Чтение онлайн

– Друзья, если путь не будет защищён этим кругом, он будет оберегаться колдунами, которые выстроятся вдоль дороги и будут следить и прислушиваться к каждому шороху и дуновению ветра. В тот день на дороге, когда вы доблестно сражались с бандой Данилея, Гелий уничтожил бы каждого из вас всего лишь взором, как почти ему удалось это сделать с Сашей, если бы рядом не было меня(владение такой силой возвратилось и к илларам и к колдунам совсем недавно и пусть многие ещё полагаются на порошки и варево, будущее принадлежит тем, кто научится управлять этой силой). Нас спасло то, что он был один. А вдоль дорожки будут стоять десятки колдунов видимых глазу и столько же, если не больше, невидимок - и все они, я хочу, чтобы вы это поняли, -убьют вас в одно мгновение и я не смогу вам помочь, потому что разделю с вами ту же участь: один иллар против полсотни колдунов - это грустный конец. Только веи, которым удаётся летать быстро и бесшумно смогут подобраться к ним очень близко незамеченными, к тому же, в отличие от нашего сознания, сознание веев не станет привлекать колдунов - оно им недоступно, как и наших пришельцев - это поможет подлететь к узникам вплотную, не потревожив чутьё колдунов(если бы я превратился в вея, то колдуны уничтожили бы меня ещё в воздухе - такова жестокая реальность: иллары сильны и слабы в равной мере).

– Но мы ведь успеем улететь с Сашкой прочь прежде нас заметят?- решил уточнить Валив.

В этот момент наверху появились Рита и Шалун и стали медленно спускаться по лестнице, стыдливо пряча глаза. Их одежда была сырая, волосы спутаны, всклокочены и почему-то голова была усеяна травинками и лепестками цветов, а на щеках обоих играл яркий румянец. Олиан сразу догадался что с ними произошло, а Авион был близок к этой догадке - остальные не задумывались так глубоко, потому что Севу и Овия интересовало в первую очередь почему Риту не выбрал колдун, Валива - где они пропадали, а Бренлена давно уже ничего не интересовало кроме Алель и музыки, которую он сочинял в данную минуту.

– Что с вами приключилось?- спросил их Овий и врать ему было бесполезно, а вот открывать всю правду не хотелось.

– Гелий выбрал другую девушку,- ответил Шалун.

– А дальше?-"подливал масла в разгорающийся огонь" Олиан и встретил угрожающий взор брата.

– Мы гуляли и отстаньте от нас,- сказала Рита резко, что было в её вспыльчивом характере яркой чертой.

...Наедине со своими страхами Вероника и представить себе не могла как быстро развиваются события у Риты на любовном фронте(Интересно, кто первый назвал отношения между мужчиной и женщиной словом "фронт",словно это боевые действия. Наверное, этот бедняга попал в такую переделку, что другого слова подобрать не смог, а после него подхватили все остальные счастливцы и несчастные, потому что если провести сравнение, то можно увидеть, что и в удачливой и в трагической любви всегда найдётся поле для битвы).Гелий привёл её в просторный зал, где стоял королевский трон и широкие окна пропускали массу солнечного света, который освещал великолепие гладкого камня и узоры на полу, потолке и стенах. Эти узоры поражали тем, что плавно изменялись на глазах, словно живые, никогда не повторяя рисунок и всегда находя новое решение краскам и бликам. Вероника невольно засмотрелась на это чудо, но голос Гелия вернул её в реальность.

– Нравиться?- спросил колдун и всё пытался проникнуть вглубь девушки, но натыкался лишь на колючее препятствие. Он не выдавал своё желание докопаться до раскрытия тайны, происхождение которой нужно было понять и уничтожить на корню, чтобы феноменальная возможность мешать колдунам проникать в сознание обычных людей исчезла навсегда.

