал Гудвин, – он очень хотел бы своими глазами увидеть то, о чём он только слышал всю свою жизнь.

– Скажешь ему, что это будет очень скоро, – Симхович улыбнулся, кивнул и посмотрел на Сейджа.

– Мистер Сейдж, я так полагаю? Я доктор Михаэль Симхович, и надобно сказать, что это именно я настоял, чтобы Вы приехали в Россию и приняли участие во всём, что тут произойдёт.

– Польщён вниманием, – пожал руку Симховичу Сейдж, – а чем вызвано это внимание ко мне?

– Это долго рассказывать, поэтому я предлагаю пройти к машине, чтобы вы всё увидели своими глазами, – ответил ему Симхович и пригласил всех в глубину ангара.

Машина, о которой сказал Симхович, оказалась небольшой камерой стоявшей у стены. Внутри камеры находились несколько капсул. Они напоминали капсулы для сна. Внутри камеры горел очень яркий свет, а сама она была заперта и открывалась только снаружи.

– Вот наша совместная работа, джентльмены, – восхищённо указал на камеру Симхович, – мы собрали её и она работает! Это гениальное изобретение для… – посмотрел он на Гудвина, – для начала ХХ века, не правда ли?

– Вы хотели сказать ХХI-го? – поправил его Сейдж.

– Нет, – ответил Симхович, так же восхищённо улыбаясь, – именно ХХ-го!

Он глянул на камеры, затем снова посмотрел на всех.

– Комплектующие и дизайн, джентльмены, несомненно современные, – Симхович поправил очки, – но все разработки принадлежат началу прошлого века. Интересно другое, что собрать её можно было исключительно в нынешних условиях. И остаётся загадкой как и откуда им, жившим тогда, стали известны некоторые открытия наших дней. Но оставим этот вопрос на потом. Работа над этой машиной, и её первые ходовые испытания были завершены в начале 1912 года, уважаемым доктором Фредериком Джозефом Гудвином, – посмотрел он на Гудвина, а затем на Сейджа.

– Я не ослышался? – удивился Сейдж глянув на Гудвина, – вашим родственником погибшим на «Титанике»? Но он же был простым электриком!?

– Нет, – вмешался в разговор старик, – доктор Гудвин был ещё и гениальный учёный, и успешный коммерсант. Он ремонтировал электроприборы, машины, принимал заказы как простой электрик и даже принимал участие в строительстве «Титаника». Освещением судна ведь занимался именно он. На «Титанике» была испытана система плавких предохранителей, которая используется сейчас повсеместно. Это изобретение гения Фредерика Гудвина. Другое дело, что происхождение и религиозная принадлежность не давали ему возможности работать в Британии легально, заниматься физикой, а не поломанными велосипедами. Потому он и покинул Англию и погиб, вместе со своей супругой и почти всеми детьми. И то что перед Вами сейчас, мистер Сейдж, есть ни что-иное, как самое великое изобретение доктора Фредерика Гудвина. Правда, Михаэль и Гарри всё-таки внесли некоторые коррективы, – уточнил он, – наука ушла вперёд и нам сейчас известно многое из того, чего не было известно доктору Гудвину в начале прошлого века.

– Почти всеми детьми? – удивился Сейдж, – но ведь все его дети погибли!

– Нет, – покрутил головой старик, – выжил один из его сыновей, а именно Гарольд. Больной, ослабевший, с тяжелейшей душевной травмой и заново учившийся ходить, но выжил и стал человеком.

Старик подумал.

– Я полагаю так, что нам лучше обсудить это за чашкой чая. Доктор Симхович нас пригласил не для того, чтобы мы вспоминали прошлое, а для того чтобы мы его увидели воочию. Так что, Вам слово, доктор Симхович, – кивнул старик Симховичу.

– Спасибо, – улыбнулся Симхович, – я предлагаю Вам, мистер Сейдж, испытать эту машину. Нет никакой опасности для здоровья и жизни, я Вас уверяю. Она работает по принципу томографа в клинике и в случае неудачи Вы просто полежите пятнадцать минут в одной из этих капсул, – указал он на камеру.

– А в случае удачи? – спросил Сейдж.

– Это в начале будет как сеанс гипноза, – улыбнулся Симхович, – Вы впадёте в состояние напоминающее гипнотический сон. Тут пройдёт не более пятнадцати минут, а там…

– Там? – перебил его Сейдж.

– Да, там, – кивнул в ответ Симхович, – в том промежутке пространства-времени, в той реальности частью которой Вы станете, может пройти вся Ваша жизнь. Вы там можете состариться, увидеть своих внуков, правнуков и… – Симхович подумал, – второго себя. Точкой возвращения является смерть в том времени.

– Времени? – подошёл к камере Сейдж и заглянул в неё, – или, всё же, гипнотранса?

– Времени, – уточнил Симхович, – это не гипнотранс и не гипнотический сон. В состоянии гипноза невозможно видеть обычные сны, когда засыпаешь, так сказать, «там». Засыпание в состоянии гипноза является сигналом к просыпанию, возвращению в реальность. В нашем случае, как пишет доктор Гудвин, описывая принципы работы машины, точкой возврата сон, или кодовое слово, не являются. Но эту точку можно установить заранее.