Чтение онлайн

– Что ж,хамут поможет тебе,но с одним условием.

– Говори.

– Когда ты схватишь иллара,пусть он мучается,как я мучилась.А его друзья пусть узнают на себе самые страшные пытки,которые придумали сами люди,-сказала Грагара и улыбнулась.

Гелия восхитила такая кровожадность и,уже не сомневаясь в честности Грагары,он согласился принять её в отступники и перестал называть её илларом.

– Теперь ты рагана Грагара - так колдуны называют женщин,способных укращать чёрную магию.Ступай,мои слуги покажут тебе где ты будешь жить.Завтра сможешь доказать мне насколько ты сильна и непобедима.

Грагара поклонилась и вышла из башни.Колдуны расступились перед ней и она слышала их восхищённые мысли,удивляясь,как иллары,мысли которых никто не мог прочесть,могли проиграть битвы таким слабакам,не умеющим даже мысли свои скрывать.Оставшись одна в просторной комнате в северной башне,в которую её привели слуги Гелия,Грагара сожалела, что не смогла узнать где прячется её учитель.Много дней она мысленно звала его, бродя по лесу,но он так и не ответил,словно предчувствуя её предательство.А,быть может,впустив в себя тёмные силы,она утратила ту связь,которая была между ними до её ухода - она утратила связь со Светом,которому иллар доверял и впустил бы к себе с закрытыми глазами.

– Но всё равно я не дам тебе завтра уйти,Овий,-прошептала Грагара, засыпая.

6.

Наступило судьбоносное утро,в котором даже сама погода бунтовала против начала этого дня.Она приказала голубому небу укрыться за чёрными тучами и послала на землю бесконечное множество пушистых снежинок.Холод проникал во все дома и продрогшие до костей горожане наспех закутывались в покрывала и выглядывали в окна,чтобы подивиться на столь редкое природное явление в столице.А снег всё падал и ветер помогал ему наметать высокие сугробы, словно они не хотели, чтобы горожане шли смотреть на казнь двух невинных людей. Но даже не имея тёплой одежды, люди, гномы и карлики, гральчи, которым благодаря толстой коже не было холодно, и узулаки, которые не обращали внимания на холод и шагали в одной набедренной повязке, как всегда; пагалы и харки, женщины и мужчины - все медленно шли навстречу леденящему ветру, чтобы посочувствовать, чтобы молча попрощаться. Их тела изнывали от холода, ноги и руки немели, но толпа всё же шла вперёд и вскоре ступила на широкую аллею в Парке Цветущих деревьев. Хотя деревья и одели белые мягкие шубки, цветы теряли лепестки от беспощадной стужи и разноцветными слезинками роняли их на землю, будто тоже оплакивая две жизни, которые вот-вот оборвутся. Широкая аллея тянулась вдоль толстых стволов деревьев прямо к западному подножию дворцового холма, где начиналась лестница, ведущая к воротам, за которыми была видна дворцовая площадь. В это утро ворота распахнулись перед горожанами и вскоре площадь заполнилась народом, но только наполовину - невидимая колдовская защита мешала им подойти к помосту или хотя бы окружить его. Дрожа от холода, все терпеливо ждали и мысленно проклинали колдунов и короля. Взоры их были направлены на длинный балкон, который находился прямо над парадным входом, где должен был появиться Его Величество. Но первым на безмолвный суд горожан вышел гайа Гордо. Он оглядел собравшуюся толпу, взмахнул огромными зелёными крыльями и его голос прозвучал в голове каждого:

"Король идет. Приветствуйте своего короля Миция!"

– Чтоб он сдох,- пробурчал Бабий и все охотники и рыболовы, собравшиеся в своём круге, закивали головой. А когда на балкон вышел король никто из горожан не склонил свою голову и все смотрели с вызовом на Его Величество.

– Похоже, они уже готовы растерзать меня,- равнодушно произнёс Миций.

"Может приказать воинам выйти на площадь?"-спросил Гордо.

– Зачем? Нас охраняет колдовская защита, сквозь которую даже иллару не пройти. Пусть начинают казнь, мне холодно.

Птица вновь взмахнула крыльями и к помосту протянулись две шеренги - одна напротив другой,- из колдунов, которые стояли друг от друга на расстоянии трёх шагов. Этот проход вёл вдоль фасада дворца по дороге и заворачивал за угол. Каждый из пришедших, кто знал Сашу и Ровела, сжали кулаки, врезая ногти в кожу до боли, чтобы она смешалась с их ненавистью к королевской несправедливости и жестокости. Когда же на помосте появилась мрачная худая фигура Гелия, многие из мужчин сплюнули на камни, которыми была выложена площадь, а женщины от отвращения отвернулись от колдуна. Гелий чувствовал и упивался их злостью, которая питала его, словно солнечный свет всё живое. Его взор заметил стаю лесных птиц, устроившуюся на ветвях деревьев, растущих вдоль забора, и колдун сразу догадался, что это друзья узников ожидают финальной развязки. Но было рано разоблачать их, потому что Гелий не ощутил самого главного - присутствия иллара Овия.

