Чтение онлайн

Да он не станет принуждать меня силой, вдруг неожиданно поняла Василиса, когда он освободил ее запястье. Она заглянула ему в глаза, в надежде подтвердить свою догадку.

— Ты больше не держишь меня? — утвердительно спросила она.

Соглашаясь, Марат чуть склонил голову, улыбнулся одним уголком рта.

— Уверен, что я не убегу?

Он продолжал молчать, только на секунду прикрыл веки в знак согласия.

— Все еще хочешь поцеловать меня? — быстро, вполголоса спросила Василиса и смущенно замерла в ожидании ответа, чувствуя, как начинают краснеть щеки от собственной дерзости.

Марат закрыл глаза, а когда открыл их, в них горело то самое черное пламя, которое когда-то так напугало ее. Она почувствовала, как под руками напряглись его мышцы и ни сделав ни одного движения, ни сказав ни слова, он всей своей сутью дал понять свое желание. Василиса, поражаясь собственному безрассудству, закрыла глаза, не выдержав его взгляда, и робко потянулась к его губам. Он едва заметно вздрогнул от первого прикосновения, словно не веря случившемуся, и несколько бесконечно долгих секунд, показавшихся Василисе вечностью, не отвечал на ее поцелуй. Наконец-то губы его раскрылись и жадно ответили. Не переставая ее целовать, он подмял под себя покорную Василису и, держа свой вес на локтях, навис над ней.

— Ты догадываешься, что мое намеренье сорвать твой поцелуй значит куда больше? — медленно спросил он, внимательно вглядываясь в ее лицо.

— Да.

— И ты готова к этому?

— Да, — шепотом ответила Вася.

Марат приподнялся, через голову стянул с себя свитер. Затем не переставая целовать девушку, одной рукой стал расстегивать пуговицы на ее рубашке. Неожиданно она перехватила его руку.

— В чем дело? — удивленно спросил он и замер.

— Подожди, — промолвила Василиса, стягивая на груди рубашку. Заглушая в себе чувство, что совершает огромную ошибку, она лишь умоляюще попросила:

— Свет. Выключи, пожалуйста, свет.

— Ни за что, — хрипло прошептал он ей в ухо. — Хочу узнать тебя всю. Я хочу прикасаться к тебе, слышать тебя, чувствовать твой запах. И я хочу видеть каждый сантиметр твоего тела.

Он неторопливо повторил свою попытку снять с нее одежду, давая ей время привыкнуть к прохладному воздуху, касающемуся открытых участков ее кожи, и к осознанию того, что она, еще пять минут назад желая удрать от него босиком куда глаза глядят, теперь прижималась к нему обнаженной грудью.

Они соединились, когда ей казалось, что она больше не сможет терпеть сосущей пустоты внутри себя и ее разорвет на куски от переполнявшего желания. Ее стон он заглушил поцелуем, продолжая рывками возносить ее на самую вершину волшебства, которое только доступно женщине. Еще и еще.

Ночью, Василиса в лунном свете разглядывала спящего рядом Марата, грустно улыбаясь припухшими от поцелуев губами. Через несколько дней жизнь разведет их по разным дорогам, но она не станет жалеть о содеяном. Встреча с Маратом это как прыжок с парашютом. Страшно, жутко, но вместе с тем непередаваемый восторг свободного полета. Она сумеет сохранить это чувство в своей душе до края своей жизни.

Марат шевельнулся, открыл глаза, в призрачном свете луны мерцающие глянцевыми каплями черного гранита.

— Почему не спишь? — хриплым, ото сна, голосом спросил он.

— Не спиться, — быстро ответила Вася, глупо испугавшись, что он сможет догадаться, о чем она думала.

— Спи, не беспокойся ни о чем. Теперь все будет хорошо.

Он жестом собственника обнял ее рукой за плечи, прижал к себе, чмокнул в растрепанную макушку. Вася уткнулась носом ему в шею, рукой обхватила его поперек твердой груди. Хотелось поцеловать его, но, боясь показаться навязчивой, она не стала этого делать, а только вдохнула его запах и закрыла глаза.

Утром Василиса проснулась от аромата жареного теста, заполнившего весь дом. Жмуря глаза, она, закутавшись в простыню, прошлепала босыми ногами на кухню. Не пытаясь показаться привлекательней, чем есть на самом деле, она специально пропустила процедуру с зеркалом.

— Ты умеешь жарить блины? — Вася удивленно уставилась на полную тарелку румяных, свежих блинчиков.

— Почему нет? — пожал плечом Марат, окинул ее оценивающим взглядом, тепло улыбнулся. — Я проголодался. К тому же мне доставляет удовольствие готовить завтрак для красивой девушки.

— Никогда не думала, что в этом доме мне кто-то будет готовить завтрак.

— Ты себя недооцениваешь. Ты заслуживаешь гораздо большего, чем простой завтрак.

— Грубая лесть? — засмеялась Вася. — Даже не старайся. На работе клиенты привили мне иммунитет. Каких только комплиментов я не наслушалась, лишь бы сделала максимальную скидку.

Резко отодвинув от себя тарелку, Марат пристально посмотрел на девушку, заставив ее смущенно уткнуться в стол.

— Мне не нужна скидка. Напротив, я готов переплатить.

— Мне начинает не нравиться наш разговор, — проговорила Вася, не забывая намазывать варенье на тонкий блинчик. — Думаю, твоя уверенность в собственной неотразимости сильно превышает номинал.

— Вот как? По-твоему, я недостаточно красив, богат и образован, чтобы завоевать твое внимание больше, чем на одну ночь?

Василиса хмыкнула, засунула в рот блинчик, скрывая свою растерянность. На шутливые реплики с ее стороны, он отвечал с таким серьезным выражением на лице, что она начала сомневаться в присутствии у него чувства юмора. Не может же он на самом деле считать, что их отношения продляться за пределами стен этого дома? Или он издевается над ней от скуки?

— Захаров уже заходил? — перевела она разговор на нейтральную тему.

— Да, но более он не будет беспокоить нас по утрам, необходимость в перевязках отпала. Еще он велел передать тебе, чтобы ты остерегалась таких беспринципных и бездушных людей, как я. Он хотел сказать это тебе сам, но я выставил его за дверь.

— Прямо так и сказал? — улыбнулась Вася, представляя, как Захаров подбирает слова, чтобы не оскорбить Марата и при этом донести до Василисы свое предостережение.

— Не таким открытым текстом, но суть я передал точно, — без тени улыбки ответил Марат.

— Постой, — Василиса вдруг перестала улыбаться. — С чего вдруг он решил меня предостеречь? Ты что, рассказал ему о нас?!

— Я этого не делал, но ваш доктор не дурак. Нетронутый диван бросается в глаза. Ты уже жалеешь о прошедшей ночи? — в лоб спросил ее Марат, вопросительно приподняв бровь. Его лицо выражало лишь вежливый интерес, в то время как ее взгляд заметался, рука, державшая кружку с горячим чаем, дернулась, несколько жгучих капель пролилось на колени. Девушка вскочила, окончательно разлив чай.