Чтение онлайн

Безуспешно. За окном царила непроглядная тьма. Даже луны не было видно, словно небо сговорилось скрыть от нас любую надежду. Закрыв глаза, я попыталась унять дрожь. Что делать? Как выпутаться из этой передряги? Как выбраться из этой ловушки, в которую я сама нас заманила? Если с Ленкой что-нибудь случится по моей вине, я никогда себе этого не прощу.

Я отпрянула от окна, чувствуя, как отчаяние подступает к горлу. Нужно действовать, а не предаваться панике. Огляделась. Комната была маленькой, почти пустой. Кроме грубо сколоченного стола и двух табуреток, ничего не было. Пол усыпан сухой соломой, пахнущей сыростью и плесенью. Этот запах въелся в стены, в саму атмосферу этого проклятого места.

– Ленка, – позвала я тихо, стараясь, чтобы голос звучал уверенно. – Ты как? – она сидела, свернувшись калачиком, обхватив колени руками. В полумраке ее лицо казалось еще более бледным и испуганным.

– Мне страшно, – прошептала подруга, не поднимая глаз.

– Я знаю, милая. Но мы справимся. Я обещаю, – подошла и присела рядом, обняв ее за плечи.

Ложь. Я не знала, справимся ли мы. Но ей нужно было это услышать. Ей нужна была надежда.

– Но как? – подняла она на меня своя ясные глаза, я вздохнула, не привыкла я видеть ее в таком подавленном состоянии.

– Окно заколочено досками, но там нет стекол. Надо оглядеться, может получиться выбраться, – я огляделась еще раз.

Ничего. Абсолютно ничего, что могло бы нам помочь. Кроме... Мой взгляд упал на стол. На нем лежал небольшой, ржавый гвоздь. Наверное, кто-то забыл его здесь, когда заколачивал окна.

– Ленка, смотри! – воскликнула я, поднимая гвоздь. – Может быть, с его помощью мы сможем вытащить хотя бы одну доску из окна, – в глазах Ленки мелькнула слабая искорка надежды.

– Но он такой маленький, – прошептала она.

– Я знаю, – ответила я. – Но это все, что у нас есть. И мы должны попробовать.

Я подошла к окну и начала осторожно, с невероятным усилием, пытаться поддеть гвоздем доску. Ржавчина скрипела, дерево сопротивлялось. Мои пальцы немели от напряжения. Но я не сдавалась. Я должна была. Ради Ленки. Ради нас обеих.

Каждый раз, когда гвоздь соскальзывал, оставляя лишь царапину на дереве, отчаяние накатывало новой волной. Но я отгоняла его прочь, напоминая себе о Ленке, о ее испуганном взгляде, о ее вере в меня. Я должна была быть ее щитом, ее защитой.

Время тянулось мучительно медленно. Казалось, прошла целая вечность, прежде чем гвоздь, наконец, зацепился за шляпку одного из гвоздей, удерживающих доску. Я надавила сильнее, чувствуя, как ржавый металл впивается в кожу. Зубы стиснуты, мышцы напряжены до предела.

Раздался тихий скрип. Доска чуть подалась. Сердце забилось быстрее. Еще немного!

Я продолжала давить, медленно, осторожно, боясь сломать гвоздь или сорвать его с места. Скрип становился громче, противнее. Казалось, он разносится по всей комнате, привлекая внимание к нашим усилиям.

Наконец, с громким треском, доска отскочила, оставив узкую щель в заколоченном окне. Я отбросила гвоздь и, задыхаясь, припала к щели, пытаясь разглядеть хоть что-то.

Ленка, смотри!" - прошептала я, отступая от окна. "Мы почти выбрались! Я смогла отодрать одну доску. Теперь нужно вытащить остальные."

Ленка подползла к окну и заглянула в щель. В ее глазах появился проблеск надежды, но страх все еще не отступал.

– Но их так много, – прошептала она. – Мы не сможем, – в отчаянии повернулась ко мне Ленка.

– Сможем, – твердо ответила я. – Мы будем работать вместе. Ты будешь держать гвоздь, а я буду давить. Так будет легче.

Ленка кивнула, и мы принялись за работу. Теперь у нас было больше места для маневра, и дело пошло быстрее. Мы работали молча, сосредоточенно, каждый звук казался оглушительным в этой тишине.

Одна за другой доски поддавались, отскакивали, открывая все больший просвет в окне. Руки болели, спина ныла, но мы не останавливались. Мы знали, что от этого зависит наша жизнь.

Наконец, последняя доска была сорвана. В комнату ворвался свежий, прохладный воздух, пахнущий хвоей и сырой землей. Лунный свет, пробиваясь сквозь тучи, осветил комнату, отгоняя тьму.

Окно было достаточно большим, чтобы протиснуться.

– Ну что, Ленка? – спросила я, глядя ей в глаза. – Мы готовы?

Ответить она мне не успела, за спиной что-то скрипнула и раздался удивленный мужской голос, заставив нас вздрогнули чуть не свалиться со стола. На котором мы сидели, отдирая доски от окна.

– И куда вы собрались? – мое сердце ухнуло куда-то вниз…

Глава 20

Сердце бешено заколотилось, словно птица в клетке. Я резко обернулся на голос, и мир вокруг на мгновение перестал существовать. Передо мной, словно кошмарный сон, стоял Роман. Вернее, не стоял, а.. торчал? Он выглядывал из стены, словно наполовину врос в нее. Лицо его было совершенно спокойным, даже немного любопытным.

Несколько долгих, мучительных секунд я просто смотрел на него, пытаясь понять, что происходит. Мозг отказывался обрабатывать увиденное. Это розыгрыш? Галлюцинация? Или я окончательно сошла с ума?

В голове промелькнула паническая мысль: "Может, мне правда в психушку пора?"

– Роман? – все же выдыхаю, справляясь с шоком. – А… – задать вопрос так и не смогла просто молча уставилась на него.

– Ладно девочки, времени нет. Оставьте вы окно в покое, из него только расшибете свои прелестные головы, – он нырнул в стену, и мы с Ленкой непонимающе переглянулись. – – Чего застыли? Быстрее за мной! – его голова снова появилась из стены, и, несмотря на абсурдность ситуации, мы послушно двинулись следом.

Инстинкт самосохранения, кажется, на время отключился. Любопытство и какой-то болезненный интерес пересилили страх. Ленка, обычно такая осторожная, сейчас выглядела не менее ошарашенной, но тоже не отступала. Мы переглянулись еще раз, в глазах друг друга ища подтверждение, что это не коллективное помешательство. Ничего, кроме такого же ужаса и непонимания, я там не нашла.

Сделав глубокий вдох, я шагнула к стене. Ощущение было странным – не твердость камня, а скорее плотная, упругая субстанция, как будто ныряешь в воду, но вода эта – нечто иное, нечто… живое. Мир вокруг исказился, цвета поплыли, и на мгновение я потеряла ориентацию. В голове зашумело, как будто кровь с бешеной скоростью ринулась к вискам.