Чтение онлайн

Наряд её оказался настолько необычным, что девушки застыли в немом восхищении, разглядывая Дайаану.

— Идёмте, — коротко бросила та, и первой шагнула к порогу.

Яким, ещё не вошедший в форму после ранения, распахнул перед ней дверь, уважительно склонив голову. Удерживая тяжёлую створку, дал и нам выйти на улицу. Там уже стояли Петрович, Куан и Эд, обсуждая какую-то идею по охране усадьбы.

— Рахимбек и Василий подготовили всё для обряда, Мать-Орлица, — вежливо проговорил Петрович. — Они ждут на площадке.

Шаманы обычно сами проводят подготовку к обряду, и один из них — по изгнанию духов из дома — Дайаана никому не доверила. Возможно, второй обряд по степени сложности был попроще, и помощь посторонних людей в таком случае позволялась. Не знаю, такие тонкости шаманского искусства для меня неподвластны. Но если Мать-Орлица спокойна, значит, так и надо.

— Хорошо, — степенно кивнула Дайаана, мгновенно преобразившись из обычной красивой девушки в неприступную и бесстрастную шаманку, чья жизнь теперь полностью подчинялась служению божествам айыы – жителям Верхнего мира, предкам её народа.

Арина, Лида и Нина с небывалым интересом смотрели на разворачивающееся действо. Я придержал их, чтобы Дайаана прошла вперёд, и под мерное постукивание колотушки по бубну направилась по дорожке к ритуальной площадке. Только тогда я кивнул, разрешая присоединиться к ней. За нами, чуть отставая, шли Петрович с Куаном, телохранители, Эд и даже Гена Берг с Вороном. Моих механиков привлекало само действо, разворачивающееся в усадьбе, а не какие-то загадочные духи, которые должны заменить старых обитателей особняка. Математический склад ума не позволял им скатиться в мир призрачных материй. Но любопытство заставило присоединиться к шествию.

Мы все миновали тренировочную площадку, пересекли парк и остановились перед большой кучей дров, умело сложенных шалашиком. Возле него копошился Рахимбек. Василий подошёл к Дайаане и что-то тихо сказал.

— Хорошо, — ответила девушка и обернулась назад. При свете самого ближнего фонаря, который освещал площадку с застывшими в неподвижности манекенами, она прошлась взглядом по молчащим княжнам и Нине.

— Мне нужен живой огонь, — сказала шаманка и кивнула на Лидию. — Зажги его.

Великая княжна с удивлением поглядела на меня, словно ожидала каких-то пояснений, но я легонько подтолкнул её вперёд. Можно сказать, Лиде была дана великая честь возжечь священный костёр. Скажи я ей об этом, услышал бы только фырканье рассерженной кошки. Подобные предложения исходят от Мстиславских, а не наоборот! Тем не менее, она не стала упрямиться, подошла к поленнице, сделала какой-то пасс руками и присела, подведя ладони к основанию шалашика. Её лицо осветило ярко-оранжевыми всполохами, а прыгнувшее на дрова пламя стало разгораться снизу, постепенно поднимаясь к основанию. Весело затрещала смола на чурбачках, стало светло. Лида вернулась к нам с довольным видом, как будто участвовала в какой-то невероятно популярной передаче.

Костёр разгорался, а Дайаана медленно прохаживалась вокруг него, постукивая в бубен колотушкой. Казалось бы, она чего-то ждёт, но на самом деле её движения становились более плавными. Широкие рукава шубы то и дело взмётывались вверх вместе с бубном. Звенели колокольчики, резонируя с набирающим силу голосом шаманки. Пламя загудело, пожирая сухие дрова, и осветило лица всех, кто стоял в нескольких метрах от костра.

Дайаана ускорилась. То и дело она останавливалась, крутилась на месте, изгибалась в разные стороны, чуть ли не до земли. В каждом движении чувствовалась великолепная пластика, отточенность и лёгкость. Мне вдруг показалось, что девушка сейчас взлетит вверх. Чёрные крылья, поднявшиеся над её головой, внезапно затрепетали, разгоняя вокруг себя тёплые волны нагретого воздуха. Странный речитатив, с которым Дайаана обходила костёр, слился с частыми ударами колотушки в бубен, а звон колокольчиков только усиливал ощущение нереальности.

Костёр неожиданно выплюнул мириады искр в небо, девушки ахнули и машинально прижались ко мне: Арина справа, Лида слева. Нина же, скромно стоявшая чуть позади, положила руки на мои плечи, как будто искала в этом прикосновении защиту.