Вероника не подозревала о планах колдуна и вообще старалась поменьше смотреть ему в глаза, излучающие холод и зло. Она улыбалась и была готова отвечать на вопросы Гелия, чтобы поскорее оказаться перед принцессой, которая, по замыслу Леона, наслышанного о доброте Анари, обязательно должна была помочь Веронике, но как именно иллар не успел придумать из-за спешки и возлагал все свои надежды главным образом на чудодейственный отвар ваи. Подвергая необдуманной опасности свою подопечную, Леон ещё не знал, что доказал этой поспешностью свою рассеянность и безалаберность, о которой много говорилось в илларских кругах.

– Как твоё имя?- спросил Гелий Веронику.

– Вероника.

– Кто твои родители?

– Я сирота,- ответила она, что наполовину было правдой, потому что в этом мире у Вероники никого из родных не было. Колдун почувствовал какой-то слабый намёк на ложь и продолжил допрос.

– Ты живёшь в Геране?

– Теперь да.

– А раньше?

– Далеко отсюда.

– Назови город.

– Это деревня Зильки.

– Не слышал о такой. Это в Селии или Илии? Почему ты уехала оттуда?- произнёс скороговоркой колдун, потому что чувствовал теперь в каждом слове девушки правду и это выводило его из себя, но пока что рано было выдавать себя - ему хотелось поймать всех, кто послал Веронику к нему.

– Мой дом так далеко и мне так грустно, что не хочется вспоминать. Будет плохо, если я промолчу?

"Что ж, скоро я всё равно узнаю от тебя всё",-подумал Гелий, а вслух сказал:

– Тогда слушай меня и не пытайся ослушаться моих приказов, потому что в моей власти сделать с тобой всё что будет мне угодно за непослушание. Теперь ты служанка принцессы Анари и будешь рассказывать мне все, что услышишь от нее, что она делает, что пишет. Ты должна завоевать её доверие и выведать у неё где она скрывалась в лесу после побега из дворца. Посмеешь умолчать или солгать - тебя ждёт страшная участь. Принцесса скоро выйдет замуж, а, так как она упрямится и вбила себе в голову, что влюблена в узника, которого через пять дней я казню на дворцовой площади, ее отец приказал держать Её Высочество под замком. Поможешь ей бежать - я сгною тебя в тюрьме, замучаю пытками, заставлю каждый миг жалеть о содеянном. Спать ты будешь в комнате принцессы и выходить будешь только для того, чтобы рассказать мне всё, что удалось узнать. Еду вам будут приносить. Ты будешь убираться в комнате, помогать принцессе одеваться, будешь причёсывать её волосы, читать ей - будешь делать все, что я позволю. Да, и следи, чтобы Анари не покончила с собой, иначе ты тоже последуешь вслед за ней. А теперь идём к принцессе.

Вероника шла за колдуном и еле сдерживала учащённое от волнения дыхание, потому что узнала о любви принцессы и о её заточении, что не мог учесть Леон, не знавший всех подробностей возвращения Анари во дворец. Помня, что в подземелье томятся два узника -Саша и какой-то Ровел,- Вероника утешала себя мыслью, что Анари любит именно второго, но никак не её Сашу. Поднимаясь по широкой лестнице на второй этаж, девушка подготавливала себя к встрече с несчастной принцессой, которую уже жалела, но так же чувствовала страх, ведь теперь рассчитывать на помощь можно было только от Леона - остался всего один шанс из двух.

