Чтение онлайн

Тело горело так, что хотелось сдохнуть! Парадоксальное заявление для человека, который только что был готов на всё ради того, чтобы выжить. И, тем не менее, боль была просто невыносимой!

— Волосяной покров теряет пигментацию. Проверьте глаза.

Пальцы в перчатке раздвинули мне веки. Ох, был бы я свободен, пожалели бы эти уроды, что взялись меня «лечить»!

— Радужная оболочка меняет цвет! Организм подстраивается под излучение! Но мало, мало!

— Это ещё ничего не значит.

— Кожа слезает, поражены мышечные ткани.

Сухой, деловитый тон. Как он контрастировал с тем, что я сейчас испытывал! Исследователи, чёрт бы их побрал! Учёные! Ещё врачами себя называют! Да такие только в нацистских лагерях, наверное, были!

— Вливайте кровь!

К пластиковой штуковине в моём рту подсоединили гофрированный шланг. Я почувствовал, как в глотку потекла солоноватая жидкость.

Чёрт! Почему в рот-то? Кто так вообще делает переливание?! И потом, я же видел, как мне вставляли в вены катетеры!

— Экземпляр не реагирует на кровь! Регенерация не запускается.

— Посмотрите на глаза!

— Ого! Вот это новость! Изольда, глянь-ка!

Ко мне приблизилась ещё одна фигура в белом.

— Это микмак! — голос был женский, удивлённый и немного испуганный. — Влейте ему нашу кровь!

— Что?! С ума сошла?!

— Делайте, что велено! Быстро!

Я задыхался, испытывая неимоверные страдания. Боль заполнила меня целиком. Сердце, казалось, вот-вот остановится, но оно почему-то продолжало биться.

Вкус во рту изменился. Теперь жидкость, которая поступала в глотку, имела сладковатый, пряный привкус.

— Действует! Регенерация запущена!

— Конечно, действует! Только зачем нам это?! Всё равно это микмак!

— Поражения тканей остановлены, — голос принадлежал женщине. — Состояние стабилизируется! Ещё крови!

— Нам не нужен микмак! — в мужском голосе появились истеричные нотки. — Заканчивайте эксперимент!

В мои уши ворвался оглушительный грохот, похожий на взрыв. Ударная волна прошлась по телу, заставив даже кости звенеть. Да что сегодня за день такой?!

Свет неожиданно погас, и я с трудом разлепил залитые слезами глаза. Обожжённые веки причиняли жуткую боль. Всё расплывалось. Я несколько раз моргнул, отчего солёная влага вылилась на щёки, и я увидел врывающихся в дымящийся пролом людей в чёрных доспехах. Вернее, бронескафах, стилизованных под латы. В руках они держали короткие плоские винтовки и похожие на ятаганы мечи, только куда большего размера. Изогнутые клинки, покрытые загадочными символами, испускали алое сияние.

Врачи с воплями разбегались, как здоровенные белые тараканы, но по ним открыли стрельбу: пучки бело-голубого света врезались в халаты, пробивая моих мучителей насквозь. Кривые мечи кромсали плоть, отрубая руки, ноги и головы, разваливая туловища пополам. Во все стороны брызгала и фонтанировала кровь, щедро покрывая кафельные пол и стены. В воздухе повис алый туман. Надо сказать, выглядело это очень живописно. Особенно учитывая, что гибель грёбаных экспериментаторов доставляла мне чистое, ни с чем не сравнимое удовольствие. Я даже ненадолго забыл о боли.

Некоторые бойцы носили поверх брони белые с красными символами мантии, напоминавшие тамплиерские. Иногда кто-нибудь из них вскидывал руку, и из неё шаровой молнией вылетала красная вспышка. Как только она врезалась в кого-то из врачей, его тело тут же окутывали светящиеся нити, похожие на дуги накаливания. Жертва орала, поджариваясь и роняя куски отваливающейся плоти. В те мгновения мне казалось, что я в жизни не видел зрелища лучше.

