Видишь ты, видят и тебя
Шрифт:
Битая посуда, остатки человеческой утвари, различный хлам и не пригодный мусор.
– Светлячки любят человеческие вещи, - подсказала Фалена.
– А что это за звук?
– Девочка прислушалась.
– Похоже, что кто-то плачет.
Ребенок, беру назад все теплые мысли, которые к тебе всплывали. Ну, за каким лядом, ты ломанулась в самый цент, этой помойки?!
– Ой, тут человек!
– удивлено вскрикнула Фалена, остановившись перед огромной перевернутой телегой.
– Не подходи к нему!
– крикнул ей Валиан.
– Это может быть опасно!
Страх, отчаянье в воздухе. По своей сути эти эмоции безвредны. Хотя бы до тех пор, пока к ним не добавиться злость. Человек за телегой, не причинит никому вреда.
– Это девушка, - опешил Жак, оказавшись рядом с Фаленой первым.
– Эй, ты меня слышишь?
– Я потрепала незнакомку за плечо.
Совсем молодая. Вряд ли старше пятнадцати зим. Отстраненный вид и мутный взгляд. Даже если она и слышит, ей все равно. Этот взгляд мне знаком и даже слишком.
– Ты одна? Как ты сюда попала?
– Шелли грациозно опустилась на пол, в надежде растормошить девушку, но это бесполезно.
– Надо спросить ее, не видела ли она или не слышала чего про нашу видящую, - предложил Жак.
– И думаю, стоит забрать ее с собой. Не дело, ей тут оставаться одной, мало ли что? Да хоть те самые светлячки на нее нападут.
– Можно не спрашивать про видящую.
– Я тоже присела рядом с этой девушкой.
Мне даже не надо заглядывать ей под одежду, чтобы проверить метку на теле. Ее взгляда вполне достаточно, чтобы понять, что передо мной старообращенная. Такая же, как и я.
Девушка тоже это заметила, так как, оторвавшись от созерцания собственных ладоней, на мгновенье приобрела осмысленный взгляд.
– Как ты попала сюда Агата?
– Где?!
– Жак не поняв, что мы уже нашли, ту кого искали, стал оглядываться, ища глазами видящую.
– Плакать, это плохо.
– Я провела рукой по ее опухшим от слез глазам.
Она слишком слаба, чтобы долго продержаться. Позволила жалости охватить себя? Дура, лучше бы подалась гневу, безумию. Долго, она не протянет. Ломались куда более сильные и стойкие. Причина в том, что Агата все еще жива, могла быть одна. Ритуал над ней состоялся не более года, ну от силы два назад. И где связной ее отыскал? Спросить бы потом.
– Глаза зеркало души, от твоих слез тускнеет и твоя душа... и вторая.
– Мне все равно!
– Голос девушки дрогнул.
– Он мертв из-за меня!! Почему я осталась, а не он! Он больше этого заслужил!
– Твой хранитель жив, успокойся. Немного потрепан, но жив, здоров и очень переживает за тебя.
– Валиан ты иногда бываешь просто непроходимо туп!
– Кем, тебе приходилась жертва?
– поинтересовалась я.
– Да хватит разговаривать загадками!
– Жак в отличие от остальных, внимательно прислушивавшихся к разговору не выдержал. Ему не нравились руины, и просто не терпелось, как можно быстрее их покинуть.
– Другом, как и всем, - тихо призналась девушка.
Глупая. Друзей, наоборот, используют крайне редко и скорее от безысходности. Ну, в крайнем случае, любовников. Просто, друг? Вообще чудо, что она вернулась. Привязанность, возникшая, ну пускай даже за несколько лет общения, никак нельзя сравнивать с родственными чувствами. Чем сильнее узы между восставшим и жертвой, тем выше шанс возрождения.
Я зажала язык, зубами примеряясь к старому шраму. Он появился именно тогда, когда я узнала, кто оказался моей жертвой. Интересно рубец страшный? Я ведь с тех пор, в зеркало, на него так ни разу и не смотрела.
– За что они его?! А ведь говорили, что видящими станем мы оба!
Ох, глупое юное создание! Это чудо, что Икрит хоть тебя успел подхватить. Обычно блеклые души трудно просто заметить, а не то чтобы вернуть на землю.
– Я не хочу жить! Все надоело!
– всплакнула девушка.
– Все время что-то случается! Я вижу то, чего нет. Все постоянно от меня чего-то хотят и требуют!!
– Ты сбежала с миссии только потому, что тебе все надоело?
– Я видела его...
– Кого?
– Его!! Чтобы ты сделала на моем месте?!
– выкрикнула она, обращаясь ко мне.
Молодец. Чувствует все-таки, что мы одинаковые. Я была не совсем, права принижая ее душевные качества.
– Если ты про того, про кого я подумала, то убила бы.
– Он был не один, а с восставшими!
– Попыталась бы убить.
– Их было не меньше десятка!
– Попыталась бы ударить.
– Я не такая. Никогда такой не была и не буду. Меня растили в храме, при монастыре. Туда не пускали никого кроме женщин. Нас не обучали держать оружия в руках. Мать настоятельница всегда говорила, что женщина светлая половина человечества. Мы созданы, чтобы дарить тепло и уют этому миру. Наши руки не приспособлены держать оружие.
– Сейчас ты пытаешься вызвать непонятную жалость тем, что воспитывалась только среди женщин? Не оправдывай себя этим! Я тоже росла так же. Впервые я увидела мужчину примерно в твоем возрасте.
– Это многое объясняет, - проворчал Валиан.
– Тот самый 'первый мужчина', уничтожил всех моих Сестер. Мой род и селение. И убил... меня.
– Последние слова я добавила совсем тихо.
Я не видела лицо Валиана, но почувствовала сожаления из-за ранее сказанных слов.
– Знаю, что должна была попытаться его остановить, но ... Это слишком болезненно. Ты что не помнишь?!
– Может у нее с головой не все в порядке, вы же видитесь впервые?
– Жак как всегда тупит.
– Предпочла забыть, - ответила я на вопрос девушки.
Я и правда расплывчато помнила те времена, в основном благодаря связному. Этот недалекий от мира сего человек, искренне полагал, что лучшего средства для забытья, чем алкоголь, нет. Память притупилась, привычка пить осталась.
– Куда он направился?
– Вместо ответа Агата указала пальцем на потолок.
– Значит наверх. Горы?
– Шелли поежилась, предвкушая холодную дорогу.
– Идем, милая, мы выведем тебя назад.
– Я не вернусь! Я останусь! Мне тут хорошо.
– Начала истерить Агата, как только видящая попыталась ее приподнять.
– Тут есть вода, мне больше ничего не надо!
Тащить Агату из пещеры насильно, никто не стал. Одно дело спасать девушку из заточения или просто помощь в сложившейся нелегкой ситуации, а совсем иное пытаться нести ее, когда она вырывается, царапается и кусается.
Отделавшись парой глубоких царапин и ссадин, Жак быстро забросил эту идею, сказав, что если это кому надо, то пусть сам и тащит эту сбрендившую. Валиан покосившись на следы от ногтей, не выявил ни малейшего желания, да и мы с Шелли тоже.