Чтение онлайн

– Пожалуй, нет.

Потом вышла из такси и скрылась в подъезде.

Среди личных вещей Сары Флетчер, представлявших интерес для следствия до ареста Ральфа Корвина, была записная книжка, найденная в ее сумочке на комоде. В четверг днем, сидя за рабочим столом, Карелла внимательно изучал ее содержание, в то время как Мейер и Клинг обсуждали целебные свойства медного браслета, который Клинг по-прежнему продолжал носить на запястье. В дежурке было необычайно тихо – можно было даже слышать собственные мысли.

Ни треска пишущих машинок, ни телефонных звонков; за решеткой в дальнем конце комнаты никто не орал о жестокости полиции и о нарушении прав человека, все окна были плотно закрыты, как ножом обрезав доносившийся с улицы рев машин. Из уважения к этой мирной тишине, а также потому, что Карелла с сосредоточенным видом уткнулся в записную книжку Сары Флетчер, Мейер и Клинг разговаривали вполголоса.

– Могу сказать только одно, – говорил Мейер, – этот браслет способен творить чудеса. Этим все сказано.

– А ты можешь объяснить, как так получается, что я пока что никаких чудес не ощущаю?

– Когда ты его надел?

– Сейчас посмотрим. Я пометил в календаре.

Они сидели в ближайшем к камере предварительного заключения углу дежурки – Клинг за своим столом, а Мейер примостился на краешке столешницы. Стол стоял у стены, служившей своеобразной доской объявлений, а потому залепленной всевозможными бумагами. Там были циркуляры из полицейского управления, пометки о новых правилах и инструкциях, расписание дежурств на следующий год (включая ночные и дневные смены, а также выходные дни для всех шести детективных групп участка), карикатура, вырезанная из журнала, который выписывал каждый уважающий себя блюститель закона, несколько телефонных номеров потерпевших, с которыми Клинг рассчитывал связаться до того, как кончится его смена, фотография Синди Форрест, которую он вот уже неделю собирался снять, и несколько куда менее симпатичных фото преступников, находившихся в розыске. Чтобы добраться до календаря, Клингу пришлось сорвать объявление о ежегодной новогодней вечеринке сотрудников управления.

– Вот, пожалуйста, – сказал он. – Ты подсунул мне этот браслет первого декабря.

– А сегодня у нас какое? – спросил Мейер.

– Шестнадцатое.

– С чего ты взял, что я дал его тебе первого числа?

– Вот пометка – «БМ». Браслет Мейера.

– Ну ладно, значит, получается ровно две недели. Ну и чего ты от меня хочешь? Я же сказал, что он начнет действовать через две недели.

– Ты сказал – через десять дней.

– Быть такого не может. Я сказал: через две недели.

– В любом случае прошло больше двух недель.

– Слушай, Берт, этот браслет творит чудеса, он может вылечить буквально все, начиная с артрита и кончая...

– Тогда почему он на меня не действует?

– А чего ты, собственно, ждал от него? – ухмыльнулся Мейер. – Чуда?

На алфавитных страничках записной книжки Сары Флетчер Карелла не нашел ничего интересного. У нее был хороший почерк, и все имена, адреса и номера телефонов читались легко. Даже когда она вычеркивала старый телефонный номер, то это делалось одной ровной чертой, а под ней вписывался новый. Полистав книжку, Карелла пришел к выводу, что большинство ее знакомых представляли собой супружеские пары (Чак и Нэнси Бентон, Гарольд и Мэри Спендер, Джордж и Ина Гроссман и так далее). Помимо этого, там были телефоны нескольких ее подруг, местных магазинчиков и предприятий бытового обслуживания, парикмахера Сары, ее зубного врача, а также номера нескольких городских ресторанов. Это была самая обычная, ничем не примечательная записная книжка, однако в самом ее конце Карелла наткнулся на страничку, наверху которой было напечатано: «ДЛЯ ЗАМЕТОК».