Вот только, похоже, всё это происходило не по-настоящему. Потому что в действительности ничего этого быть просто не могло. Очевидно, я находился в коме и видел жуткий кошмар. Это подсказывал мне разум. Вот только я мог бы поклясться, что это никакой не сон!

Один из ворвавшихся в лабораторию бойцов направил на убегавшего закованные в броню ладони и что-то глухо выкрикнул. Кусок ближайшей стены стал жидким, вытянулся в воздухе и стремительно начал превращаться в хищное животное вроде гепарда. Только у твари, «рождение» которой я наблюдал в течение нескольких секунд (кости, мышцы, кровеносная система, шкура — всё загадочным образом составилось из молекул стены), была голубая светящаяся шерсть, а пасть сделала бы честь касатке.

Чудовище трижды прыгнуло и обрушилось на замешкавшегося возле двери врача. Мощные когтистые лапы подгребли его, а челюсти, клацнув, сомкнулись на шее. Хрустнули позвонки, и во все стороны ударила кровь!

Покончив с жертвой, монстр превратился в россыпь кружащихся над полом голубых светлячков. А спустя пару секунд исчезли и они.

Другой маг швырнул во врача сгусток синего искрящегося сияния. Оно растеклось по жертве, и та начала стремительно покрываться древесными шипами. Они буквально разрывали плоть, пока не превратили её в кровавое месиво!

Думаю, никто не осудит меня за то, что при виде страданий и гибели бессердечных ублюдков я испытывал мстительный восторг.

Зачистка помещения длилась не дольше минуты. Я наблюдал за ней, пока не сообразил, что пора сматываться. Ворвавшиеся в лабораторию парни явно не пощадили бы меня. С какой стати? Я для них был таким же мясом, как для врачей. Не знаю, откуда во мне возникла подобная уверенность — наверное, сработал инстинкт самосохранения. А ещё мне не нравился запах этих бойцов. Трудно объяснить, но он сигнализировал мозгу о враждебности. Настолько сильно, что его трудно было игнорировать. Странно, что я вообще чувствовал запах, конечно. Но об этом задумываться уже было некогда.

К собственному удивлению, я смог сесть. Правда, испытывая непрерывную боль. Оказалось, мои конечности до этого были прикованы к металлическому столу. Теперь же браслеты открылись. Я стал свободен! Как может быть свободен муравей, на которого ребёнок направил при помощи линзы сфокусированный солнечный луч.

Спецназовцы добивали корчившихся на полу врачей, не обращая на меня внимания. То и дело раздавались приглушённые шлемами крики:

— Мочи козлов!

— Вон того стрельни. Пополз, падла, куда-то!

— Что, тварь, думаешь смыться?! Сдохни, гнида!

Все эти замечательные фразы чередовались с выстрелами и ударами, которые спецназовцы щедро раздавали врачам, явно получая неподдельное удовольствие. Я целиком и полностью разделял их энтузиазм и с радостью присоединился бы к кровавому развлечению, если б не понимал, что буду убит, стоит спецназовцам обратить на меня внимание. Так что надо было делать ноги, и поживее.

Чёрт, да как это вообще может происходить?! Нет, наверное, я всё-таки брежу! Но инстинкт гнал меня прочь.

Вытащив изо рта пластиковую штуковину, я быстро осмотрелся и заметил то, что показалось мне подходящим убежищем — небольшую щель у самого пола. К ней вели алые потёки. Похоже, мне предстояло спрятаться в канализации.

Но больше деваться было некуда. Что ж, лучше оказаться в жидком дерьме живым, чем покрытым хрустящей золотистой корочкой. Я сполз со стола на скользкий от крови пол и направился к спасительной дыре. Господи, как же это было больно! Любое движение отдавалось в теле огненной вспышкой, а необходимость опираться ладонями и коленями была просто пыткой, которой я сам себя истязал.