Верьте в чудеса
Шрифт:
– Есть, я две принес, купил Копыловым на выбор, одна на лоджии стоит, оставил так, на всякий пожарный, игрушек, правда, чуть-чуть, но зато две гирлянды - Катька заставила прикупить, бурчала, что у меня неуютно и скучно, а по мне - нормально. Чего ещё надо, спать есть где, стол на кухне, холодильник, плита - всё путем. Вон, даже цветочки мамулькины выжили на удивление!
– он кивнул на подоконник, где стояли три горшка с так любимыми Виквикой бальзаминами, которые она звала по-деревенски -"Ванька мокрый". Я их поливаю, чего-то там говорю, типа:
– Выживайте, мужики!
– Видишь - живут. Мать первым делом, как заявляется, их проверяет, удивляется. В суровых условиях выживают!
– он посмеивался, старался говорить на нейтральные темы, но шестнадцать совместных лет никуда не денешь - видела Лена, хорохорится, что-то сильно гнетет его.
– Ерохин, скажи, ты как там оказался? Ну, когда я упала?
– Не поверишь, хотел по Макеева проехать, там одного удальца поперёк развернуло, объезжать по обочине никто не рискнул, а стоять и ждать мне не в жилу, решил по Обухова объехать. Полз еле-еле вот и увидел тебя, как падаешь, прости, что резко не тормознул, уперся бы в забор и не туды, и не сюды.
– Ну что, наряжаем елочку?
– Да!
– Я пошел, крестовину приколочу, ты пока, - он полез на антресоль, достал коробку, -игрушки проверь, мало ли, у какой ниточки нет.
Перенес её, слабо отговаривающуюся, что допрыгает сама, на диван, и накинув старую куртку, купленную сто лет назад Леной, потопал на лоджию.
Лена только сейчас огляделась - комната была безликой, этакий набор необходимой мебели - диван, два кресла, столик на колесиках, на стене телевизор, у окна в углу компьютерный стол с компом, колонки и все. На окне шторы - явно выбранные Виквикой, Ерохину всегда было по фиг, что висит на окнах, ещё у дивана на полу был небольшой коврик.
На полочках у компа какие-то диски, несколько книг и - удивительно - маленькая статуэточка - девчушка с корзинкой цветов. Узнала её Лена - Катькина. Покупали ей лет в пять - выревела тогда
– Хочу, она на меня похожа!!
Ввалился Ерохин с небольшой, с метр всего, пушистой елочкой.
– Красавица какая! Ерохин у тебя мандарины имеются?
– А как же! Мандарины и елка - это же из детства идет. Лен, наряжай её, я поворачивать буду, как тебе удобнее будет, ты ногу старайся не напрягать.
– Гирлянду тебе на елку цеплять!
– Командуй!
– кивнул головой Ерохин. И Лена командовала:
– Немного сюда, вот за эту ветку заведи, нет, вот, вот так. Пробуем, включи.
Опутанная гирляндой елочка замигала, засверкала, и у Лены неожиданно поднялось настроение - отошедшая с мороза елочка, мандарины, игрушки - ведь и правда, до нового года остался один день, и получится он, похоже, неплохим! Как они дружно наряжали её - Ерохин сбегал к соседям, принес большую штопальную иголку, Лена протыкала мандаринки, продевала в них нитки, Ерохин под её команды вешал на веточки, красота.
Наряженную елочку поставили у стены, выключили свет, и так уютно стало в комнате -запах хвои и мандаринов, сверкающая елочка, что до Ерохина, он готов был вечно сидеть в комнате рядом с так необходимой ему женщиной, времени осознать это было много, да и не изменял он ей тогда... Но как объяснить. что все было спланировано заранее?
Прода от 12.12.2017, 12:42
Посидели, помолчали:
– Ерохин, мне бы под душ не мешало, поможешь?
– Да, конечно!
– он рывком вскочил пошел в другую комнату, вероятно, спальню, минуты через три вышел с полотенцем и своей большой футболкой.
– Больше ничего подходящего не имеется, извини. А к тебе ехать за вещами - нереально. Я там все приготовлю, подожди пару минут!
Подвигал на кухне ящичками стола, принес большой целлофановый пакет, бинт:
– Давай ногу замотаем, чтобы тебе не намочить её?
Осторожно, едва касаясь, начал заворачивать ногу, Лена же поймала себя на нестерпимом желании - дотронуться до такой родной макушки. Ерохин обмирал - любил, когда она запускала руки в его волосы, он только что не мурлыкал, жмурился и просил ещё.
– Дура ты, Ленка!
– обругала саму себя она и вздохнула.
– Все прошло давным давно, сколько чужих рук его так баловали?
А Ерохин тоскливо так думал:
– Господи, все бы отдал, если бы она руки в башку мне ... да только - фига вам, Анатолий Васильич - поезд ушел. Как там Пугачева поет: Ту-ту!
Не терпел он ничьих рук больше в своих волосах, противно почему-то было, а вот Ленкины, он же становился даже не воском, лужей.
– Эх!! Ну, все, пошли?
– донес, поставил её возле душа - порадовался, что в квартире этой у него душ отдельно, не в ванне, как ей оттуда выбираться мокрой? Положил рядышком мочалку, постелил на пол полотенчико:
– Лен, ты только поосторожнее, если что, я рядом, дверь просто прикрою! Не до принципов пока с твоей ногой!!
Зазвонил его телефон: - "Это я, твоя мама звоню, вся, блин, извелася, да, прямо на корню!" - послышался голос Масяни.
– Мамулька волнуется!
– засмеялся Ерохин.
– Проверяет по нескольку раз на дню!Сыночку сорок три, а все маленьким считает.
Неплотно прикрыл дверь и пошел отчитываться Виквике. Лена усмехнулась, подумав:
– Хорошо, погода нелетная, а то бы уже здесь была, суетилась, охала, волновалась.
Мыться было весьма неудобно, но справилась, долго стоять было тяжковато, она вытерлась, надела футболку и прислушалась:
– Да, мам, понял, понял, нет, не буду! Все, целую, спокночи, пойду Елену Прекрасную из ванной вытаскивать! Знаю, стараюсь, пока!
– Лееен, ты как там? Помылась?
– Да, только сил не осталось.
Он вихрем влетел в ванную, увидел её уже одетую
– Фухх, не пугай!
Опять легко поднял на руки, отнес на диван:
– Всё,ложись!
– Сказал Виквике про меня?