Чтение онлайн

— Не сомневаюсь, — кивнул милиционер. Он мне не поверил.

— Так с чем пришли? — наконец спросил я. — Кто из соседей подослал?

— Да я, собственно, вот зачем: ты уже слышал об убийстве у нас в районе? — Азиз выдвинул стул из — за стола и сел. — Да конечно слышал.

Я сел напротив и посмотрел на него через «хрустальный» шар.

— Мне рассказывали.

— А мне рассказывали, что ты там был.

— Вроде того. До меня там были ваши коллеги и Скорая.

— Слушай, а ты действительно… ну, это… — Азиз проделал пассы руками над шаром.

Изобразив скептическую улыбку, я откинулся на спинку стула.

— Давайте рассуждать как психически здоровые современные люди. Мы же живём в реальном мире, здесь не место средневековым предрассудкам.

— Но тогда это обман.

— Я даю людям надежду. Иногда это именно то, что им нужно больше всего.

— А если надежда ложная?

— Я не могу отвечать за решения тех, кто верит Четвёртому Великому Магистру Тайной Шаманской Ложи.

— Тут ты, пожалуй, прав, — Азиз хмыкнул. — Так вот, об убийстве: в баре кое — что нашли.

Он достал из папки фотографию нижней поверхности стола и показал мне.

— На нескольких столах нарисован один и тот же рисунок.

— А какое он имеет отношение к убийству? — с невинным видом спросил я.

— Мы пока не поняли.

— Пока не поняли, — я повторил его фразу, смакуя каждое слово.

— Да, — нехотя согласился участковый. — Но пытаемся разобраться. А, может быть, ты знаешь, что это за рисунки?

Ещё бы я не знал. А ведь он в правильном направлении копает. В смысле, ему кто — то подсказал, у кого спрашивать надо.

— Это сигилы.

— Что? — Азиз явно никогда и не слышал о подобном.

— В школах разве этому не учат? — спросил я с изрядной долей сарказма. — Сигилы — магические печати, фактически являющиеся компактным видом заклинаний.

— И… зачем они нужны?

— Для разных целей. Конкретно эти использовались для контроля над эмоциями. Проще говоря, как успокоительное средство.

— Что — то не помогли эти сигалы.

— Сигилы, — поправил я. — Они не помогли потому, что сломаны.

— Как это? Э, брат, ты же сам сказал, что волшебства нет.

— Но это не означает, что в него не могут верить.

— Значит, кто — то возомнил себя Мерлином?

— Именно.

— Ты не можешь?.. — Азиз погладил папку, собираясь с мыслями. — Можешь определить, кто это?

Я отрицательно покачал головой и дал ему свою визитку.

— Позвоните, когда решитесь рассказать всё.

Участковый встал и собрался уходить, но вдруг оглянулся и махнул рукой.

— А, чёрт с тобой. Позвоню.

— Вы понимаете, что просите о помощи у экстрасенса? — усмехнулся я, сделав ударение на последнем слове.

Азиз немного погрустнел.

— Висяки никому не нужны. А ты, я смотрю, в этом соображаешь получше нашего.

— Мои услуги не бесплатны, — напомнил я.

Он погрустнел ещё сильнее.

— Знаю.

Я закрыл за участковым дверь и облегчённо вздохнул. С одной стороны, меня только что припахали к делу, от которого я старался держаться подальше, а с другой — почти официально развязали руки. Проблема только в том, что я не частный детектив, то есть, понятия не имею, что делать дальше.

В надежде найти хоть какие — то зацепки, я раскрыл записную книжку Тимура. И на первых же страницах сказал:

— Охренеть.

Я вышел из машины и осмотрелся. Убедившись, что кроме меня здесь людей нет, я открыл багажник и отвернулся в сторону огней аэропорта, тонущих в лёгком тумане. «Ташкент — Южный» хоть и считается крупнейшим аэропортом в Средней Азии, вряд ли может похвастаться особенно большим пассажирооборотом и незавышенными ценами в аэровокзальном комплексе. О последнем знают все. Что касается меня, то я больше всего запомнил бы очередь при прохождении паспортного контроля, если бы не одно «но»: доганьеры.

Этих существ полным — полно на вокзалах и в портах, но аэропорты — места их максимального скопления. Чего только не пытаются провезти по воздуху, а таможенный контроль не всегда справляется со своими задачами. Тогда — то в дело и вступают доганьеры, и если вы потеряли багаж, значит, он им не понравился. Я впервые встретил маленьких таможенников по прибытии в Ташкент, когда они попытались «конфисковать» «Немо». К их удивлению, я оказался категорически против. К счастью (для себя), доганьеры наплевали на принципиальность и решили, что потери не стоят одного пистолета, а также, что им будет спокойнее, если спокоен буду я. Как я уже говорил, доставать патроны несколько сложно, доганьеры же помогали мне решать эту проблему в обмен на безразличие к их делам.

Возня за спиной прекратилась — багажник загружен. Я закрыл его, ещё раз осмотрелся и постарался как можно скорее смыться.

До того, как начать вести образ жизни среднестатистического законопослушного гражданина, я и не подозревал, сколько существует дорожных знаков. Но когда речь заходит о перевозке оружия, никто не захочет лишний раз попасться, всего лишь неправильно повернув. Так что поездка более чем за двенадцать километров требовала от меня внимательности. Я вёл свою жёлтую «Субару» с максимальной осторожностью, прокручивая в уме события прошедшего дня.

Итак, записная книжка. С виду ничего особенного, — куча имён. Как и полагается любой уважающей себя записной книжке. Но! Напротив каждого имени помимо телефона и адреса была записана специализация. Магическая специализация. «Знахарь» или, там, «профессиональный экзорцист». Много всяких. Тимур определённо интересовался ими, на это указывали часто встречающиеся пометки в виде непонятных мне сокращений. Мог ли он поддерживать связь с магическим сообществом? Зачем? Только если помешался на этом. Я снова не знал, что делать дальше. Единственная пока надежда была на участкового. Нет, можно, конечно, было послать его подальше, только кто знает, что они там ещё нарыли. Рита не станет скрывать, что я остался после её ухода, и вполне может ляпнуть лишнего, даже не заметив этого. Чего — нибудь, что очень быстро превратит меня из главного консультанта в главного подозреваемого.