Чтение онлайн

— Вот тут ты ошибаешься, — возразил Джон.

Они подошли к машине и сели в нее.

— И что же нам удалось узнать? — спросила Сара.

— Сразу несколько вещей. Во-первых, мы познакомились с Руфусом Хармсом. И я думаю, что он говорит правду, какой бы она ни была.

— Но ты не можешь быть уверен в этом.

— Он пришел в офис Райдера, Сара, в то время как ему следовало как можно быстрее покинуть страну. Он пришел, чтобы забрать написанную им апелляцию. Зачем ему это делать, если он не уверен в своей правоте?

— Я не знаю, — призналась Сара. — Но если он один раз подал апелляцию, почему бы не подать ее еще раз?

— Райдер составил еще один документ. Ты сама видела его в портфеле моего брата. Теперь, когда Райдер мертв, Хармс не может воспроизвести тот документ. И он упоминал, что ему что-то прислали из армии. Письмо. Может быть, он считает, что оно ему поможет, поэтому пришел, чтобы забрать два документа.

— Звучит достаточно убедительно.

— Военные направились на кровавую охоту. Они явились туда не потому, что хотели найти Руфуса Хармса. Они пришли обыскать офис Райдера.

— Откуда ты знаешь?

— Они даже не спросили у нас, не видели ли мы кого-нибудь подозрительного, человека, похожего на Руфуса. Я сам заговорил о двух черных мужчинах. И они пришли туда не как представители закона. Посреди ночи, с автоматами… Они не из военной полиции. У них достаточно высокие звания, судя по возрасту и поведению. Армия не станет врываться в полночь в гражданский офис с автоматами наперевес, военные поступают иначе.

— Возможно, ты прав.

— Поэтому я начинаю думать, что содержание апелляции имело прямое отношение к тем двум парням.

— Но мы даже не знаем, кто они такие.

— Нет, знаем. Руфус назвал их имена в офисе Райдера. Тремейн, Вик Тремейн; второго зовут Рэйфилд. Они служат в армии, из чего следует, что оба как-то связаны с Форт-Джексоном. Руфус сказал, они с ним что-то сделали. Уверен, речь шла о тюрьме.

— Джон, даже если они каким-то образом поощряли его к убийству маленькой девочки или даже отдали ему приказ по какой-то дьявольской причине, в самом худшем случае им могут дать срок за соучастие. А если учесть, что прошло двадцать пять лет… Если у Хармса больше ничего нет, его дело безнадежно, и ты должен это понимать.

— Проблема состоит в том, что мы почти ничего не знаем о тех событиях. Если какие-то люди посещали Хармса на гауптвахте в ту ночь, когда погибла девочка, должны остаться документы.

Сара с сомнением посмотрела на него.

— Через двадцать пять лет?

— И еще письмо из армии, о котором упоминал Хармс. Какого рода письмо может написать армия преступнику, осужденному решением военно-полевого суда?

— Ты думаешь, что письмо каким-то образом запустило процесс?

— Возможно, появилась некая информация, которая стала новой для Хармса?

— Подожди минутку. Если Тремейн и Рэйфилд из Форт-Джексона, как они могли позволить такому письму попасть в руки Хармса? Разве почта заключенных не проходит цензуру?

Фиске задумался.

— Может быть, письмо попало к нему обходными путями?

— Или вовсе не попадало в тюрьму. Складывается впечатление, что Джош Хармс все знает; может быть, письмо получил именно он, сообразил, что произошло, и сообщил Руфусу.

— И тогда тот сделал вид, что у него сердечный приступ, его перевезли в ближайшую больницу, откуда Джош помог ему сбежать.

— Кажется, все сходится.

— Мне очень хочется узнать, что произошло в тот день в Форт-Джексоне. Из сказанного Хармсами следует, что Майкл побывал у Руфуса в тюрьме.

— Почему бы нам не позвонить в тюрьму или не съездить туда? Тогда мы сможем выяснить, побывал ли там Майкл.

Фиске покачал головой.

— Если те двое парней из тюрьмы, они наверняка все подчистили, возможно, даже перевели того, кто видел Майка, в другое место. И мы не можем рассказать об этом Чандлеру — у нас ведь нет ничего конкретного. Двое военных ищут сбежавшего заключенного — и что с того?

— Ну, если Рэйфилд и Тремейн работают в тюрьме, то Майкл вошел в логово льва. Даже если учесть, что вы не были близки в последние годы, я удивлена, что он не обратился к тебе за помощью. Тогда, возможно, остался бы в живых…

Джон замер, услышав ее слова, а в следующее мгновение закрыл глаза. До конца поездки он больше ничего не сказал.

Когда они вошли в дом Сары, Джон сразу направился к холодильнику и взял пиво.

— У тебя есть сигареты?

Она приподняли брови.

— Я думала, ты не куришь.

— Я не курил много лет. Но сейчас сигарета мне необходима.

— Тебе повезло. — Сара подвинула стул вплотную к кухонной стойке, сбросила туфли и встала на сиденье. — Я обнаружила, что чем труднее мне добраться до моего тайного склада, тем меньше хочется курить. Наверное, во мне есть ген лени.

Фиске смотрел, как она встает на цыпочки и тянется к самой высокой части шкафа — ее пальцы едва доставали до нужного места.

— Сара, перестань, позволь мне. Ты упадешь.

— Я уже добралась… Вот, сейчас…

Она вытянулась еще сильнее, и Джон не мог оторвать взгляда от верхней части ее бедер, когда платье немного задралось. Сара покачнулась, и он положил руку ей на талию, чтобы помочь сохранить равновесие. На задней части ее правого бедра была маленькая родинка, темно-красного цвета и почти идеальной треугольной формы. Казалось, каждое усилие Сары приводит к тому, что она начинает пульсировать. Джон опустил глаза на ее ноги, продолжая придерживать рукой и касаясь ладонью верхней части бедра. У нее были длинные и изящные пальцы ног, словно она много ходила босиком. Он отвел глаза.

— Вот они. — Сара показала ему пачку. — «Кэмел» подойдет?

— Если можно поджечь их с одного конца, меня вполне устроит. — Он помог ей спуститься со стула, взял сигарету и посмотрел на нее. — Будешь? Ведь именно ты сделала всю работу.

Она кивнула, и Фиске легким щелчком выбил для нее сигарету из пачки. Они закурили, и Сара взяла себе пиво. Потом они вышли на маленькую террасу, выходящую на реку, и уселись на выцветший деревянный диван-качалку.

— Ты выбрала хорошее место для дома, — заметил Фиске.