Чёрные силуэты, похожие на гигантских птиц, окаймлённых искрами, поднялись вверх и заметались над деревьями. Голос Дайааны вдруг перешёл в контральто, стал глубоким и сильным. Странный тягучий звук заполонил всё вокруг; от него хотелось оградиться, заткнуть уши или того хуже — убежать. Но я пересилил себя и удержал Лиду с Ариной, которые именно так и хотели поступить. Они дрожали от возбуждения вперемешку с каким-то иррациональным страхом, свободно гуляющим между застывшими бойцами и механиками. Нина же намертво вцепилась в мои плечи, отчего я даже через куртку почувствовал, сколько эмоций она передала этим движением: доверие, что её защитят, и желание оставаться рядом, что бы сейчас не случилось.

Позади меня раздался низкий звук, исходящий от гостевого дома. Как будто гигантское животное печально вздохнуло. Я обернулся. Показалось, что в окнах пустых комнат мелькают огоньки. Это не было галлюцинацией; явственно ощущалось присутствие чужих духов, а по сути — элементалей, до сих пор живущих под крышей Алтаря. Дайаана всё же доконала их и заставила искать новое прибежище. Мне даже стало жалко мелких стихийных помощников, остатков былой силы Ушатых. Они тихо и незаметно крутились всё это время вокруг Источника, подпитываясь его энергией и не приносили вреда, потому что сотворить такое с антимагическим ядром у них бы не получилось.

— Они мне мешают! — Дайаана внезапно остановилась напротив меня и замерла соляным столбом с вытянутой рукой, в которой держала колотушку. — Возьми их себе или уничтожь!

— Андрюша, я боюсь! — прерывисто задышала Лида. — Она про кого?

Действительно, могло показаться, что шаманка говорит о моих потенциальных невестах. Дескать, выбор перед тобой, сам решай. Но на самом деле якутская княжна советовала мне решить вопрос с элементалями.

Я мысленно перешёл на ментальную волну, созывая к себе отчуждённых элементалей Воздуха. Ушатые ведь эту Стихию пестовали. Мне не жалко, пусть присоединяются к моим друзьям. Может показаться смешным, но прогоняемые упрямой шаманкой опальные элементали каким-то образом почувствовали моё желание принять их в новую семью. И устремились на зов. Часть из них погибла под резонирующими с воздухом волнами, исходящими от затихающего бубна. Но остальные закружились над моей головой искрящимся хороводом. Я вскинул руки вверх и раскрыл ладони, став в этот момент похожим на какого-нибудь чародея, призывающего Стихию. Девушки с удивлением глядели на меня, застывшего в неподвижности. Элементали, до этого выдерживавшие правильный круг, суетливо сбились в кучки и стали нырять в ладони, растворяясь в аурном контуре. А меня пронзило тонкими уколами совмещения.

Дайаана успокоилась, её движения стали нарочито медленными, усталыми. Шаманский бубен уже не так громко стучал в морозном воздухе, да и Источник тоже перестал возмущать пространство своими энергетическими выбросами. Костёр ещё горел, но не так басовито, и уютно пощёлкивал смолистыми дровами.

Я заметил, что Мать-Орлица подзывает меня, и с внутренним напряжением подошёл к ней.

— Отдай костру свою кровь! — девушка протянула маленький ритуальный нож, чем-то схожий с тем, что я видел у отца в первое знакомство с родовым Источником.

Не считаю, что кормление священного костра своей кровью необходимо. Но расстраивать Дайаану, как и духов, не хочу. Зря, что ли, старались, выгоняли старых из особняка? Я вытянул левую руку, в правую взял нож, примерился и провёл острым лезвием по большому пальцу. Сжал в кулак, дождался, когда крови станет достаточно (порез всё-таки получился глубоким и болезненным), махнул кистью в сторону пламени.

Фух! В костёр как будто бензина плеснули. Он взметнулся вверх с мощным гудением, освещая дальний забор, стоящих за моей спиной людей, и расправил огненные крылья, которые обняли меня. Я даже испугаться не успел. Зато мои девушки вскрикнули и бросились тушить, как им показалось, горящего кандидата в мужья. Но взмахом руки Дайаана остановила их. Громко, на непонятном языке заговорила, взмахивая бубном. Голос её взлетал вверх, пока огненные крылья обнимали меня. Удивительно, но ничего со мной не случилось. Превратившись в искристую птицу, огонь взмыл вверх и растворился в морозной ночи.

— Теперь твой дом защищён, — устало произнесла шаманка. — И ты сам тоже под защитой, которую я на тебя поставила. Злые духи уже не проникнут ни на подворье, ни в особняк. И твои женщины будут под защитой, если войдут под крышу этого особняка. А об остальном ты сам позаботишься.

Костёр сник, но алые угли переливались рубиновым цветом, медленно остывая. Я попросил Петровича прибраться здесь, а сам повёл девушек домой, где нас ждал горячий чай, много разного варенья и две больших тарелки, полные пышных калачей и лепёшек.