Чтение онлайн

– Что-то нас на могильный юмор тянет. Давайте, поговорим о светлом, о деле. Из чего можно собрать перегородку?

– Шкафы демонтируем, скрутим их вместе болтами. Со стороны воды закроем промасленной тканью, все отверстия закроем. В стенах, полу и потолке просверлим пазы и вставим штыри. Шкафы, для крепости, соединим между собой уголками, крест накрест. По мне, так очень крепкая получается конструкция.
– Поделился своей идеей Яцук.

– Здраво. У тебя и с протечкой получилось хорошо. А ты уже продумал, как мы будем проходить сквозь них?
– Спросил Юрий.

– Чего там думать. Дверцы же есть. Короче, по ходу разберемся как это в деталях, но, в общем, я представляю. Когда будем начинать?

– Подожди, скорый какой!
– Остановил Яцука Стыдов.
– Воду куда девать будем, которую придется сливать?

– Гипотетически, Гриш, как я себе представляю, воды у нас будет набираться на один полный шкаф, в котором водолаз, так сказать, будет проходить процедуру адаптации. Этот шкаф и будет буфером обмена. Скорее всего, будут и протечки, но мы их оперативно устраним. Согласись, это не такой уж большой объем.
– Пояснил Яцук.

– А тот объем, что будет между входной дверью и нашей баррикадой?
– Не унимался Стыдов.

– А что он нам, мешает? Пусть будет.

Привалову план Яцука пришелся по душе. Он видел, как капитан с охотой и интересом придумал его, проявив техническую смекалку. Косвенной пользой должен был стать и освободившийся объем внутри отсеков. Ненужное оборудование, ставшее бесполезным хламом, могло теперь послужить на пользу еще раз.

Солнце и соленый ветер высушило и выдубило нежную кожу Анхелики. Она боялась улыбаться и проявлять эмоции на лице. Ей казалось, что оно может лопнуть. Каждое движение лицевых мышц приводило к чувствительным неприятным ощущениям. Для девушки это стало настоящей проблемой, и как следствие её плохого настроения, плохо стало всем. Ивану было в который раз неудобно за то, что Анхелика оказалась на борту. Прометею, казалось, что он каким-то образом лезет в чужие отношения.

К концу первого месяца путешествия на плоту сложилась сложная психологическая обстановка. Как назло, не было ничего подходящего, чтобы облегчить страдания девушки. Соленый жир из оленины или рыбы не увлажнял кожу, наоборот, еще сильнее раздражал ее. Анхелика злилась еще сильнее.

– Надо было идти пешком. – Сказал как-то Иван, чтобы Анхелика не услышала его.

– На материке туман, она бы не мучилась там.

– Не говори ерунды. Мы бы давно уже погибли. Или утонули, или нас уже сожрала стая голодных жаб, или совы проткнули нас своими когтями. Или заблудились, и потеряли направление.

– Я тебя понял. Проще было не брать Анхелику с собой.

– Вот именно. Надо было проявить тогда настойчивость и прогнать ее. Как-нибудь удрали бы от погони. Сейчас бы тихо мирно подплывали бы к острову Белому.

– Постой, а мы разве плывем медленнее, или отклонились от курса из-за нее?

– Нет, но мне кажется, что того удовольствия с которым я ждал его появления, я не получу. Видишь, как правы были пираты, верящие в примету, что женщина на борту к беде. Воистину, место женщины дома.

– Ну, не топить же её теперь? Она же готовит нам. Тюленя бы поймать. Из его жира сделали бы нормальные примочки для ее лица, и все стало бы нормально.

– Нет здесь тюленей, от берега далеко. Может быть, у Белого встретим.

– Скоро он там?

– По моим расчетам должен был уже появиться. Я его с позавчерашнего дня жду. Воды пресной почти не осталось.

– Мы не могли отклониться?

– Сильно не могли. Я все сверял.

– Тогда будем ждать.

Из каюты раздался звук похожий на рыдания. Иван и Прометей сразу поняли, что Анхелика подслушала их. Иван вздохнул и направился успокаивать подругу.

– Что случилось? – Спросил он, заранее зная, что его вопрос может еще сильнее разозлить девушку.

– Ты меня хочешь утопить. Я вам мешаю. Не надо, я сама утоплюсь! – Сквозь слезы и рыдания исторгала обиды Анхелика.

– Ань, успокойся, пожалуйста.

– Я не Аня! Я Анхелика!

– Хорошо, Анхелика, если ты слышала, что я сказал, то должна была понять, что мы ждем, когда появится остров Белый, на котором могут быть тюлени, жирный чайки, или еще кто-нибудь, из кого мы сможем сделать для тебя примочки. После них, кожа у тебя снова станет нормальной, гладкой и упругой.

– Гребите тогда сильнее.

– Мы сами знаем, как нам грести, Анхелика. А ты, кроме обид и нытья могла бы больше участвовать в жизни нашего плота. Обед готов?

Анхелика растерла слезы по щекам.

– Я только собиралась.

Ивану вдруг стало неимоверно жалко ее. Он представил, какой бардак творился в голове девушки, какие угрызения совести и сомнения бередили ее рассудок. Как она, скорее всего, корила именно себя, но выдавала это за обиду на всех. Иван сделал резкий шаг в сторону Анхелики. Девушка невольно испуганно отшатнулась, но Иван крепко обнял ее.

– Все будет хорошо. Мы вернемся, и все станет, как прежде. – Прошептал он ей на ушко.

Анхелика тихонько заскулила, пытаясь удержать плач за закрытым ртом. Иван правильно угадал рычаг на который нужно было надавить. Анхелика, из благодарности, молчала или говорила только по делу, до самого вечера.

Когда опустилась ночь и высыпали звезды на небосводе, Прометей под трепыхающимся пламенем светильника пытался что-то разглядеть на контурах побережья, зарисованных им с карты, висящей в подлодке. Он вертел ее так и сяк, часто смотрел на звезды, и обеспокоенно чесал затылок.

– Мы всё-таки отклонились? – Шепотом, чтобы не дать повода подруге снова впасть в уныние, спросил Иван.

– Кажется, да. Я не взял в расчет течения. Мы севернее острова.

– А мы можем на него не заходить?

– Не желательно. Надо пополнить запасы воды, осмотреть плот, подтянуть стяжки. Я хотел набрать водорослей, подсушить их, чтобы добавлять в рацион. У меня начали болеть десны, и я думаю, что это предвестник цинги. Нам же не надо добраться до места назначения любыми судьбами. К тому же, на остове Белом бывали только во времена, когда еще не кончилось топливо. Лет восемьдесят на нем не были. Интересно посмотреть, что с ним стало.