Чтение онлайн

Катя щелкнула выключателем. И не дышала. Вадиму потребовалась доля секунды, чтобы подтвердить свою догадку.

— Катюша… Счастье ты моё…, - Ветров опустился перед женой на колени, уткнулся носом в её ещё плоский живот, — Привет, — шепнул, — Наша мама самая красивая, правда?

168.

Владимиру Максимовичу уже ожидаемо продлили контракт ещё на год. Он был рад. Но ворчал немного, мол, придётся служить, пока Ветров адмиралом не станет.

— Да, Вадим Андреевич, ты слышал, как твой экипаж теперь на флоте зовётся? — Склодовский и Ветров вдвоём шли от штаба флота. — Нет, не слышал? Что ещё придумали? — Самый беременный корабль, вот как! — Ааа, ну так это у нас "переходящий вымпел" с "Алексеем Касатоновым", у них за пять месяцев похода двое детей на базе родилось. И ещё трое были в планах. Нам их не обскакать, — засмеялся Вадим, — У нас только трое. Мы, Селивановы и Никитенко со вторым. Это правда если я всё про всех знаю, и Андрюха Попов немного придержит коней. Мы с Селивановым его и так еле от Морозовой-старшей отмазали. Дал же бог потенциальную тёщу! Не женщина, а бронетранспортер! — А ты думал, как у нас тут главврачом работать? Нежная фиалка не выдержала бы. А то, что Наталья Николаевна пережила, не дай бог никому. Когда Валерий погиб, она беременная была. Вера отца и не видела ни разу. Может поэтому к ровесникам её не тянет. — Может и так. Но думаю, что просто у них с Андреем настоящее. Да, он на восемь лет старше. Но, кажется, даже дышать на неё боится. — Ты сам Катюху то хоть раз за это время на пол поставил? — захохотал Склодовский, — Или так и таскаешь? — Своя ноша не тянет. Её если не остановить, они этой своей пузатой компанией весь город с ног на голову поставят. — Но хорошее же дело придумали. И детский клуб, и ателье у Светы. Весёлые такие, довольные. — Если бы они ещё сами стулья не таскали, совсем было бы хорошо.

Срок у Кати Ветровой стоял на конец августа- начало сентября. У Светы Селивановой — неделей — другой позже. Никитенко ждали второго ребёнка ближе к Новому году.

Все попытки родителей Вашкиных убедить Свету рожать в Москве потерпели неудачу. Она категорически отказалась уезжать из Североморска. Исключение — в отпуск вместе с мужем. Дарья Андреевна грозилась бросить работу и прилететь помогать дочери осенью.

Её остановила Рита. Максима прикомандировывали к Северному флоту на ближайший год. Свадьбу будущие Сарычевы планировали осенью уже в Североморске. Маргарита собиралась помогать младшей сестре и Кате, когда те родят.

— Господи, да что ж такое! Обеих на север! — дядя Федя разводили руками. У нас мёдом что ли в Североморске намазано? — Это, наверное, потому, что Лёлька оттуда когда-то сбежала. Теперь взяли дань в тройном размере, — смеялась Кира на его стенания. — Тебе легко, у тебя парень, — сетовал Вашкин. — Легко, говоришь? — Кира прищурилась, — Можно подумать, твои девочки угоняли в семь лет мопед, подкидывали бабушкам, танцующим в парке на вечеринке "Кому за…" петарды под ноги и приклеивали тапочки к бортику тренеру в бассейне? — Может в Нахимовское? — осторожно предложил Александр Евгеньевич. Оттуда вон какие умники получаются, — кивнул на зятя.

Вадим в это время под руководством Лёли пересаживал куст жасмина. Катя сидела в гамаке. Ветровы на юг не поехали. Остались в отпуске в Подмосковье.

Света Селиванова оказалась права. Ветровы ждали сына. У Вадима сразу появилась мысль, что следующая должна быть девочка. — Вадюш, ты со своими планами не торопись, пожалуйста. Дай мне сначала одного родить.

Живот у Кати ходил ходуном. Появлялись очертания то локтя, то пятки. — Андрюшка, не буянь, — прямо в живот почти строго сказал Ветров. Ребёнок притих. — Вадюш, говори ещё, пожалуйста. Всё равно, что. Он только тебя слушает. Ну и деда Шуру ещё иногда, — пожаловалась Катя, — Уже скорей бы. Он мне все внутренности отбил. — Давай лучше по плану. Скорее не надо, — успокаивал жену Вадим, — Я рядом буду.