– Меня из всего этого интересует только одно, – тем временем продолжал Клинг, – мое плечо по-прежнему болит. Да это просто счастье, что мне не пришлось участвовать в какой-нибудь перестрелке, потому что в этом случае мне бы не удалось быстро выхватить револьвер.

– Когда ты в последний раз был в перестрелке? – скептически прищурился Мейер.

– Да я, считай, каждый день в них участвую, – засмеялся Клинг.

Под словами «ДЛЯ ЗАМЕТОК» было пять имен, адресов и телефонных номеров, вписанных аккуратным почерком Сары. Все имена принадлежали мужчинам. Было совершенно очевидно, что они были занесены в книжку в разное время, поскольку одни были написаны карандашом, другие чернилами. Заключенные в скобки загадочные сокращения, сопровождавшие каждую запись, были сделаны разноцветными фломастерами.

– Эндрю Харт

Холл-авеню, 1120, 622-8400 (БиГП) (СДж)

– Майкл Торнтон

Саут-Линдер, 371, 881-9371

(С)

– Лу Кантор

Северная 16-я улица, 434, ФР-2346

(ЛС) (СДж)

– Сэл Декотто

Гровер-авеню, 831, ФР-3287

(С) (СДж)

– Ричард Феннер

Хендерсон, 110, 593-6648

(ОуК) (СДж)

Если что Карелла и любил, так это всевозможные коды и шифры. Он «обожал» их почти так же, как корь, ветрянку и краснуху у своих близнецов.

Тяжело вздохнув, он выдвинул верхний ящик стола и достал оттуда телефонный справочник Айсолы. Он искал адрес первого человека из списка Сары Флетчер, когда Клинг сказал:

– Слышь, Мейер, есть парни, которые обожают мусолить дело даже после того, как оно закрыто.

– Ты кого имеешь в виду?

– Одного вполне конкретного, очень подозрительного детектива.

Карелла сделал вид, что ничего не слышал. Адрес Эндрю Харта в телефонном справочнике совпадал с адресом в записной книжке. Он еще раз сверился со списком и полез в конец справочника.

– Когда-то я знал одного очень подозрительного полицейского, – сказал Мейер и подмигнул.

– Ух ты! Расскажи, – попросил Клинг и тоже подмигнул.

– Случилось это в Беттауне, когда он был на обходе... Это было... года три-четыре назад. Стоял дикий мороз, не такой, как сегодня, а еще хуже, но тот парень... он был таким дотошным, таким подозрительным, что обходил свой участок, что твоя ищейка, даже в бары не заходил выпить кофейку или там капельку-другую для согреву.

– Прямо ненормальный какой-то, – ухмыльнулся Клинг.

Карелла нашел адрес Майкла Торнтона, второго человека из списка Сары Флетчер. Он тоже совпадал с адресом в записной книжке.

– Так он и был ненормальным, можешь не сомневаться, – закивал Мейер. – А уж подозрительный до того, что просто жуть берет. Я говорил, что в тот день было чертовски холодно?

– Кажется, говорил.

– Ты слушай дальше, – продолжал Мейер, закуривая. – Так вот, у одной симпатичной и о-очень хорошо сложенной дамочки из Беттауна была привычка купаться каждый Божий день в любую погоду, не важно – дождь, снег, жара или слякоть. Да, я говорил, что грудь у нее была необъятная?

– По-моему, говорил.

Карелла продолжал листать телефонный справочник, сверяя имена и адреса.

– Жила она у самого берега реки и обожала купаться нагишом, потому что дом ее стоял на отшибе, почти в самом конце острова. Это было еще до того, как построили новый мост, и в ту часть Беттауна надо было добираться на пароме. Так получилось, что дом этой дамочки находился на участке того самого подозрительного полицейского. И вот, представь себе, она выскакивает на берег, обхватив себя руками и растирая бока – ведь холодно! – и тот подозрительный...