Чтение онлайн

– Не знаю я никакой Арины Викторовны. Он у Лебедкиной, Юлии Ларионовны, – сердито ответила сестра. Женщина говорила, не сводя взгляда с ассигнации в руке Амалии. – Если хотите, я могу ему деньги отдать, когда он появится.

– Да, – кивнула Амалия, – конечно. Я вам оставлю деньги, а вы мне скажите адрес Лебедкиной. Брат Ростиславу Афанасьевичу записочку пошлет, что больше ничего ему не должен.

Произведенный одним махом в братья баронессы Антоша пораженно молчал. Но так как в романах ему встречались и не такие превращения, то он решил просто ждать, что будет дальше.

– Она живет во флигеле у дома Голутвина. На Грачевке, если вашей милости угодно знать, – подумав, ответила Антонина Афанасьевна.

У нее было серое, выцветшее лицо, серые волосы и платье неопределенного цвета. От всей ее фигуры веяло неблагополучием, неустроенной жизнью, тоской и несчастьем. И глядела она исподлобья, как животное, которое всякую минуту ждет, что его ударят, и уже почти привыкло к этому.

– Спасибо, – сказала Амалия и отдала женщине деньги. – Простите, что мой брат раньше не смог отдать долг вашему. Ваш и не напоминал, пока он сам не спохватился, да и вообще Ростислав Афанасьевич у нас давно не показывался. Вы когда его последний раз видели?

Антонина Афанасьевна взяла ассигнацию, и лицо у нее было такое удивленное, словно она ждала, что Амалия вот-вот набросится на нее и выхватит из пальцев заветную бумажку. Машинально Антонина Афанасьевна скомкала деньги в ладони и руку спрятала под шаль. Красивая дама стояла перед ней, ожидая ответа, а рыжий юноша возле нее переминался с ноги на ногу. «Надо же, – подумала Харитонова, – с виду дама благородная, а с братом тоже не повезло – совсем молоденький, а уже в карты играет». Антоша, который отлично помнил, как его выдрал отец, когда он единственный раз в жизни осмелился взять карты в руки, вздохнул и напустил на себя вид провинившегося школьника.

– Да уж с неделю, почитай, не видела, – горько ответила Антонина Афанасьевна на вопрос Амалии. – Да и хорошо. Опостылел он мне хуже горькой редьки. Вечно то дай денег, то вина принеси, то почему ты замуж не вышла, то еще что. Ваш-то брат приличный, моему не чета, а мой – выпивоха, совершенно пустяковый человек. Другие офицеры на пенсию живут, не жалуются, да еще семьи содержат, а он все просаживает. То в карты, то на Юлию свою. Срам, да и только!

Женщина явно жаждала выговориться, и Амалия не была намерена ей мешать. Чем больше она узнавала об офицере в отставке и его даме сердца, тем полнее становилась картина событий. Кроме того, работа в особой службе научила Амалию, что любая информация никогда не бывает лишней.

– Я что-то слышала о Юлии, – заметила Амалия небрежно. – Брат мне о ней рассказывал, но немного, потому что знает, что я не одобряю таких знакомств. Случаем не она с каким-то полковником жила?

– У, у нее много всяких было, – фыркнула Антонина Афанасьевна. – И купцы, и чиновники, так что, может статься, и до полковника она добралась. Хотя вряд ли, знаете. Если бы появился у нее полковник, она бы братца моего мигом бросила. – Женщина вздохнула и покосилась на безмолвного Антошу. – Хороший человек ваш брат, приличный, и долги возвращает, не то что некоторые. Вы чайку не хотите? Я как раз самовар ставлю. Заходите, а то у меня редко бывают гости – совсем отвыкла, а ведь училась в частном пансионе, в столице. Моя подруга по пансиону – теперь жена генерала, представляете? Что время-то с людьми делает!

– Тпрру, окаянная!

Маленькие домики, маленькие лавки, мальчишки в картузах, ручьи воды вдоль скверных тротуаров – вот она, Грачевка, где живут преимущественно мещане и небогатый торговый люд.

