Чтение онлайн

– Я СБРОШУ ТЕБЯ В АД! – прорычал он.

Грача подняло и закрутило в воздухе. Секунда – и он оказался на краю обрыва. Под ним шипела и дымилась тягучая красная масса.

Володя понял, что сейчас упадет, но находчиво придумал прочную ограду, помешавшую ему сорваться. Он вцепился в нее руками и согнулся, сопротивляясь натиску беснующего урагана.

В поле его зрения вновь попал странный мост, переброшенный через обрыв. И что-то было в нем такое, знакомое... значимое.

Перед его внутренним взором возникло морщинистое лицо оракула Рамахавали. Ее губы, неторопливо двигаясь, беззвучно произнесли:

– В запретное место ведет невидимая дорога. Пройти ее очень важно. Вы оба видите тени, и ваше место отныне в обоих мирах. Но вы пройдете по мосту душ, соединяющем то, что было, и то, что будет, при условии, что держитесь за руки…

– Милка!
– заорал Володя что было сил. – Беги на мост!

– Без тебя не побегу! – сквозь свист ветра долетело до него.

– Не будь дурой! Уходи, пока он занят! Он не может контролировать нас обоих!

«Только бы она послушалась!» - с отчаянием думал он, борясь с ветром и перилами, которые рассыпались под его скрючеными пальцами. Он представил, как Мила бежит по мосту – и Мила побежала.

Красные глаза внезапно оказались прямо перед ним:

– ГДЕ ТВОЕ СЛАБОЕ МЕСТО?

Грач увидел картины из прошлого. Они чередовались, как в калейдоскопе, перетекая одна в другую без всякой связи:

Бой с игиловцами в сирийской деревушке…

…раскаленная пустыня, где он едва не умер от жажды и ран...

…залитое кровью лицо побратима, сраженного вражеской пулей…

…ядовитая змея, готовая напасть...

– ВСЕ НЕ ТО, НЕ ТО! – щурились страшные глаза, и было противно от того, как бесцветные холодные щупальца копались в его мозгу.

– Ну ты и сволочь! – прохрипел Грач, пытаясь защититься от них и не вспоминать.

Увы, на сей раз трюк не удался, он оставался перед Красноглазым открытым, как на ладони.

…Снежная круговерть в Антарктиде и стоны умирающего летчика, доносящиеся из палатки…

...скованная льдом узкоколейка, обрывающаяся в провал…

…Аня, сорвавшаяся с переправы и летящая с криком вниз…

– А вот жену не тронь! – среагировал Грач и запустил прямо в ненавистные глаза ярчайший огненный шар – единственный образ, что пришел на ум. Видимо, всплывший из эпизода какого-то фентезийного фильма.

Красноглазый завыл, мотая башкой. Воображаемый файербол причинил ему боль, и Грач, пользуясь секундным затишьем, рванул от края бездны с такой силой, что никакой ураган не смог уже его догнать.

Отбежав от пропасти, Володя упал, споткнувшись о некстати подвернувшийся камень, но тотчас вскочил, готовый обороняться. Красноглазый ревел оглушительно – так, что едва не лопались барабанные перепонки.

Грач оглянулся в поисках Милы. Та стояла в начале моста, переживая из-за его схватки с призрачным чертом. Он бросился к ней, схватил за руку, и они вместе побежали по мосту.

– Куда? – выдохнула Мила.

– Вперед! – без тени сомнения ответил Грач.

Он почему-то был совершенно уверен, что поступает правильно и мост выведет их на свободу.

– МЫ ЕЩЕ ВСТРЕТИМСЯ! – донеслось им из темного зева пещеры. – И ТЫ УЗНАЕШЬ ПОЧЕМ ФУНТ ЛИХА!

Мост оборвался внезапно: вот ноги касались его – и вот опоры нет.

Милка ахнула, а Грач развернулся в полете, обхватывая ее обеими руками. Он падал спиной вниз, сердце ухнуло в живот, однако Володя знал, что все будет хорошо.

– Возвращаемся! – гаркнул он, заглядывая в зажмуренное лицо Москалевой. – Глаза открой, ну!

И Мила открыла глаза…

Грач отпрянул от нее, выпрямляя спину и разжимая руки. Он стоял на коленях, а перед ним лежала на траве бледная и трясущаяся Москалева. Глаза ее были широко распахнуты, и в них блестели слезы.

– Если сейчас же не разойдетесь, последуют репрессии. Считаю до трех! – кричал за спиной у Грача Соловьев. – Раз!..

Володя прерывисто вздохнул, борясь с остатками тошноты. Грудь его ходила ходуном, мышцы болели. Мила застонала и выгнулась дугой. Грач с трудом сосредоточился, припоминая, какие биоактивные точки следовало нажимать чтобы привести ее в порядок. «Что же я делал с ней в прошлый раз? Так, кажется, вот это сработало…»

– Два! – слышалось позади, но Грач не обращал внимания, уверенный, что Вик справится и стрельбы не будет. У него же была своя забота.

– Ну же, Мила, приди в себя! – Он растер ей ушные раковины, нашел большим пальцем ложбинку в месте крепления нижней челюсти и надавил.

Милка задышала ровней и затихла.

– Майор на проводе! – звонко крикнула Чебышева. – Приказывает всем опустить оружие!

– Ну вот, конфликт исчерпан, - пробормотал Володя, отдуваясь. – Да и мы с тобой молодцы, верно, Милка?

Мила пошевелилась и попыталась спросить, не раскрывая глаз:

– М-мы… выб-брались? От-ту-да...

Он, скорей, догадался, чем разобрал ее сиплое бормотание.

– Конечно! Ты разве сомневалась?

– Где… м-мы?

– Валяемся посреди лагеря и кормим комаров, - Грач прихлопнул впившегося в шею кровососа.

Мила захотела сесть, и он помог ей, а потом помог и встать, поддерживая, чтобы девушка не рухнула обратно от слабости. Ее все еще знатно колотило. Да и его тоже, чего уж там. Он будто пробежал кросс в полной выкладке на сорокоградусной жаре. Сердце готовилось выскочить из горла вместе с остатками непереваренного завтрака.

– Три шага сделать сможешь? Сядем нормально…

Грач довел девушку до ближайшего стула (который пришлось поднять, разложить и смахнуть с него грязь, нападавшую, видимо, во время взрыва). Сам он повалился прямо на землю и наконец-то почувствовал себя в безопасности. Красноглазый неплохо так нагнал на него жути. Вся их битва, занявшая в реальности доли секунды, крутилась перед глазами, но эмоции потихоньку отступали, замещаясь на толику заслуженной эйфории.

– Вот же дьявол! – проговорил Грач с изумленным восхищением. – Но мы тебя уделали, сволочь такую. Ты крутой, а мы – круче!

– Вова, ты тоже его видел? – очень тихо и очень осторожно спросила Мила. – Мы правда побывали в подземном царстве? Или это дурацкий сон…

Володя откашлялся, схватившись при этом рукой за грудь – ребра болели, словно били его не призрачные, сотканные из тумана руки, а увесистые плотные дубинки.

– Все это не совсем по-настоящему, - начал он. – Не может на свете существовать такое.

Милы шмыгнула носом:

– Подземелье под вулканом, может, и не существует, но этот тип… я, кажется, его знаю. Это он посылал меня сегодня в храм.