Чтение онлайн

Тогда, в 1673-ем, я сам был виноват. Сам. И даже тогда я это осознавал. После той ночи я пришел в себя в мед. блоке, где и пролежал около четырех недель. У меня оказалось сломано два ребра, челюсть, нос, плюс множественные гематомы по всему телу. Не знаю, что Дэниэл сказал целителям, но мне никто ни разу не задавал вопросов. Сам же Варт в мед. блоке не появлялся. А я все время пребывания там думал. И пришел к выводу, что не виню его в том, что случилось. Стечение обстоятельств и моя глупость. Но видеть его я пока не хотел. Поэтому сначала я через ЛК отправил ему заявление на отпуск, которое он подписал без лишних вопросов. А потом, вернувшись на работу, я просто посылал ему прошения на задания, связанные с отдаленными от центра Империи планетами. И он все подписывал. Дэниэл ни разу не пытался со мной связаться. Он как будто бы специально давал время, чтобы разобраться в себе.

То, что он со мной сделал, повергло меня скорее в задумчивость, чем во что-то еще. Я думал о том, что отныне нужно быть осторожнее и тщательнее следить за языком и проявлением эмоций. Потом постепенно осознал, что мою душу это почти не задело. И со временем вообще постарался забыть этот эпизод жизни.

Но на этой планете он вернулся ко мне. Во сне. Почему?

Через несколько часов я разбудил Сельвано и мы отправились дальше в путь...

***

Последние три дня нашего пути вокруг было подозрительно тихо. Ни людей, ни паломников, животных и птиц тоже не было. Сельвано не выказывал никакого беспокойства, и мы продолжали свой путь в неизвестность. Еще через день я все-таки спросил его:

– Брат, а что это за странные места? Ни людей, ни животных, ни птиц?

Сельвано посмотрел на меня и, чуть замедлив шаг, сказал:

– Это проклятые места, брат, они всегда появляются там, где в тот момент находятся Святые, они словно блуждают вслед за ними, дабы неготовые не могли добраться до Видевших Бога.

Святые живут в этих местах?! Да здесь воды почти нет, не то что еды.

– А ты уверен, что нам туда?

– Да, - ответил Сельвано, положив руку на грудь, - меня ведет Бог.

Угу, подумал я. А я вот никаких богов не чувствую...

Мои размышления прервала стрела, пролетевшая в опасной близости от лица. Рефлекторно вздрогнув, я пригнулся.

– Разбойники!
– крикнул Сельвано, доставая маленький кинжал. Паломникам запрещается носить оружие длиннее, чем кинжал. Только что мы можем сделать с двумя кинжалами против вооруженной темноты...

Следующая стрела вонзилась рядом с моей ногой. Я отпрыгнул, вглядываясь во мрак. Мне бы сейчас сюда хоть чуть-чуть моих способностей. А так - как слепой котенок...

Мы встали спина к спине. Достав свой кинжал, я оглядывался по сторонам, стараясь различить хоть какое-то движение. Сельвано тоже осматривался. Еще одну стрелу мне удалось, по-моему, только чудом, отбить кинжалом. Но дальше везение покинуло меня, и следующая вонзилась мне в плечо. Я громко вскрикнул от боли и схватился за стрелу свободной рукой. Судя по ощущениям, она засела довольно глубоко, еще один их выстрел - и мне конец. Я не могу защищаться в таком состоянии. В глазах противно мутнело, а к горлу подступала тошнота.

И тут произошло что-то странное. Неожиданно стало светло, мне даже показалось, что взошло солнце, но такого просто не могло быть. Не здесь.

Свет померк так же внезапно, как и появился, и я почувствовал, что падаю...

***

– Брат Виктор, очнись, - долетел до меня чей-то знакомый голос.

– Брат Виктор, ты меня пугаешь, брат Виктор, открой глаза, если слышишь меня,- в голосе звучало беспокойство.

Я с трудом открыл глаза. Надо мной, склонившись, сидел Сельвано.

– Все почти нормально, - смог простонать я, плечо разрывало от боли.

– Ну вот, брат, мы снова вместе. Я рад видеть твой взгляд, - лицо Сельвано прямо-таки излучало радость.

Попытавшись приподняться, я застонал и рефлекторно схватился за раненое плечо. Сельвано аккуратно отвел мою руку от раны.

– Не надо, брат. Не трогай. Она еще не успела затянуться. После того, как разбойники убрались, я вытащил стрелу и перевязал тебя, осталось только надеяться на то, что стрела не была отравлена.

– А что произошло? Последнее, что я помню, это свет...
– спросил я.

– Нас спасли Святые и Бог.

– Что?
– не понял я.

Сельвано запустил руку себе под рубаху и вытащил оттуда тот самый крест, за которым я и пришел в это богами проклятое место.

– Вот, брат Виктор, этот святой крест ведет нас и защищает. Значит, мы держим правильный путь. Мне кажется, что скоро мы придем к Святым, а там и к Богу.

Сельвано мечтательно улыбнулся. Возможно, и придем, только теперь мне нужно придумать, как забрать крест и вернуться в Империю. По крайней мере, я хотя бы знаю, где он. Это уже что-то. Можно, конечно, просто убить Сельвано, но очень не хотелось делать этого. Паломник оказался хорошим человеком, что является крайней редкостью. Да и как мне потом убраться с этой планеты, а так, действительно, вдруг Святые существуют и смогут помочь мне.

Сельвано на секунду отошел от меня и стал копаться в сумках. Потом что-то достал оттуда и протянул мне. Это оказалась маленькая фляжка.

– Это от возможных ядов, хотя я совсем не уверен, что это поможет. Но ты все равно выпей, а я за тебя помолюсь.

Я мысленно хмыкнул, но все же принял фляжку из рук паломника. Глотнув этой вещи, я понял что, кажется, нашел самый мерзкий вкус на этой планете. Даже не знаю, на что это было похоже, но мой желудок резко скрутили спазмы. Я зажал рот рукой и глубоко задышал.

– Да, брат, на вкус оно не очень, но у меня нет другого.

Я с трудом восстановил дыхание и поборол рвотный рефлекс.

– Спасибо за заботу, брат, - выдавил из себя я.

Сельвано же просто мягко улыбнулся. Он действительно был добрым и чистым. Такие люди встречаются редко.

– Не за что, брат, не за что. Я рад тебе помочь. Ты хороший человек.

Хороший человек?! Я рассмеялся и тут же закашлялся от боли.

– Ты ошибаешься, Сельвано. Я очень грешный и темный.

Сельвано удивленно воззрился на меня.

– Нет, нет, - он даже замахал руками, - что ты говоришь? Ты не плохой. Нет. Может быть, грешный. Но не плохой, не темный. Что ты, брат, я неплохо разбираюсь в людях, я не мог ошибиться. Ты хороший. А грехи всегда можно искупить.

– И как?
– с интересом спросил я.

– Пройди свое испытание с достоинством, и тебе станет легче.

Я улыбнулся и покачал головой.

– Нет, это не поможет. Ты же совсем меня не знаешь, брат.