Чтение онлайн

— На счастливый город Аркадию, который ты увидишь завтра утром, — сказал Хенрик. — Главное, что вам предстоит проникнуть сюда, — палец вновь уткнулся в овал, — дождаться появления инспекции и встретиться с ней, чтобы рассказать о происходящем на Земле.

— А откуда вы знаете, что они прилетят завтра? — спросил я.

— Наивный вопрос, не требующий ответа, — сказал Хенрик. — А теперь спать, потому что завтра — трудный день.

Все спали на первом этаже бывшей школы, на полу. Мы с Сеней уже привычно накрылись моим одеялом; я думал, что Ирка тоже придет к нам.

Когда мы утром проснулись незнакомая пожилая женщина принесла нам горячий чай из душистых трав. Затем появился хромой старик с большим мешком. Он вывалил содержимое мешка на пол, и я удивился, увидев, что это

— красивые одежды. Таких красивых и разноцветных одежд я не видал.

— Примеряйте, — сказал Хенрик. С помощью старика он выбрал из кучи одежду для каждого из нас. Ирка получила длинное, до земли, синее пышное платье, туфельки, подобных которым я никогда не видел, голубую шляпку с белыми перьями и сумочку в цвет шляпки. Сенечка чуть не лопнул от смеха, когда Ирка вышла, переодевшись, из соседнего класса. Потом пришла очередь смеяться мне, потому что Сенечке выдали короткие штанишки, курточку с откидным полосатым воротничком и белую мягкую шляпу, которую старик называл панамкой. Ползун, конечно, не получил никакой одежды, зато я был вынужден расстаться со своими короткими кожаными штанами — впрочем, они уже совсем истерлись. Мне дали черные узкие брюки, серую рубаху, которую велено было заправить в брюки, мягкие башмаки, в которых хорошо ходить по паркетному полу, но плохо по лесу. И еще я получил куртку, которая называлась пиджак. Я приспособил свой нож к брюкам, хоть Хенрик был недоволен и хотел, чтобы я пошел к спонсорам безоружным. Но потом он сдался — я обещал без надобности его не доставать.

Потом нам пришлось довольно долго ждать. За нами должны были приехать, но все не приезжали.

— А что это за одежда? — спросил я.

— В такой одежде ходят жители счастливого города, — сказала Ирка. — Мы должны будем стать точно такими же, как и они.

Мы еще подождали.

Потом я спросил:

— А откуда нам ее принесли?

— Из города, — сказала Ирка.

В длинном платье и шляпке она стала совсем другой, более женственной, мягкой. Мне такой она нравилась больше.

— А где Маркиза? — спросил я.

— Ты ее увидишь, — сказала Ирка.

— А ее не отправили к спонсорам? — спросил я.

— Может быть, она сегодня туда улетит, — ответила Ирка.

Быстро вошел Хенрик.

— Выходите, — сказал он. — Все готово.

Перед школой стоял большой фургон, запряженный парой тяжелых коней. Фургон был зеленого цвета, на нем были изображены фрукты и овощи в натуральных цветах. Это было очень красиво.

На облучке сидел краснощекий молодой человек в костюме, схожем с моим, только вместо пиджака на нем была куртка. Кроме того, на голове у него была круглая черная шляпа.

— Главное, — сказал Хенрик, — незаметно пробраться в счастливый город.

— В этом фургоне? — спросила Ирка.

Возница обернулся к нам и улыбнулся. У него были белые висячие усы.

Хенрик подошел к фургону и раскрыл его задние дверцы. Там стояли ящики с овощами.

— А где мы устроимся? — спросила Ирка. — Я так платье испачкаю.

— Не здесь, — сказал возница. — Здесь они вас сразу отыщут.

— Но где же мы спрячемся? — спросил я.

Возница подошел к фургону сзади и жестом фокусника повернул какой-то рычажок.

Под фургоном откинулась деревянная крышка, скрывавшая узкий ящик, прикрепленный к днищу фургона. Высота ящика была не более полуметра.

