Чтение онлайн

Дело в том, что новомодные идеи о жизни после смерти, которые пришли к нам из Регада и прочно угнездились во многих слишком умных или слишком глупых нерберийских головах (особенно в Баарисе), меня до сих пор не привлекали. Видимо, и впредь не будут привлекать. Классическое нерберийское воспитание сделало меня консерватором в подобных житейско-философских вопросах. Самое большое, во что я верил из всего слышанного мной о загробной жизни - это в трехфутовой длины могильных червей, да и то лишь потому, что в том же самом Регаде такие водятся - сам видел.

– Ваша светлость! Он пришел в себя!

Все. Память вернулась. 'Ваша светлость' - это Эретви Второй, герцог Кайльский. А я - Мальтори из Эсталы. Живой.

Мне помогли приподняться на походной кровати. Голова закружилась, незамедлительно явились тяжесть и боль. Возвращение в мир давалось тяжело, как рождение. Затем боль немного отпустила. В меня что-то влили, горячее и вкусное. Тепло проскакало по телу, возвращая радость жизни. Я поднял глаза на сидящего в кресле рядом со мной человека.

– И зачем вы меня спасли, ваша светлость? То есть, конечно, спасибо, но...

– Сейчас расскажу, Мальтори, - пообещал герцог, прищурившись.
– Налейте ему еще!

Мне налили. Я выпил. Стало еще лучше, я понял, что дальше увлекаться не стоит. Герцоги кого попало и просто так не спасают, разговор мне предстоял серьезный, тем более что жить мне по-прежнему хотелось, а это значило, что условия герцога Эретви я в той или иной степени вынужден буду принять. Со слов Алагли я уже догадывался, о чем пойдет речь.

– Готов слушать? У нас мало времени.

– Говорите, ваша светлость.

Не люблю титулы. Я все-таки родился и вырос в Эстале - древнейшей демократии в человеческом мире. Титулов и возвышения человека над человеком в Эстале не признают. Но странствия по миру и несколько лет службы на острове Вессей сделали меня более гибким в отношении чужих обычаев. К герцогам, как я выяснил, лучше обращаться так, как они привыкли. Другое дело, что унижаться и лебезить при этом необязательно.

– Я хочу предложить тебе сделку, Мальтори из Эсталы.

– Предлагайте, - пожал плечами я. Движение отозвалось резкой болью во всем теле, я смирился и больше старался не шевелиться.

– Ну ты и наглец!
– поразился герцог.
– Раньше, мне кажется, ты был спокойнее. Или это тебя осада так изменила?

– Неважно, - остановил я поток его удивления.
– Вы говорили, ваша светлость, что у нас мало времени?

Он внимательно посмотрел на меня и кивнул.

– Предложение такое: ты остаешься в живых, отправляешься на Вессей, там принимаешь командование моими войсками. Когда я вернусь отсюда, мы с тобой начнем завоевывать Нерберию. Что скажешь?

– Потрясающе, - я даже не преувеличивал. Такие предложения приговоренным к смерти поступают отнюдь не каждый день. Мне пришло на ум, что герцог либо действительно торопился, либо решил меня огорошить как следует.

– Я знаю. Твоя цена: жизнь, свобода, удача. Годится?

Теперь я смотрел на него очень внимательно.

– Как я понял, ваша светлость, - я очень осторожно подбирал слова и говорил медленно.
– Элб... бог или кто-то, кто выдавал себя за такового, не обрел над вами достаточно большой власти?

Герцог встретил мой взгляд, не мигая. Серые глаза властителя на мгновенье стали глазами обычного человека. Испуганного человека. Возможно, этот испуг мне померещился. Герцог Эретви снова стал собой - просвещенным правителем острова Вессей, одновременно благосклонным к простолюдинам, чьих советов не чурался и кому давал свою толику власти, и честолюбивым монархом, причиной головных болей мудрейших мужей в городских советах Стикра, Эсталы и даже далекого южного Баариса, ведь амбиций своих герцог также не скрывал.

– Нет, Мальтори. Уже нет. Я выстоял. Чего нельзя сказать о многих других.

– Так это был все-таки бог?

На этот раз уже он пожал плечами.

– Не знаю. Если нет, то сила этого существа мало чем уступает силе богов. Словом он может все, что могут слышащие его.

– Чего он хотел от нерберийцев?

– Это сейчас неважно, Мальтори. Потом мы сможем о многом...

Я поднял руку. Вернее, попытался - получилось вялое и осторожное шевеление, но жест был недвусмысленный и властный. Герцог вскинулся на мгновенье, но так же быстро взял себя в руки. Я мог качать права - до определенного предела. Эретви Второй подтвердил мою догадку о том, что моя персона для него весьма и весьма интересна.

– Важно, ваша светлость, - на всякий случай сказал я вслух, но конечно, он уже все понял и сам.

– Войны он хотел. Даже не войны - истребления. Я до сих пор с большим трудом заставляю себя верить в то, что ардены нам вовсе не кровные враги. Достаточно?

– Да, - я понял, что большего вряд ли когда-либо узнаю. Надо было быть там, на площади перед герцогским дворцом в Кайле, и слышать все самому. Но лучше бы не надо было...

– Последний вопрос, ваша светлость.

– Да, Мальтори?

– Что вы собираетесь делать сейчас, после взятия замка Риммор?

Он нахмурился, этот расчетливый и умный властитель. Он понимал, почему я об этом спрашиваю.

– Со дня на день все определится. Сегодня прибыл посол герцога Илдинга и Верховного прорицателя арденов. Кстати, ты с ним совершенно случайно не знаком?

– Нет.
– ответил я чистую правду, прекрасно понимая, что герцог мне не поверит. Слишком уж пристально смотрел на меня днем этот посол, чтобы не усматривать за этим лишь одного логичного объяснения.

– Многие считают иначе. Однако, мы отвлекаемся. Посол привез некие предложения 'армии завоевателей'. Я успел кое с чем ознакомиться, многие действительно любопытны для тех из нас, кто не хочет продолжения войны.

– А для вас, ваша светлость?

Герцог неожиданно отвел глаза. Некоторое время было так тихо, что можно было слышать, как шипит масло в лампе.

– Мальтори, я даю тебе выбор: уплыть на Вессей или погибнуть храбро, но глупо. Ты выбираешь. Больше я ничего не добавлю.

– У меня будет время подумать?