Чтение онлайн

Был миг, который не давал ему покоя по сей день. Когда он предложил каплю доверия, а потом поверил, что она обманула его. Когда он чуть не поддался ярости… страху…

— У тебя ужасная привычка задавать вопросы, — он вышел и огляделся. Никого. Здания вокруг пустого переулка обмякли под полуденным солнцем. Старый торговый район был сегодня типично тихим, но будет сложно дойти до поместья незаметно. И им придется двигаться медленнее из-за ее состояния.

Убежище. Он оставит ее там, пока не уладит все в поместье.

— Так тебе не нравятся мои вопросы? — она встала рядом с ним. Он ощущал улыбку в ее голосе. Эта женщина…

Лучше не отвечать. Так ему не придется врать.

— Идем.

К счастью, она промолчала.

* * *

Эма шла за Назэ по переулкам, сердце колотилось из-за того, что она видела.

Тени двигались вокруг него, кружили у ног, следовали за ним. И были не только с ним, а и исходили от него.

И она ощутила знакомую вспышку холода, которую связывала с ши-но-кагэ. Конечно, он мог остановить тени. Кем это делало его? Как то, что она видела, было возможным?

— Сюда, — он скользнул в такой узкий переулок, что ей пришлось шагать боком. На середине пути он остановился перед панелью в стене. Он умело отпер панель, хоть она не увидела замок, сдвинул дверь и проник внутрь. — Заходи, — его голос прогудел из тьмы внутри.

Она оглянулась и прошла в темную комнату. Пахло старым деревом и плесенью. Хрупкий татами скрипел под ее ногами. И было ужасно жарко, она уже ощущала пот на лице и шее.

Назэ закрыл дверь. Его ладонь сжала ее запястье, нежно повела ее по комнате. Она поежилась, тьма напоминала ши-но-кагэ, но без холода. Его прикосновение на натертой коже вызывало жжение и успокаивало одновременно. Он казался спокойным, но она ощущала трепет тревоги внутри него. И что-то еще…

Он отпустил ее.

— Садись тут. Я зажгу свет.

Она опустилась, кривясь из-за потрепанного состояния. Раны ей уже надоели.

— Что это за место?

— Убежище. У меня их несколько в городе.

Эма кивнула, хоть он ее не видел. Он двигался, как ветерок, в темной комнате, но она как-то знала, где именно он был. Когда он чиркнул кремнем в дальнем углу комнаты, она уже смотрела туда.

— Тут есть провизия, — он указал на деревянный сундук за ней. — Я вернусь и пополню.

— Вернешься? Погоди, ты оставишь меня тут?

— Мне приказали тебя найти, я это сделал. Я должен сообщить командиру об измене капитана Окуро и задержать предателя, пока он не навредил сильнее.

— Конечно, — может, Саитама или кто-то еще был в опасности. Она опустила взгляд на свои ладони. На запястьях остались следы веревок, красные линии стертой кожи. Даже ее шея болела из-за веревок. Она сглотнула, вспомнила о жажде.

— Я принесу воды, — сказал он, будто читал ее мысли. Или читал? — Прошу, оставайся тут.

— Назэ…

Но он вышел из комнатки без окон, оставив ее одну с трепещущими свечами. Зловеще, что нельзя было изнутри понять, день или ночь снаружи.

Он вернулся с кувшином воды и опустил его рядом с ней. Он вытащил из сундука надбитую чашку, маленькую чашу и тряпку.

— Вода питьевая. Ты можешь ею и вытираться.

— Спасибо, — эта доброта была странной, но и очень милой.

Он встал и прошёл к двери. Эма думала, что он собрался уйти, но он замер и повернулся.

— Мацукара, обещай, что ты останешься тут и дождешься моего возвращения. Тогда все будет улажено. Только я знаю об этом месте. Ты будешь в безопасности.

Эма сжала губы. Хоть он не хотел обсуждать ши-но-кагэ, он ни разу не врал. Даже сейчас она ощущала его решимость через странную связь между ними.

— Обещаю. Делай, что нужно.

И он ушел. Хоть она ощущала его, словно прохладный осенний ветер, шевелящий волоски на ее руках. Спасающий от жары, но временно.

Это объясняло все и ничего. Но если Назэ мог ей доверять, доверять тому, что было между ними…

Она опустила чашку в воду и выпила, смывая те мысли и подавляя их, чтобы больше их не ощущать. А потом стала смывать кровь, пот и грязь.

21

Саитама сжал кулаки у бедер, костяшки побелели.

С возвращением Акито прибыла душераздирающая правда, которой он боялся с жуткого предательства Илии. Было бы проще обвинить Мацукару, любого чужака, чем эта пощечина по лицу.

— Я, конечно, допрошу капитана Окуро. Готовься действовать, как необходимо.

Его голова гудела, ее сдавили тиски. Окуро Киоджи. Юноша познал схожее отчаяние из-за предательства клана Варуама. Они даже горевали вместе. Он всегда служил клану правдой, не давай Саитаме повода подозревать его или сомневаться в нем. Как он мог подумать пойти против приказов и помочь Ноэ? И кто его поддержал?

— Да, — он встретил холодное безразличие Акито тяжким вздохом. Он обещал Сенмею, что справится с этим. — Мы должны быть уверены. Я хочу сам услышать от него правду, — когда его заместитель кивнул, Саитама продолжил. — А что с Мацукарой?

— Она… — он замолк, поднял ладонь перед грудью. Тишина, потом шаги. Саитама узнал медленную спокойную поступь брата в коридоре.

— Тама, — позвал Сенмей за шоджи. — Ты там?

— Да, входи.

Сенмей с поклоном плавно прошел в комнату, прижимая к себе перевязанную руку. Акито не стал его приветствовать. Может, так было лучше. Ярость в его взгляде могла разрезать человека.

Ему нужно было разобраться в напряжении между Сенмеем и Акито.

— Вице-командир, когда ты вернулся? — в его глазах загорелась надежда, он опустился на колени между ними. — Полагаю, есть новости?

— Мы еще расследуем дело, — сказал Акито.

— Как жаль, — его брат похлопал по своей руке и вздохнул. — Я был уверен, что кто-то с твоим навыком уже раскрыл бы тайну.

— Прошел всего день, Сенмей. И не только тебя ранили в этой ситуации.

Сенмей потер подбородок.

— Точно. Запутанное дело. Меня интересуют обвинения капитана Окуро в сторону лейтенанта Мацукары. Капитан Хакури заявил, что она была всю ночь с ним. Верно, Тама?