Чтение онлайн

Никулину вообще везло на «двойников». Позднее на картине «Бриллиантовая рука» тоже сделали «двойника». Но естественно, не в клоунском наряде. Он в последних кадрах фильма должен был вываливаться из багажника автомашины, которую поднял вертолет. И с этим «двойником» тоже связана забавная история. Но об этом речь впереди.

Иногда репризу рождал анекдот, иногда карикатура. Вот была одна такая в журнале «Крокодил»: на карикатуре изображен человек, который сидит по-турецки, разведя руки в стороны. На одной ладони лежит арбуз, на другой — гиря. Надпись под рисунком гласит: «Когда на базаре нет весов».

Клоуны сделали репризу. Шуйдин торгует яблоками. Никулин изображает весы, держит за веревочки на вытянутых руках тарелочки. Подходит инспектор манежа. Просит продать ему яблоко. Шуйдин ставит на одну чашу килограммовую гирю, на другую кладет маленькое яблочко. Никулин очень четко уравновешивает «весы». Инспектор манежа ругается нехорошими словами. Затем приходит женщина, дает тридцать копеек и просит взвесить ей сто граммов яблок. «Весы» — Никулин взвешивает ей три килограмма да еще, как истинный джентльмен, ссыпает яблочки в сумку. Тут уж Шуйдин ругается, а Никулин незатейливо объясняет, что это была его жена.

А по одному крокодильскому анекдоту Никулин сыграл репризу в жизни. Анекдот был такой.

Полисмен:

— Почему вы превысили скорость?

Водитель:

— Простите, сэр, но у меня испортились тормоза, и я спешил отвести машину в ремонт.

И вот как-то Юрий Владимирович ехал на машине во Внуково и не заметил знака ограничения.

С машиной Никулина быстро поравнялся мотоцикл ГАИ. Автоинспектор дал знак остановить машину. Начало разговора было как в анекдоте:

— Почему вы превысили скорость?

Никулин протягивает права и, надеясь шуткой смягчить сердце блюстителя порядка, отвечает:

— Понимаете, у меня испортились тормоза, и я спешу на станцию техобслуживания.

Завершение жизненной истории посмешнее, чем в анекдоте. Инспектор вернул права и деловито посоветовал:

— Тогда давайте поезжайте еще быстрее.

После чего развернулся и уехал.

Очень смешная реприза «Бревно» имела свою предысторию.

Юрий Никулин и Евгений Евстигнеев снимались у Эльдара Рязанова в фильме «Старики-разбойники». Во время съемок сцены кражи им пришлось раз десять таскать тяжелую картину по залам музея. И Юрий Владимирович решил воссоздать творческий процесс таскания на манеже. Только картину заменить на бревно.

Министр культуры СССР Екатерина Фурцева, которая, как вы помните, в свое время спасла кинокомедию «Кавказская пленница», на сей раз была непреклонна — бревно запретить. Мол, напоминает некий исторический факт. Убедить «культурного» министра, что данное бревно к ленинскому субботнику не имеет никакого отношения, не представлялось возможным. Но… с годами руководители партии и правительства сменяли друг друга. Бревно опять появилось на манеже. И еще долго эта реприза веселила зрителей.

А в 1973 году Юрию Владимировичу Никулину присвоили звание народного артиста СССР.

В 1984 году Юрий Никулин отказался идти на пост директора «Союзгосцирка», сославшись на то, что у него нет высшего образования. На самом деле просто не хотел участвовать в склоках и дрязгах. Но от поста директора родного Московского цирка на Цветном бульваре наш герой не отказался. Другие заботы (и немалые!), другие взаимоотношения с людьми… По этому поводу даже сочинили такую эпиграмму:

И стал Юрий Никулин решать вопросы почти государственного значения.

А как относились к цирку руководители партии и правительства?

Ленин в «незабываемом 1919-м» не забыл про цирк и издал декрет с несколько туманной формулировкой: «Об объединении театрального дела по демократической направленности циркового искусства». Артисты цирка празднуют эту дату до сих пор, несмотря на распад СССР. А какую дату им еще праздновать? Ведь цирк был даже при Александре Македонском.

Сталин цирк не любил, хотя… во время войны приказал грузы с цирковым реквизитом приравнять к военным грузам и для животных сохранять рацион мирного времени.

Хрущев цирк любил. Никита Сергеевич смеялся так заразительно, глядя на клоунский дуэт Никулина и Шуйдина, что это было видно и из зала, и с манежа.

Брежнев стал обращать на цирк особое внимание после того, как его дочь Галина вышла замуж за артиста цирка Евгения Милаева. Присваивать звание Героя Социалистического Труда одному Милаеву, наверное, было все-таки как-то неудобно. Поэтому звание Героя дали также Михаилу Румянцеву (Карандашу) и дрессировщице Ирине Бугримовой.

Однажды Леонид Ильич решил самолично посетить цирковое представление. Приехал в цирк на Цветном. Юрий Владимирович встретил его и проводил в свой кабинет. Поговорили они о том о сем и даже немного выпили. Засиделись до того, что уже и не до представления было. Но администрации дали указание — пока Брежнев в свою ложу не сядет, свет не выключать. И вот генсек, наконец, решил посмотреть цирковое действо. Покинул кабинет директора и стал спускаться в зал. Тут свет и вырубили. Конечно, это была никакая не диверсия, а просто случайность. Тем не менее Брежнев оступился и с шумом рухнул на пол. В зале переполох.

Сразу дали свет. Обслуга стала поднимать руководителя партии и правительства. Но самое удивительное, генсек даже не пострадал. Рабочий, который выключил рубильник, к счастью, тоже.

Ну а как относился к цирку Горбачев? На встрече Михаила Сергеевича с творческой интеллигенцией Юрий Никулин начал свою речь сразу с наболевшего:

— В цирке осталось мяса животным дня на два, на три. После чего мы объявляем забастовку. То есть погружаем клетки с тиграми на грузовики и двигаем к Моссовету. Правительство, естественно, вызывает усиленные наряды милиции, а мы в ответ на это — требуем для тигров мяса! И если ничего не добьемся — открываем клетки! Пусть тогда наши звери вашими милиционерами питаются. Устраивает вас такая перспектива, дорогой товарищ президент?

После минутной паузы Горбачев схватился за голову и расхохотался.

Когда Никулин вернулся в цирк, мясо уже привезли. На две недели вперед.

Это был, пожалуй, единственный случай в мировой истории, когда именно юмор — это высшее достижение человеческого разума — одержал победу на столь высоком уровне. На государственном. Впрочем, продолжать ли печатать в «Огоньке» анекдоты от Никулина, Михаил Сергеевич тоже решал на государственном уровне. Интересно, что Виталий Коротич — тогдашний главный редактор «Огонька» — считал, что публикация анекдотов от Никулина поднимает спрос на журнал. И значительно.