Чтение онлайн

Ужин действительно собирался праздничный.

За окнами уже успело стемнеть — оказывается, пока я дрался с монстрами, потом возился с тушами и транспортировал их сюда, успел наступить вечер. Ну и мы со Свистоплясом минут сорок мяч гоняли. Если так посмотреть, мой второй день в роли мальчика-волшебника вышел еще более насыщенным, чем первый.

На длинный стол жители Убежища постелили длинную белую скатерть с красной узорной каймой, выставили помимо мяса кучу сладостей — видимо, у кого что было. Чипсы, насыпанные с горкой в походный котелок, меня особенно умилили. Мясо же присутствовало в виде похлебки, в виде открытого пирога, в виде пиццы и даже в виде жареного на вертела жаркого! Ни хрена ж себе. Я думал, то, что я притащил, при разделке ужмется, а Стешка вон как поступила. И как она все успела? Говорю ж, играли мы минут сорок, допустим, еще минут пятнадцать разговор, еще сколько-то инвентарь подбирали… Двух часов точно не прошло! Или помогали ей? Но пиццу-то где ставили? Подходящей печи я не видел…

Кажется, я спросил это вслух, потому что блондинистый мальчишка — знакомая морда, у него лук со стрелами в качестве компаньона, и в прошлый раз этот парень разговаривать со мной не пожелал — весело пояснил:

— Так Стешка не в печи печет. У нее очаг только для похлебки, а тесто и все остальное она так поджаривает, руками. Разящая ведь.

Ясно, значит, у Стеши огненная магия. Ну, тут все достаточно прозрачно: брошка в виде молнии же.

Правда, кроме воды из напитков был только чай и компот из сухофруктов. Последний, как я понял, делала не Стешка, а какой-то мальчик, и все изощрялись в подколах на тему того, что он пытался получить вино, но вот опять вышел компот. Интересно, это правда, и Убежище ограничивает реакции брожения (а как? дыхание — это ведь та же самая реакция!) или просто «семейная» шутка?

На сей раз дети-волшебники рассаживались за стол весело, с шутками-прибаутками, разговор тут же завязался оживленный. Все то и дело хвалили меня, хвалили мясо. Только одна из девочек сказала, что жесткое — кажется, та, что в прошлый раз говорила, что любит грибы. А вот та, что с рубиновой сережкой (Агни), чуть ли не кокетничала со мной. Я устроился от нее как можно дальше.

Мальчишка-тамада, которого я запомнил по прошлому разу, снова вскочил и выступил с предложением:

— Народ, а давненько под этими сводами не звучали сладкозвучные струны! Как вы насчет спеть?

«Народ» довольно лениво, но в целом одобрительно заголосил, что было бы кому сыграть, а уж спеть-то они всегда пожалуйста. Вот не повезло! Я-то рассчитывал на пресловутые местные истории в духе дворового фольклора («Девочка-девочка, гроб на колесиках нашел твою улицу!»), а вместо этого мне предлагают слушать любительский концерт? Зря остался. Но, к счастью, Свистопляс вдруг встал и сказал:

— Друзья, тут такое дело. Ветрогон, который нам подогнал столько шикарного мяса, хочет сходу въехать в нашу субкультуру…

На этих словах все почему-то заржали: возможно, Свистопляс процитировал какую-то локальную шутку или мем. Мой спарринг-партнет, подождав, когда гомон стихнет, невозмутимо продолжил:

— Ему любопытно всякое о детях-волшебниках. Давайте для него истории порассказываем, кто что знает или слышал. Давно такого не устраивали.

— Я только анекдоты могу, — развел руками парень-тамада, и все снова заржали.

— Мне и анекдоты сгодятся, — я решил, что будет уместно встрять самому. — Особенно если в них говорится, как стать сильнее в магии.

Дети-волшебники запереглядывались, благо, круглый (ладно, скорее, овальный) стол позволял запросто это сделать.

— Я слышала историю о девочке-волшебнице, которая нашла бесхозный предмет-компаньон и забрала себе… — неуверенно проговорила девочка, одетая в сине-зеленых тонах.

— Я тоже, только про мальчика-волшебника, — встрял блондин с луком и стрелами.

Все снова дежурно засмеялись. Ну понятно, давно знакомая компания, у них уже на определенный тон голоса рефлекс.

— Ну хочешь, рассказывай, — миролюбиво сказала девочка.

— Пусть лучше Волнобежка, — не согласилась еще одна девочка, — я знаю эту историю, она романтичная!

— Не-не, какая нафиг романтика! — возмутился парень с луком. — Просто жил-был один мальчик-волшебник, который очень любил шариться по горам, всякие пещеры исследовать. Все хотелось ему найти какой-нибудь тайник древних магов, или яйца Тварей, которые они откладывают в самых глубоких пещерах… Если такое яйцо найти, можно его съесть и стать для тварей неуязвимым…

— Брехня! — сказал кто-то.

— Чепуха! — раздалось еще несколько голосов.

— Мы разные яйца и личинки много раз находили, толку никакого, — авторитетным тоном подвела черту та девочка, которая хотела, чтобы рассказывала Волнобежка.

— Не любо — не слушай, а врать не мешай, — отмахнулся от нее блондин, — мне так рассказывали. И вот однажды забрел он в такую глубокую пещеру, что не мог из нее выйти много дней! Шел он и шел, питался подземным лишайником, пил воду, которая с известняка капала… Был бы обычным человеком, давно бы заболел! Уж думал специально себя голодом заморить, чтобы Проклятье его в Убежище выкинуло, но не хотелось сдаваться — чувствовал, что в этой-то глубине можно найти самое интересное! — парень сделал театральную паузу. — И — нашел! В самой-самой глубокой пещере, черной-черной…

— Дворник Панкратыч резину жег, — довольно громко пробормотала та же упрямая девочка, подруга Волнобежки, но блондин, не слушая ее, продолжил:

— … черной-пречерной, тихой-претихой, заметил он огонек! Не белый и не цветной, не теплый и не холодный, не большой и не маленький, а непонятно какой. Только протянул он к нему руку — и стал тот огонек предметом-компаньоном, точь-в-точь таким же, как у этого мальчика! А был у него меч, и с тех пор ходил он везде с двумя мечами, был вдвое сильнее и побеждал самых непобедимых монстров.

— Ску-учно… — снова сказала упрямица. — У Волнобежки интереснее история! У нее там про то, как девочка нашла лежащий просто так предмет-компаньон, а у нее был щит, а это был меч. И этот меч начал ей сниться и советы давать. И она потом с его помощью нашла хрустальный грот, а там был в кристалл мальчик вморожен, хозяин этого предмета-компаньона. Ну и она его щитом и мечом расколдовала, и он ей рассказал, что его туда монстр впаял, который слюдой плюются, и он там сто лет уже пролежал. И с тех пор они вместе всегда сражались и побеждали самых непобедимых тварей!

— Да, я тоже такую историю слышала, — сказала третья девочка, которую я прежде не видел или не запомнил. — Только он там не сто лет пролежал, а три дня всего, и не на меч наткнулась, а дудочку услышала. У него предмет-компаньон был дудочка, и она сама по себе запела.

— Тоже такое слышала, только про двух мальчиков, — неожиданно сказала Стеша. — У одного дудочка была, у другого гусли. Они потом долго дружили и всех тварей вместе побеждали. Это далеко было, не в наших краях.

Она вздохнула и добавила: