Вероника, я люблю тебя!
Шрифт:
— Нет, — отмахиваюсь я.
— Опять задумалась о каком-то важном «ничего»?
Я улыбаюсь, отгоняя образ разъярённого Марка.
— Да ну тебя.
— Идешь завтра?
— Куда? — Я удивлённо поднимаю брови.
— На вечеринку к Владу. В восемь. Ты за?
Пожимаю плечами. Я не знала об этой вечеринке.
— Даже не знаю.
— Правда, Марк тоже будет там, скорее всего, — говорит моя подруга и смотрит на меня. — Ты можешь не пойти из-за него, верно?
Мысленно улыбаюсь. Я не рассказывала Рите, как провожу все вечера на этой неделе. Даже не знаю почему. Она и не подозревает, что я постоянно с Марком. Ритка часто раньше уходит с пар, говорит, что ей скучно. Поэтому она ни разу не видела, как Марк забирает меня после занятий. Она бы наверно сильно удивилась, увидев нас вместе. Я говорила ей, что этот парень меня бесит и только. Но он же меня бесил, верно?
— Нет, не из-за Марка, — отвечаю ей.
— Из-за мамы?
Я рассказала Ритке о разговоре с мамой (упустив, правда, что Марк был при этом разговоре) и о том, что она стала избегать меня всю эту неделю. Поэтому отвечая на вопрос о маме, качаю головой.
— Если я не пойду, значит, просто не хочу.
Эти слова легко слетают с моих губ. Я ведь теперь делаю то, что хочу, а не то, что требует от меня мама.
— Звенит звонок, оповещая, что пара закончилась. Я кладу тетрадь и ручку в сумку. Встаю.
— Ну, так что, идешь? Обещаю, как в прошлый раз не будет, правда, — уверяет меня подруга.
— Не знаю.
Я, правда, не знаю. Марк, наверное, захочет пойти. И что, мы пойдем как пара? Никто не знает о наших отношениях.
— Я сообщу тебе завтра.
— Ладно, — Ритка надувает губы. Обижается.
Я хлопаю её по руке.
— Рит, я не сказала, нет, — улыбаюсь ей.
— Ок, — она улыбается в ответ. Мы выходим из аудитории.
Сегодня у нас ещё одна пара. Я иду в аудиторию, но Ритка говорит, что не пойдет. Они с Вадимом собрались куда-то.
— Учёба только началась, а ты уже прогуливаешь, — пеняю ей.
Она отмахивается.
— Мамочка, я нагоню, обещаю, — смеётся она и идёт к выходу.
Потом оборачивается и кричит мне:
— Меня завтра не будет в колледже, так что позвони насчет вечеринки, хорошо?
О, Ритка, прогульщица!
— Хорошо, позвоню, — кричу ей.
После уроков выхожу из колледжа и вижу Марка. Он стоит, облокотившись о машину. Замечает меня. Я хочу помахать ему рукой, но передо мной появляется парень из нашей группы и заслоняет меня от Марка. Кажется, его зовут Леша.
— Ника, — обращается он ко мне.
— Да?
— У нас одна тема самостоятельной по истории искусств, можешь мне помочь прояснить кое-что? Ты ведь неплохо разбираешься во всех этих датах?
Он переминается с ноги на ногу. Нервничает. Почему, интересно?
— Да, — киваю я. — Давай, посмотрим.
Он достает тетрадь и показывает начало своей работы. Я наклоняюсь к нему, и прядь моих волос щекочет ему лицо. Он смеется и убирает волосы мне за ухо. Я не обращаю на это внимания. Поясняю ему даты по теме. Он кивает и делает заметки. Когда заканчиваем, он улыбается мне и убирает тетрадь в сумку.
— Спасибо тебе, — улыбка не сходит с его лица. Он довольно милый парень.
— Да брось, — я махаю рукой. — Мне нетрудно.
Прощаемся. Он уходит, а я иду к Марку. Ещё издалека вижу мрачное выражение его лица. Что это с ним?
— Привет, — говорю, когда подхожу к моему красивому парню.
— Это что за хрень сейчас была? — Кричит он так, что на нас оглядываются проходящие студенты.
— Что? Ты о чём вообще?
Он зол, очень. Да что такое-то? Что я сделала не так?
— О чём я? — Говорит он уже тише, но скрепя зубами. — Я о том, что какой-то хрен сейчас пускал на тебя слюни, а ты мило ему улыбалась!
Чего? Это он о Леше?
— Какой ещё хрен?
Уточнить-то всё-таки надо!
— Тот, что стоял сейчас с тобой! — Марк снова повышает голос. — Ты у меня на глазах чуть ли ни присосалась к нему!
Что он несёт? Он, что ревнует меня к случайному парню? Я ещё не сталкивалась с таким вариантом Марка и мне почему-то становиться смешно.
— Успокойся, — говорю ему. — Это просто мой одногруппник. Попросил помощи в его самостоятельной работе. У нас одна тема.
Марк потирает подбородок. Ох, уж эта его привычка! Признак нервозности, а не мысли. Теперь я это знаю.
— Да мне плевать, что он там у тебя просил. Он заигрывал с тобой!
Я нервно смеюсь.
— Во-первых, ты не слышал, о чём мы говорили, а во-вторых, он не заигрывал со мной.
Вторую часть моего предложения Марк игнорирует.
— Какая разница, слышал я или нет, понятно же он к тебе неровно дышит. А ты ещё улыбаешься ему такой милой улыбкой! Флиртуешь!
Я пожимаю плечами.
— Марк, не будь ребенком, — говорю я, а сама чуть не смеюсь ему в лицо.
Да как он вообще мог подумать, что я флиртую с почти незнакомым мне человеком?
Я протягиваю к нему руку, хочу дотронуться до щеки, но он отмахивается.
— Это я ребенок? — Кричит. — Это ты ведешь себя, как тупая школьница!
Что он там сказал? Я больше не хочу смеяться. Он оскорбляет меня, прямо во дворе моего колледжа, так, что все слышат. Я злюсь.
— Перестань, — говорю я сквозь зубы. — Ты оскорбляешь меня на глазах у всех! Прекрати, иначе я уйду.
Он меня просто бесит! Тупая школьница? Сдурел что ли? Марк смотрит на меня и в глазах утихает огонь. Неужели так подействовали мои слова об уходе?
— Успокойся, я не флиртовала с ним. Он мне не интересен, — говорю. — Мне интересен только ты, ты один.
Смотрит мне прямо в глаза. Хочет удостовериться, что я говорю правду? Видимо верит. Потому что черты его лица разглаживаются, и он снова становится таким, каким я его люблю: красивым и спокойным.
— Садись в машину, — говорит он.
— Не указывай, что мне делать!
Я говорю это легко и спокойно. Не хватало мне второй мамы!
— Пожалуйста, садись в машину. Давай уедем отсюда.
Голос его снова бархатистый и мягкий. Я киваю и сажусь на переднее сиденье. Он садится рядом и заводит мотор.
Едем молча. Я совершенно спокойна, он, кажется, тоже.
— Прости меня, — говорит он. — Я — дурак.
Я не смотрю на него и не отвечаю. Тогда он останавливает машину у обочины, возле какого-то магазина одежды.
— Ника, — зовёт он меня тихо. — Прости меня.
Фыркаю. Не хочу уступать ему. Но, когда он говорит таким мягким, волнующим голосом, внутри всё переворачивается.