Вероника и Анари, распахнув окна, смотрели вниз на шеренги колдунов, и ладони девушек упирались в невидимую плёнку защиты, которую не могли разорвать их руки. Ветер игрался с их длинными прядями волос, снежинки били в лицо, было холодно, но желание увидеть Сашу согревало обоих. И если Анари уже не ждала, что судьба сжалиться над ней и её возлюбленным, то Вероника, заждавшись появления Леона, уже начинала волноваться почему он так медлит. Наконец послышалось звяканье цепей и из-за угла, ведомые королевскими стражниками, появились измученные смертники, которых на поясе опутывала одна цепь. Слезы застыли в глазах обоих девушек, когда они увидели своего возлюбленного - еле идущего со связанными за спиной руками, израненного и окровавленного, хромающего от того, что все пальцы у него на ногах были сломаны.

– Саша, Саша,- шептала Анари, от ужаса забыв, что он не услышит её шёпота.

А Вероника отошла от окна не в силах заставить себя встретиться с ним взором, когда принцесса решиться позвать его громче.

"Если иллар не сможет его спасти, если это последнее что он должен увидеть перед смертью, пусть Саша видит одно лицо - её лицо, пусть ему будет спокойнее подниматься на эшафот...Я люблю тебя, я отпускаю тебя...Леон, где же ты? Помоги мне,"-произнесла про себя Вероника и начала молиться, не задумываясь, слышит ли её Всевышний в этом мире.

– Саша,- опомнившись, крикнула Анари и его взор устремился наверх, туда, откуда прозвучал любимый голос. Уже без слов они сказали друг другу признание в любви и попросили прощения каждый за свою глупость, в молчании они почувствовали насколько счастливы, увидевшись снова, но слова должны были прозвучать, поэтому Анари воскликнула и её голос долетел в тишине для всех не только под окнами, но и на площади, приведя короля в возмущение:

– Я люблю тебя, Саша, только тебя на всю жизнь, бесконечно.

Стражник толкал его в спину, но он, не отрывая нежного взора от лица Анари, упрямо стоял на месте и выкрикнул в ответ, в последний момент изменив слова:

– Прощай, живи счастливо с принцем.

Нет, не эти слова ожидала услышать от него принцесса и вскипела от возмущения, потому что не нуждалась в жалости, ведь ей, как воздух, нужна была только его любовь. В это время Сашу толкнули сильнее, цепь натянулась и Ровел, шедший сзади, упал в снег. Помогая товарищу по несчастью встать, Саша услышал выкрики Анари:

– Как ты можешь?...Зачем?...Ведь я...,-слёзы ручьями текли из её глаз и ком в горле мешал говорить дальше.

Не так он мечтал попрощаться с Анари и что-то подсказывало ему, что принцесса не будет с ним прощаться и последует за ним что бы он ни говорил, как бы сильно он не желал чтобы она продолжала жить. Сделал бы он то же самое, если бы Анари казнили на дворцовой площади? Скорее всего Саша сначала отомстил бы за неё и только потом соединился с ней в вечном сне. Понимая это и принимая её выбор - неправильный, но смелый,- он вновь посмотрел на неё и произнёс только губами то, что она хотела услышать, а он - с самого начала хотел сказать. Счастье отразилось на лицах влюбленных, а на лице Вероники - боль, когда она увидела улыбку принцессы, которую Анари дарила Саше. Ничто уже не могло бы переубедить Веронику, что он в любом случае выбрал бы принцессу.

Теперь действия и события разворачивались так стремительно, что счёт шёл не на минуты, а на секунды. Откуда ни возьмись появились два вея и распылили над смертниками бесцветный порошок и, прежде чем так же внезапно улететь, успели подмигнуть и улыбнуться Саше, который конечно узнал принца и маленького проказника, и испугался, что колдуны их убьют. Но слуги Тьмы опомнились уже тогда, когда веев и след простыл.

– Началось,- прошептал Гелий и ударил магической силой в стаю лесных птиц, которые стали биться об невидимую защиту, надеясь этим отвлечь его. Птицы упали замертво в толпу и пятеро из них сразу превратились в людей.