169.

И всё-таки Ветров едва не пропустил событие, к которому с такой ответственностью готовился. Службу же никто не отменял. Совещание в штабе флота затягивалось.

Когда Вадим добрался домой, его ждала пустая квартира. Додумался включить телефон. Там висел десяток звонков от Кати и непрочитанное сообщение от Никитенко: "Отвёз в роддом. Началось".

Сказать, что он испугался, это ничего не сказать. Не за себя. За Катю и сына. Обозвал себя всеми известными ругательствами. Катя звонила. Ей было страшно. Она была одна. Слава богу, Роман был дома. Ветров выскочил прямо в форме. Потом опомнился, что его просто не пустят к Кате без документов.

Они готовились к появлению сына вместе. Ветров, когда было на это время, даже ходил на занятия "Школы будущих родителей". Учился делать массаж жене во время схваток и правильно надевать подгузник на ребёнка. Смотрел видео про грудничковое плавание и слушал лекцию про важность грудного вскармливания.

Беременные, у которых мужья такую сознательность не проявляли, пытались шутить над Вадимом. Но рядом с командиром сидел абсолютно серьёзный Селиванов. Тоже слушал и даже конспектировал. — Док, тебе то зачем? Ты ж и так знаешь, что там и как внутри. — Издеваешься, командир? Я ж военный врач, а не акушер. Мы на роды ходили один раз в академии. И, честно, я кроме стыда собственного ничего не помню.

Контракт на партнёрские роды Ветровы заключили ещё месяц назад. Вадим настоял и на палате совместного пребывания. Коляска и кроватка были куплены в Москве летом. Словом, Вадим был готов, как ему казалось, на все сто пятьдесят процентов. Он к выходу в море так тщательно не готовился. И всё же прошляпил. Оставалось теперь гнать изо всех сил, чтобы успеть. И надеяться, что Кате там помогают.

Пока ехал, вспоминал Бодровского с его стихами Лермонтова. Вот что он не учёл! Стихи. Он обещал Кате японские стихи.

Как парковался, как взлетал по лестнице, как переодевался, Вадим не помнил. Мозг включился ровно в момент, когда он открыл дверь в предродовую.

Катя, бледная и растрепанная, лежала на спине. На животе датчики. Сейчас главное — успокоить её. Его собственные переживания — это потом. Ветров вопросительно глянул на акушерку. — Поставили монитор. Доктор сказал, что ненадолго. Родовая деятельность есть, но волнами.

Катя повернула голову. — Вадюша…. Пришёл. Господи, что ж так больно то? — она закусила губу и отвернулась. Вадим сел рядом, взял её ладонь. — Катюш, всё. Я рядом. Сейчас проверят сердцебиение и снимут провода. Полегче будет.

Вадиму хотелось вытрясти душу из врача, узнать, зачем монитор. Но отойти от Кати было страшно. Она даже с большим животом смотрелась совсем тоненькой.

Подошедшая врач молча осмотрела Катю. Монитор сняли. Тоже молча. Теперь ей можно было перевернуться на бок. Вадим под локоть выволок доктора в коридор. — Объясните, что происходит. — Не надо тут права качать, мужчина. Всё хорошо и с роженицей, и с плодом. — Яяясно… С плодом, значит…

По опыту Ветров знал, воспитывать таких бесполезно. Помогает только "тяжёлая артиллерия". Даже деньги ничего не решают. Он без колебаний набрал главврача. Благодаря Андрею Попову и его роману с Верочкой Морозовой, у Ветрова теперь был личный номер Натальи Николаевны. Морозова ответила не сразу.

— Наталья Николаевна, Ветров. Помощь нужна. Катя в роддоме.

Помощь в виде другого врача и другой акушерки подоспела минут через десять. Контракт на коммерческую палату Ветров даже достать не успел. — Вадь, ты как этих спровадил? — Катя пыталась слабо улыбаться между схватками. — Связи, Кать. Полезные люди. Иначе, видно, у нас никак. Всё хорошо будет. Уже скоро. — Никак он не хочет рождаться, — вдруг заплакала Катя, — Я устала очень. Не хочу кесарево. Хочу сама родить. А вдруг сил не хватит?