Пройдя по коридору, они остановились у двери комнаты принцессы, у которой стояли два стражника. Дверь не была заперта и, войдя в комнату, Вероника поняла почему: пять женщин стояли у кровати принцессы, одна из них держала в руке поднос с ужином. Комната Анари напоминала небольшой удлинённый зал с широкими окнами, выходившими на аллею, в которую, словно приток, вливалась дорожка от подземелья,- и на краешек дворцовой площади, которая хорошо просматривалась отсюда, а также открывался красивый вид на парк цветущих деревьев, который окружал дворцовый холм. Входная дверь находилась в углу залы, что позволило поставить кровать на середину, у стены, а в дальнем углу принцесса утроила что-то вроде мини-сада с самыми разными растениями, а в центре этой не застеклённой оранжереи стояло кресло и маленький столик, на котором были разложены книги и исписанные листы. Между растениями проглядывался дверной проем, который вёл в умывальную и гардеробную комнаты. Камин, тепло которого делало большую комнату уютнее, а свет от огня успокаивал, -находился прямо перед входной дверью, в стене напротив оранжереи. По обе стороны от камина стояли стеллажи с книгами, тянувшиеся от пола до потолка. У каждого окна, а их в комнате было три, стоял диванчик и стол. Пол устилали ковры, а стены и потолок - гобелены. Анари лежала ,уткнувшись лицом в подушку, а пять женщин смотрели на колдуна, ожидая какого-то приказа.

– Снова отказываетесь есть, Ваше Высочество,-процедил сквозь зубы Гелий и хмыкнул,соприкоснул подушечки пальцев рук и потёр их сверху вниз, приготавливаясь совершить гадость.-Придётся кормить Вас насильно, как я предупреждал.

Гелий кивнул женщинам и они послушно подошли к кровати, повернули сопротивляющуюся принцессу на спину и, две держа руки, третья - ноги, а четвёртая - голову - сильные служанки лишили Анари возможности двигаться. Пятая женщина поставила поднос с ужином на тумбочку возле кровати и, заставляя Анари открывать рот то пощечинами, то зажимая нос пальцами, что заставляло принцессу невольно открывать рот, чтобы вдохнуть в себя воздуха,-кормила ложку за ложкой, а чтобы принцесса глотала, а не выплёвывала еду, женщина зажимала ей ладонью рот, но то и дело Анари удавалось избавиться от еды прямо в лицо служанки, за что та наказывала её снова и снова пощечинами. Когда весь ужин всё-таки был съеден, женщина умыла лицо Анари и удалилась вместе со своими подругами, оставив принцессу плакать, опять уткнувшись лицом в подушку. Всё это время Гелий наблюдал за трапезой наследницы королевского трона с упоением, а Вероника не знала куда ей деваться от ужаса, потому что никогда не ожидала увидеть такое бесцеремонное и жестокое обращение с принцессой, да и просто с человеком.

– Предупреждаю тебя,Анари,это повториться и завтра утром, если не одумаешься. А теперь познакомься со своей новой служанкой, которая будет жить до свадьбы вместе с тобой,-сказал Гелий и, не дожидаясь реакции Анари, вышел из комнаты и запер дверь.

Вероника стояла у камина, в котором догорал огонь, потому что некому было подкинуть в него дров, и не решалась заговорить первой. Она повернулась к огню и, чтобы чем-то себя занять, подложила несколько поленьев, отчего пламя сразу разгорелось и в вечернем сумраке, который быстро наступал на землю, стало немного теплее и светлее. Потом взор девушки привлекло вечернее небо и она подошла поближе к окну - небо переливалось всеми цветами радуги и сверкало.

– Ни звезд, ни луны - красиво, но чужое,-с грустью прошептала Вероника.- Если бы Рита только задумалась, что злоба не приводит ни к чему хорошему, она не смогла бы решиться пойти к проклятому отшельнику и мы сейчас были бы дома, и о чудесах читали бы только в книгах. Сашка, любимый, только бы у Леона всё получилось, иначе...

– Подойди сюда,-приказала принцесса холодным тоном.

Вероника подошла к кровати и взглянула в заплаканные глаза Анари. Страдание и отчаяние прочитывались во взоре принцессы и ей нельзя было не посочувствовать, потому что ей приходилось ещё хуже, чем Веронике, хотя им обоим грозило потерять возлюбленных и это должно было сблизить их - так надеялась Вероника.