Чтение онлайн

– Вот уж не знал, что ты можешь себе это позволить.

– Что?

– Выпить со мной. Или вообще как-то пообщаться.

– Ну, теперь-то это все не имеет значения, правда? Дома тебя не было, на работе тоже, тогда я решила упаковать эту чертову рубашку и отправить ее тебе утром по почте.

– Чего ты злишься?

– Кто злится, я?

– Ты. Я, что ли?

– Мне выходить через двадцать минут, а я еще даже не пила кофе.

– Ага, не хочешь опаздывать на работу, – ехидно засмеялся Клинг. – Боишься огорчить своего дружка доктора Фрейда?

– Ха-ха! – саркастически усмехнулась Синди.

– Между прочим, как у него дела?

– Между прочим, отлично.

– Ну что ж...

– Берт!

– Да, Синди?

– Да нет, ничего.

– Ну что там такое, говори, не стесняйся.

– Ничего. Я отправлю рубашку почтой. Я постирала ее и погладила. Надеюсь, она не помнется при пересылке.

– Я тоже.

– До свидания, Берт, – холодно сказала Синди и положила трубку.

Клинг тоже положил трубку, тяжело вздохнул и отправился на кухню. Он позавтракал апельсиновым соком, кофе и двумя тостами, а затем вернулся в спальню и позвонил Норе Симонов. Когда он спросил, не хотела бы она встретиться с ним за ленчем, она вежливо отказалась, сославшись на важную встречу с главным редактором. Опасаясь, что с такой же легкостью Нора откажется и от предложения поужинать, он подстраховался, спросив: не желает ли она выпить по паре коктейлей часов в пять – в полшестого? К его удивлению, она сразу согласилась, и они договорились встретиться в баре одного из старейших городских отелей недалеко от западной окраины Гроув-парка. Клинг довольно ухмыльнулся и отправился бриться.

Дом № 434 по Северной Шестнадцатой улице представлял собой многоквартирное здание из коричневого кирпича и находился на территории участка между Эйнсли и Калвер-авеню. На одном из почтовых ящиков в вестибюле Мейер и Карелла отыскали табличку с надписью «Л.Кантор» и, обнаружив, что внутренняя дверь вестибюля не заперта, поднялись на четвертый этаж, но сразу звонить в квартиру не стали. Перед выездом они пытались дозвониться по телефону, указанному в записной книжке Сары, но в телефонной компании им сказали, что номер временно отключен. Насколько это соответствовало действительности, представляло собой серьезную тему для обсуждения.

«Телефонный блюз» – эту наполненную грустью песню пели и продолжали петь большинство жителей города. В наше время становится все труднее узнать, что происходит с телефоном абонента, до которого вы пытаетесь дозвониться, – занят ли он, не работает, временно отключен или вообще украден «международной бандой похитителей телефонных аппаратов». Система прямого набора является, конечно, замечательной вещью, одно плохо – чаще всего, набрав номер, вы слышите либо полную тишину, либо сигнал «занято», либо запись, а порой просто серию странных гудков и пощелкиваний. После трех-четырех безуспешных попыток вы звоните на телефонную станцию, где с вами разговаривают так, словно вы прошли подготовку на курсах для людей с показателем интеллекта ниже 48 по шкале Бине [13] . Иногда вам и в самом деле удается поговорить с вашим абонентом. Но чаще всего перед глазами Кареллы возникал образ какого-нибудь потерпевшего, тщетно пытающегося дозвониться до врача, пожарным или в полицию. В принципе, в участке был номер для оказания срочной помощи, но что в этом хорошего, черт возьми, если телефон нельзя заставить работать? Так думал Карелла, поднимаясь на четвертый этаж к квартире Лу Кантора, третьего человека, имя которого было в записной книжке Сары Флетчер.

Мейер постучал, и они встали по обе стороны двери, дожидаясь ответа.

– Да? – спросил женский голос. – Кто там?

– Полиция, – ответил Мейер.

Последовало короткое молчание.

– Одну минуту, пожалуйста.

– Ты думаешь, он дома? – прошептал Мейер.

Карелла пожал плечами. Они услышали приближающиеся шаги, и тот же голос спросил через запертую дверь:

– Что вам угодно?

– Нам нужен Лу Кантор, – сказал Мейер.

– Зачем?

– Обычное расследование.

Дверь приоткрылась, но лишь на узенькую щелочку – дальше не пускала цепочка.

– Покажите ваши значки, – потребовала женщина.

Одно правило жители этого прекрасного города усвоили четко – если к вам пришел полицейский, обязательно попросите его показать свой значок, потому что в противном случае он может оказаться грабителем, насильником или убийцей – и что тогда делать? Мейер показал свой значок. Женщина внимательно рассмотрела его, сняла цепочку и широко распахнула дверь.

– Входите.

Они вошли в квартиру, и женщина сразу же закрыла и заперла дверь. Они стояли в маленькой аккуратной кухне, а в дверном проеме была видна следующая комната, несомненно, гостиная с двумя креслами, диваном, торшером и телевизором. На вид женщине было лет тридцать пять – высокая шатенка с крупной фигурой и квадратным лицом, обрамленным короткими темными волосами. Поверх ночной рубашки на ней был халат. В ее голубых глазах застыло подозрительное выражение. Она молча ждала, переводя взгляд с одного детектива на другого.

– Он дома? – спросил Мейер.

– Кто?

– Мистер Кантор.

Она озадаченно посмотрела на него, но неожиданно догадка промелькнула у нее в глазах, и она слегка улыбнулась.

– Лу Кантор – это я. Луиза Кантор. Чем могу вам помочь?

– А-а!.. – сказал Мейер, с интересом разглядывая ее.

– Чем я могу вам помочь? – нахмурившись, повторила Лу.

Карелла вытащил из блокнота ксерокопию фотографии Сары и протянул ее хозяйке квартиры.

– Вы знаете эту женщину?

– Да.

– Как ее зовут?

– Сэди Коллинз. А почему вы спрашиваете?

Карелла решил не ходить вокруг да около, а сразу открыть все карты.

– Ее убили.

– Понятно. – Лу вернула ему ксерокопию. – Я так и подумала.

– Почему вы так подумали?

– На прошлой неделе я видела ее фотографию в газете. Или фотографию женщины, очень похожей на нее. Имя было другое, и я подумала: «Нет, это не она». Но, Боже мой, чем больше я смотрела на фото, тем больше убеждалась, что это Сэди. – Лу пожала плечами и подошла к плите. – Хотите кофе? Если да, то могу сделать.

– Спасибо, не стоит, – сказал Карелла. – Мисс Кантор, насколько хорошо вы ее знали?

Она снова пожала плечами.

– Мы были знакомы совсем недолго. Кажется, мы встретились в сентябре и виделись всего три-четыре раза.

– А где вы с ней познакомились? – спросил Карелла.

– В баре «Лиловые стулья», – ответила Лу и, посмотрев на него, быстро добавила: – Совершенно верно, вы правы.

– Никто ни о чем вас не спрашивал.

– Ваши глаза спросили.

– Так как насчет Сэди Коллинз?

– Что насчет Сэди Коллинз? Выражайтесь яснее, офицер, я не собираюсь думать за вас или помогать вам.

– Почему?

– Главным образом потому, что мы не любим, когда лезут в наши дела.

– Мисс Кантор, никто в ваши дела не лезет. У вас своя религия, у меня своя. Мы здесь для того, чтобы поговорить об убитой женщине.

– Ну так спрашивайте! Что вас конкретно интересует? Была ли она нормальной? Но ведь до какого-то момента все нормальные, разве не так? Она хотела научиться, и я ее научила.