— И мы должны туда забраться? — в ужасе спросила Ирка.

— Иначе к нам не проехать, — сказал возница. — Посты на дорогах — раз, силовое поле — два.

— Может, на вертолете лучше? — спросил я. Мне тоже не хотелось залезать в темную щель.

— Вертолет собьют через минуту, — охотно сообщил возница.

— Не тратьте времени на пустые разговоры, — сказал Хенрик.

— Тебе хорошо, — огрызнулась Ирка, — тебе не надо туда лезть.

— В следующий раз я полезу, — улыбнулся Хенрик.

Мы залезли, вернее, нас затолкали в ящик. Было тесно и темно, свет проникал лишь в тонкие щели. Я лежал на животе, Ирка предпочла лечь на спину. Ползун прижался ко мне — он был прохладным, и мне было неприятно, что он может вцепиться в меня коготками, которыми заканчивались его сильные короткие лапы.

— Ты как, Сеня? — спросил я. Мальчик залез первым в самую глубину.

— Живой еще, — сказал Сеня.

Фургон медленно покатил по неровной дороге, и я почувствовал все неудобства от путешествия в ящике.

— Зачем такой ящик нужен? — спросил я.

— Для контрабанды, — сказала Ирка. — Они давно провозят контрабанду. Но мы смогли внедриться в эту цепочку только недавно.

Фургон не спеша, подскакивая на выбоинах и покачиваясь на грубых железных рессорах, катился по дороге.

Я смотрел в узкую щель, как раз под моим правым глазом. Видна была проселочная дорога, поросшая между колеями редкой травой. Пыль, поднимавшаяся от колес фургона, попадала в щель, и приходилось жмуриться, чтобы не засорить глаза.

— Скажи, — спросил я, поворачивая голову к Ирке, — а как вы узнали, что именно завтра прилетит инспекция?

— Узнали, — туманно сказала Ирка.

Но тут я услышал голос ползуна, знаниям которого я все более удивлялся.

— Вы, люди, — большие хитрецы, — сказал он скрипучим голосом. — Маркиза улетает в Галактический центр. Сийнико сказал, чтобы она была готова сегодня.

— Помолчи! — огрызнулась вдруг Ирка. — Это Тима не касается.

И я понял, что она ревнует. Нет, я был ни при чем, но Ирка считала себя уродливой из-за выбитых зубов и шрама на лице. Ей, наверное, тоже хотелось бы полететь в Галактический центр и сделать себя красивой. Но ей никто этого не предлагал. Так я понял ее тон.

— А почему Сийнико посылает ее? Разве других людей посылали?

— Посылали, — коротко ответила Ирка.

— Она полетит на космическом корабле? — спросил Арсений.

— Если Маркиза должна быть готова, значит, прилетит корабль из Галактического центра, — сказал ползун.

— Эй! — услышали мы голос возницы. — Помолчите. Скоро пункт проверки.

Трясти стало не меньше, но иначе. В щель были видны округлые булыжники — фургон выехал на мостовую. Послышались неотчетливые голоса. Возница прикрикнул на лошадей, я представил, как он натягивает вожжи. Я люблю лошадей — в шкале гладиаторов я надеялся стать хорошим рыцарем и получить коня, а до того всегда вызывался поработать на конюшне, убирать за лошадьми, чистить их, кормить. И лошади ко мне хорошо относились — лошади чувствуют людей.

Фургон остановился.

— Что везешь? — услышал я грубый голос.

— Смотрите.

Фургон чуть качнулся. Я догадался, что возница соскочил с козел. Прямо над нами ржаво заскрипели петли — раскрылись дверцы в фургон.

Фургон снова закачался. Над моей головой доски чуть прогибались — там ходил человек, который двигал ящики, рылся в картофеле, расшвыривал кочаны капусты…

— Вы там поосторожнее, — сказал возница, стоявший за фургоном, — мне все в магазин сдавать.

— Ты только поговори у меня! — пригрозил грубый голос.