– Это дом Голутвина? – спросила Амалия.

– Так точно, сударыня, – отрапортовал извозчик. Судя по его манере выражаться, он был из бывших военных.

Амалия расплатилась и в сопровождении Антоши зашагала к вросшему в землю старому одноэтажному дому, который подозрительно щурился на улицу плохо помытыми окнами. В одном из них на подоконнике сидела пестрая кошка и облизывала лапку.

– Думаете, это он? – внезапно спросил Антоша.

– Что? – не поняла Амалия.

– Он был в чемодане? То есть его нога? – терпеливо пояснил ее спутник.

– Боюсь, не все так просто, – улыбнулась Амалия. – Лучше приготовься к тому, что Харитонов жив и здоров и просто-напросто заложил свой сюртук старьевщику, а какому именно – не помнит. И мы опять окажемся ни с чем.

Антоша нахохлился. Он привык, что в романах следствие всегда идет по прямой, никуда не сворачивая и ни разу не заходя в тупик; что сыщик или тот, кто играет его роль, никогда не совершает ошибок и уверенно идет по следу, как бы ни старались недобросовестные свидетели сбить его с толку. Скептицизм Амалии неприятно удивил юношу, но, подумав, Антоша решил, что она просто боится сглазить удачу, и повеселел, не зная, что Амалия принадлежала к людям, которые менее всего на свете склонны к суевериям.

Вскоре они уже стояли у флигеля небольшой пристройки к дому с отдельным входом, которую не было видно с улицы. Амалия постучала в дверь – та была крепко заперта.

– А теперь что? – спросил Антоша, изнывая от нетерпения.

– А теперь мы отправимся искать дворника, – ответила Амалия.

Однако никого искать им не пришлось: дворник сам вышел из-за угла, неся в руках большую косматую метлу. Завидев господ, он остановился.

– Юлия Ларионовна Лебедкина здесь живет? – строго спросила у него Амалия.

– Съехала, – лаконично отозвался дворник. – Вы хотите флигелек посмотреть, сударыня?

– Как так съехала? – возмутилась Амалия, и тут Антоша даже не узнал ее голоса – таким склочным и неприятным он стал. – Она моему брату денег должна! Обещала на неделе отдать непременно, а… Когда же она съехала? – забеспокоилась Амалия.

– Да уж с неделю будет, не меньше, – пожал плечами дворник.

– Ну просто ни на что не похоже! – продолжала возмущаться Амалия. – Говорила же ему: не давай в долг всяким… всяким… – Она обернулась к Антоше. – Вот видишь, что ты натворил! Где же теперь ее искать, а?

– Адреса она не оставила, – сообщил дворник, осклабившись.

– Уверен? – значительно спросила Амалия, вынимая из кошелька монету.

Дворник покосился на монету и приосанился.

– Как есть, не оставила, сударыня, – жалобно сказал он. – Подвода приехала да все ее имущество увезла. Говорили, она себе нового кавалера нашла. Бога-атого, – пропел дворник, щуря глаза.

– И кто же он такой? – сурово спросила Амалия, не отдавая монету. – Ты хоть его видел?

– Я-то не видел, – признался дворник. – Да и она о нем не упоминала. Сразу уехала, и все.

– А старый ее кавалер где? – осведомилась Амалия, вручая дворнику двугривенный. – Который офицер в отставке?

– Ростислав Афанасьич? – подсказал дворник.

– Вот-вот, – кивнула молодая женщина. – Может, он знает, где Лебедкина?

Дворник призадумался.

– Да он вроде как тоже уехал, – признался он наконец сконфуженно. – А дамочка вашему братцу много задолжала?

Амалия махнула рукой безнадежно, мол, братец разоряет ее, отчего она буквально сидит на хлебе и воде, а если и носит французские платья, так исключительно от чувства собственного достоинства, если не по привычке. Дворник важно и понимающе кивнул.