Чтение онлайн

За ширмой стало тихо на какой-то миг, а потом женский голос спросил:

– Вы правда так думаете?

Ванделер воткнул фен в розетку.

– Конечно, правда, - сказал он и отодвинул ширму.

Женщина завизжала.

Он шагнул вперед, включил фен и бросил его в ванну.

– Какие все-таки беспечные существа - люди, - сказал Рихард.

Он задумчиво вел машину, стараясь избегать маленьких улочек, чтобы не заехать в пробку.

– Это закономерно, - ответил Ванделер, выковыривая из пачки ароматную жевательную резинку.
– Люди хотят слышать о том, какие они особенные, как они уникальны и важны. И вот появляемся мы и говорим им именно то, что они всегда мечтали услышать. Вот они и теряют бдительность. При этом, заметь, мы говорим правду. Разве что не с той целью, о которой они думают.

– Но ты же не видел ее выступления, - возразил Рихард.

– Я сказал "мы", - парировал Ванделер.
– "Мы" - значит мы все, любой из нас. В том числе, включая Защитника. Кто-то его видел в любом случае. У Защитника тысячи глаз. Ты знаешь, сколько людей ходит по свету с такими линзами, как у нас? Это страшная тайна, этого никто не знает. Только сам Защитник.

По лобовому стеклу опять поползли капли дождя. Рихард выругался, включив дворники. День выдался дождливым, и включать и выключать дворники ему уже надоело. Потоки пешеходов на тротуаре ощетинились разноцветными зонтами. Июнь в этих краях никогда не был летом, он всегда был холодным и дождливым. Лето здесь начиналось в июле и кончалось в августе. В конце августа, если повезет.

Чтобы отвлечься от непогоды, он подумал о Защитнике. Рихард никогда не видел его, и только слышал о том, что он существует - самый мощный на свете суперкомпьютер, выполняющий самую важную на свете задачу. Сохранение мира и спокойствия во всем мире.

Ванделер почувствовал его настроение и сказал:

– Мы делаем тяжкую работу, но не забывай, мы делаем ее ради великой цели.

– Как будто от этого она становится менее тяжкой, - вздохнул Рихард.

Коммуникатор звякнул и выдал на экран новый адрес.

Новый адрес находился в индустриальном квартале. Рихард терпеть не мог таких кварталов. Одинаковые серые многоэтажки громоздились частоколом по краям одинаковых серых улиц. Эта картина напоминала галлюцинаторный бред обкуренного студента-архитектора. У подножия многоэтажек серой тенью притаились маленькие магазинчики, в которых продавались пиво, водка и закуски к водке и пиву.

Большую часть своей жизни он потратил на то, чтобы вырваться из такого квартала. И даже вырвавшись, продолжал ненавидеть его. Здесь нельзя было жить, здесь в воздухе висел запах обреченности.

Они оставили машину напротив дома, и зашли в подъезд.

Тусклая лампочка едва освещала ободранные стены и загаженный пол. Повсюду на стенах красовались надписи, дающие исчерпывающую информацию касаемо интеллектуального уровня и сексуальной ориентации местных жильцов. Из трещин в штукатурке торчали бычки. Дальний конец коридора терялся в темноте, и это было к лучшему. Судя по запаху, там кто-то не добежал до туалета. Или ему просто было все равно, где это делать.

Рихард вздохнул и нажал на кнопку лифта.

Лифт не обманул его ожиданий. Он был инкрустирован столь же богато, и, пока они ехали до девятого этажа, они получили солидный объем информации о грехах и пороках местных жителей и их дипломатических отношениях между собой.

Они позвонили. Дверь открыл прыщавый юноша в очках.

– Господин Страссер? Маркус Страссер, если не ошибаюсь?
– спросил Ванделер.

Он, конечно, не ошибался - об этом говорил красный маркер клиента. Но такова была традиция начинать разговор.

– Да, это я, - ответил юноша несколько удивленно. Вероятно, людей в костюмах и с галстуками он ожидал увидеть в своем районе не больше, чем пришельцев с Альфа Центавра.

– Мы представляем компанию "Мегатекс", и мы хотели бы обсудить разработку вашей программы, - сказал Ванделер своим непоколебимо честным голосом.

– Моей программы?
– переспросил господин Страссер.
– Но я думал... извините... заходите, прошу прощения, у меня не убрано.

– Ничего страшного, - ответил Ванделер, задумчиво озирая упомянутый беспорядок. В самом деле, по количеству беспорядка на квадратный сантиметр жилище господина Страссера могло дать фору любой богемной усадьбе. И, хотя элементы этого беспорядка были на порядок-другой дешевле, качество беспорядка от этого ни в коей мере не страдало.

– Я как раз сегодня получил отказ, - оправдывающимся тоном сказал хозяин жилища, показывая на распечатанный конверт на столе. Ванделер деловито подцепил торчавший из него листок и быстро пробежал его глазами.

– В "Дельтаконе" работают профессионалы, - заметил он, - но в этот раз они проглядели кое-что значительное.

Господин Страссер при этих словах покрылся стыдливым румянцем - так, будто он был скромной девицей, и ему сказали, что он прекрасно выглядит.

– Это, вообще-то, уже не первый отказ... Люди инертны. Они просто не хотят понять, на что способна моя программа.

– А вот мы как раз хотим, - заверил его Ванделер.

– В самом деле, будет не лишним немного рассказать о программе - вставил Рихард.

– Программа, - запинаясь, произнес юноша, - предназначена для анализа активности пользователей с целью определения центров влияния.

– Центров влияния?
– вырвалось у Рихарда. Ванделер нервно закашлялся.

– Не понимаете?
– переспросил Страссер.
– Сейчас я объясню. Это действительно, в какой-то мере революционно, но уверяю вас, когда-нибудь это станет частью нашей жизни, как прогноз погоды или активности рынка. Суть идеи в том, что все люди влияют друг на друга, но некоторые влияют на окружающих сильнее. То, что сделано одним человеком, может оказать влияние на целую группу людей, и они начнут действовать под этим влиянием, передавая импульс дальше, возможно, еще более многочисленной группе. Таким образом, поступок одного человека может иметь эффект камня, запускающего лавину. Это и есть то, что я называю - центр влияния.

– Это действительно... кхм... смелая идея - сказал Ванделер, встретившись глазами с Рихардом. Тот кивнул взглядом. Конечно, выбор машины часто ставил его в тупик, и приходилось исполнять приказ на одном доверии. Но здесь все было по-другому. Здесь не возникало никаких вопросов. Клиент действительно опасен. И даже очень.

– И вы уверены, что программа может это сделать?
– недоверчиво спросил Ванделер.

– Да, уверен, - юноша без малейшего сомнения выдержал его взгляд.
– Я придумал, как. Осталось всего чуть доработать. Анализируя активность в социальной сети, в мобильных сетях, а также данные, собранные камерами и микрофонами в общественных местах. Объем большой, но это не невозможно.

– Мне надо подумать, - ворчливо сказал Ванделер.
– И покурить.

– Идемте на балкон, - пригласил хозяин. .

Балкон выходил во двор, на северную сторону. Солнце никогда не заглядывало в обитель господина Страссера. Напротив располагался многоэтажный дом, стоящий боком. В его торцевой стене не было окон. Под подъездом стояло пару машин, людей возле них не было.

Ванделер одобрительно кивнул и закурил. Рихард последовал его примеру.

– Так вы говорите, программа практически готова?
– спросил Рихард.