Чтение онлайн

Я резко вдохнула, собираясь что-то сказать, сама не знала что, но тут подъехал автобус, и люди начали заходить. Я повернулась, ощущая его тепло совсем рядом, когда поднималась по ступенькам и садилась. Он сел рядом, как делал это всю неделю, но на этот раз его бедро прижалось к моему — так близко, как ещё не бывало.

Дрожа от волнения, я попыталась отвлечься, доставая коробку с кексами. Шей посмотрел на неё с интересом.

— Хочешь один? — спросила я. — Марко, шеф, который работает у Коннолли — это семья, у которой я убираюсь по пятницам — дал мне их. Он всегда готовит мне обеды, и он лучший повар, какого я знаю. Давай, попробуй.

Шей снова посмотрел на коробку, но теперь нахмурился и покачал головой. Я растерялась, убрала кексы обратно в сумку и задумалась, почему он вдруг выглядит раздражённым. Может, дело в том, как я упомянула Марко? Возможно, он услышал в моём голосе слишком тёплую интонацию.

— Марко не… — начала я и запнулась, чувствуя неловкость. — Он просто человек, с которым я работаю.

Шей взглянул на меня широко раскрытыми глазами, потом кивнул и отвёл взгляд. Я прикусила губу, размышляя, не сделала ли только хуже, поясняя. Может, он нахмурился потому, что не ест сладкое, или у него аллергия на глютен. Я чувствовала себя глупо, решив, будто причина в ревности.

Мы молчали какое-то время, между нами витало напряжение. Я чувствовала, что он хочет что-то сказать, но он не делал этого, пока до нашей остановки не оставалось пару минут. Его рука коснулась моей — так он обычно привлекал моё внимание. Каждый раз от его прикосновения по мне пробегал разряд тока.

— Шей? — позвала я, и его взгляд на мгновение упал на мои губы, прежде чем он достал телефон и что-то набрал. Я ощутила волнение, но когда он показал экран, там было всего три слова. На их чтение ушла секунда.

Ужин в воскресенье?

Он приглашал меня на ужин к себе домой — так же, как раньше звал его отец. Тогда я не пришла, и до сих пор чувствовала за это вину. Но теперь всё было по-другому. Мы были друзьями, попутчиками. Я пообещала себе, что не стану жить, как Джонатан Оукс, в одиночестве. Я хотела впускать людей в свою жизнь, и больше всего я хотела впустить Шея.

Именно поэтому я подняла голову и спросила: — Ты приглашаешь меня на воскресный ужин к себе домой?

Он кивнул, на лице — надежда, от которой защекотало в груди.

— Ладно, — прошептала я, и его глаза вспыхнули будто он не ожидал, что я соглашусь. Повисла короткая тишина, прежде чем я уточнила: — Эм, во сколько?

Шей поднял два пальца.

— В два часа?

Он снова кивнул.

— Хорошо. Мне что-нибудь принести?

Он покачал головой и показал жест. Мне понадобилась секунда, чтобы перевести: Только себя.

Я покраснела и улыбнулась. — В таком случае, буду ждать с нетерпением.

— Я тоже, — показал он.

Когда мы вышли на нашей остановке, я почувствовала, как Шей на секунду положил ладонь мне на поясницу. От этого прикосновения сердце подпрыгнуло.

— До воскресенья, — сказала я, обернувшись перед тем, как повернуть к своей квартире.

Суббота тянулась бесконечно, но я заняла себя стиркой и домашними делами.

А в воскресенье я провела смехотворно много времени, выбирая, что надеть. В итоге остановилась на своих лучших джинсах и светло-голубом джемпере. Волосы оставила распущенными, добавила маленькие золотые кольца в уши. До Адамс-Роу от моей квартиры было минут пятнадцать пешком, погода стояла приятная, так что я накинула лишь лёгкую куртку.

Когда я добралась до улицы Шея, то остановилась, оглядываясь в поисках дома под номером десять. Увидев нужный, посмотрела на часы — без пяти два. Не страшно, чуть пораньше ведь можно?

Перед домом был аккуратный сад с рядами розмарина и лаванды, ведущими к двери. Я задумалась, кто ухаживает за садом — Шей или его отец? Открыв старые железные ворота, направилась по дорожке, чувствуя, как сердце бьётся всё сильнее. Не верилось, что я действительно иду на ужин к Шею домой. Месяцами я думала о нём — и вот теперь мы стали частью жизни друг друга.

Это казалось нереальным.

Я постучала трижды и подождала. Из глубины дома донёсся лай собаки. Через мгновение дверь открылась, и на пороге появился Шей. На нём были джинсы и зелёный свитер, тёмный оттенок почти совпадал с цветом его глаз. Он поприветствовал меня привычным жестом «палец вверх», я ответила тем же, и он отступил в сторону, приглашая войти. Я остановилась в прихожей, пока он закрывал дверь, а потом повернулся ко мне и указал на мою куртку.

— Хочешь взять мою куртку? — уточнила я, и он кивнул. — О, да, спасибо.

Он помог мне снять её, его костяшки едва коснулись моих плеч.

— Прости, что пришла чуть раньше. Пешком оказалось быстрее, чем я думала.

Он махнул рукой, будто говоря «пустяки», когда по коридору на всех парах прибежала собака. На вид как чёрная версия золотистого ретривера, очень дружелюбная, потому что тут же ткнулась мне в ноги. Я рассмеялась и присела, поглаживая её по голове. На ошейнике поблёскивал жетон с гравировкой Дэниел. Это заставило меня улыбнуться — я всегда любила, когда собакам дают человеческие имена.

— Привет, Дэниел. Ну ты же красавчик, — пробормотала я, взъерошивая его мягкую шерсть.

Шей тихо свистнул, и пёс сразу посмотрел на него. Ещё один жест рукой — и тот умчался обратно в глубину дома.

— Он чудесный, — сказала я, поднимаясь. Шей улыбнулся и повёл меня по коридору в просторную, светлую кухню. Она была явно расширена за счёт пристройки, выходящей в сад. Через большие окна и потолочные фонари лился солнечный свет, наполняя комнату уютом. За столом уже сидело несколько человек, оживлённо разговаривая. Отец Шея стоял у плиты, следя за едой, и от запахов у меня заурчало в животе. Это точно будет лучший воскресный ужин. Живя одна, я давно отвыкла от домашней еды — и с нетерпением ждала, чтобы попробовать жаркое Юджина.

Шей стоял позади, и я ощущала спиной его тепло, когда все повернулись к нам. За столом были пара лет под тридцать с небольшим, крупный темноволосый мужчина примерно того же возраста и ещё один — с ярко-голубыми глазами. Они были такими насыщенно-синими, что почти нереальными. Но самое поразительное — я знала эти глаза. Это был тот самый мужчина, что недавно пьяным орал под моими окнами, хамил Шивон и украл трость у Боба, когда тот вышел к нему.

Я продолжала смотреть на него, чувствуя, как сердце колотится, и заметила лёгкую тень недоумения на его лице. Он меня узнал?