Чтение онлайн

– С чего ты взял, что я шучу?
– Я выдержала пристальный взгляд своего хранителя, злорадно подмечая, как его глаза медленно расширяются от осознания моих слов.

– С той стороны не возвращаются!
– с жаром выпалил он.

– А я и не возвращалась. Меня вернули.

– Икрит?
– догадалась Шелли.

– Он самый.

Не знаю, почему я разоткровенничалась. Кроме связного об этом никто не знает. Но рассказать все, что я знаю про Икрита и его опыты связному было необходимым условием при принятии в видящие. А тут считай, почти добровольно душу изливаю. Даже с толку сбивает. Уж не Шелли ли к этому свою лапку приложила? У всех видящих есть, какие-то отклонения и особые дары. Я испытывающе посмотрела на бесстрастное лицо Шелли. Даже если она и причастна, доказать ничего не удастся. С таким фейсом ей только в карты играть!

– Ты ненавидишь Икрита, за то, что он тебя вернул?
– Валиан прав, но только отчасти.

– Вот это.
– Я отвернула ворот рубахи, наглядно демонстрируя темный ободок вокруг шеи.
– Ошейник, подаренный мне Икритом. Он есть у всех старообращенных. Возвращенную душу запирают обратно в тело именно с помощью этих рун.
– Я пробежалась пальцами по шее, но ничего кроме прохладной кожи не почувствовала.
– Они же, не дают нитям порваться окончательно.

– Нити души? Я слышала об этом.

– Да они самые. Душа привязана к телу именно этими невидимыми нитями. Во время смерти нити рвутся. Раз и навсегда. Безвозвратно. По крайней мере, так было до Икрита. Подозреваю, что он все-таки один из видящих и как-то развил в себе способность видеть и скреплять эти нити. Редкий дар в руках сумасшедшего - проклятье.

– Так ты действительно была мертва?
– ужаснулся Жак.

– Ага, почти дважды. Второй раз сразу после первого пробуждения. Даже будучи воскрешенной, я хотела уйти обратно.

– Почему?
– Голос Валиана прозвучал отстраненно и сухо.
– Жизнь это дар! Тебе дали второй шанс. Возможность существовать, разве это так плохо?

– В свое время этот ритуал запретили не просто так.

– Погибало слишком много людей по официальной версии.
– Шелли в задумчивости скрестила руки и потерла подбородок.
– Но кто там умирал, если изначально использовались трупы? Не в обиду Вишра.

– Умирали души. Во время восстановления связующих нитей, требуется исходный материал. То есть нужна еще одна душа в качестве расходного материала.

– Тебе тоже?
– совсем тихо произнесла Шелли. Произнеся это, она замолчала, ожидая бурной реакции. Валиан и Жак тоже притихли. В конце концов, рано или поздно они все равно узнают.

– Старообращенный значит, что своим существованием ты погубил как минимум одну душу. Ту душу, с которой вы связаны и ту, которая любит тебя больше всего.

– Кем он был?
– Причем тут мужчины? Или Валиан знаком только с такой любовью?

– В момент моего обращения надо мной летала лишь одна душа, упорно отказывающаяся возвращаться в реку перерождения без меня. Та душа, которая выбрала в свое время меня и, вытащив из реки, в свое время помогла обрести тело. Именно ее сияние и заметил Икрит. Ему даже не пришлось особенно трудиться. Удобно. Он использовал душу этой Старшей крутившейся рядом со мной. Вождя нашего селения.

– Вы были с ним близки?
– поинтересовалась Шелли.

И она туда же.

– С ней! Она была моей матерью. Ни в этой, ни в следующей жизни нам больше не встретиться.

– Извини, - зачем то попросил Жак.

– Не смейте мене сострадать! Я это не для жалости говорю! Просто когда я буду убивать этого гения современной науки, не смейте меня останавливать! Я не пожалею никого!

– А если на кону будет миссия?
– с подвохом произнес Валиан.
– Рискнешь?

– Угадай? Еще вопросы будут?

Жак шагнул было вперед, собираясь еще что-то озвучить, но Шелли молниеносно развернулась каблуком на его ноге. Это, наверняка, жутко больно, но Жак даже не поморщился, а лишь понимающе кивнул видящей. Видно это их особый способ общения, который они периодически используют.

Так-то лучше. Теперь хотя бы не будет бестактных вопросов с их стороны. Правда, что теперь делать с их неуместной жалостью?

Все-таки хорошо, что мы не взяли с собой лошадей. Мыть Мышь я бы не согласилась. Болота словно живут своей жизнью, понятия не имея, что вообще-то уже зима на носу и им давно пора замерзать. Ноги утопают в вязкой жиже, благо хоть не глубоко, но риск остаться без обуви все равно присутствует.

Выход из сложившейся ситуации, я нашла, подсмотрев за Шелли. Видящая шла аккурат позади Жака, ловко маневрируя по его следам. Вроде не трудно, но Валиан к сожалению совсем не добродушный Жак, сквозь пальцы смотрящий на проказы своей хозяйки. Мой хранитель, заметив как я его использую, с гаденькой ухмылкой стал понемногу удлинять свои шаги, заставляя меня тренировать растяжку на полную.

– И что мы должны тут искать? Вишра, да что ты там жрешь, с земли?!

Эх, Валиан. Сразу видно городской ты человек. Я отправила в рот еще пару ягод. После того как ударили первые морозы они самые вкусные, хотя все равно кислые.

– Землю!
– грубо ответила я. А то я знаю, сейчас начнется 'Дай мне', а тут и самой в принципе мало. Я поморщилась. Нет, вовсе не от мысли, о неминуемой дележки, а из-за одной из ягод. Уж больно кислая попалась.

– Это ведь клюква?
– Жак с интересом заглянул мне в ладонь, но благоразумно не стал протягивать загребущие ручонки к моей еде.

– Они же кислые.
– Валиан поморщился, от одного вида, как я их ем.

– Угу, кислые.
– Набрав несколько пригоршен, я вложила ягоды хранителю в руки.

– Я не люблю, но спасибо.

– А тебе никто и не предлагал. Ты видишь на моей одежде карманы? А в сумке белье.

Поняв, к чему я клоню Валиан, недовольно вздыхая, высыпал ягоды в свой нагрудный карман

– Красота-то тут какая!
– Шелли присела рядом с растущими ягодами, отщипывая двумя пальчиками ярко-алую ягоду, но, не решаясь отправить ее в рот.

Если присмотреться, действительно красиво. Все болото темно-серого цвета было покрыто растущими ягодами. Ало-красное море. Странно, что местные их еще не оборвали. Эти ягоды стоят не малых денег даже в сезон.

– Я бы не советовал вам их, есть юная леди.

Мы одновременно обернулись. Держа за поводья запряженную в телегу лошадь, перед нами стоял какой-то мужик. Судя по широкополой шляпе и мешочку с деньгами, подвязанному к поясу двойным узлом, перед нами никто иной, как самый настоящий торгаш. Эти мешочки с мелочью, носила только их каста, в основном для отвода глаз. Считалось, что вор, украв мелочь, потеряет интерес к жертве и, довольствуясь хоть какой-то наживой, уйдет. На самом деле всем ворам давным-давно был известен этот трюк и на него если и попадались, то самые молодые и неопытные новички.