Чтение онлайн

– Через тридцать минут буду, - ответил Дэниэл и отключился.

Наступила тишина. Потом глава спросил:

– Ты ведь на самом деле хочешь нас убить?
– голос его звучал ласково и вкрадчиво.
– Хочешь, я это чувствую, - в его голосе прозвучало издевательство.

И ведь эта тварь права. Я действительно хочу их убить, но нельзя. Тем более что одна из этих 'несущих свет' носила под сердцем моего ребенка.

– Ну так поддайся своему желанию, - вновь заговорил глава.

Я вздрогнул. Желание перебить их всех стало почти нестерпимым. Черт! Что он делает со мной?! Никакого вмешательства в свою голову я не чувствовал. Или просто не заметил?

– Виктор, ты же понимаешь, что мы не пойдем под суд. Да и смерть нас не пугает. Так что придется тебе нам помочь еще раз. Ты и так хорошо нам помог. Такой маленький и глупый.

Я растерянно заморгал. Но ничего не спросил. Хотя хотелось. Вместо вопросов я просто поплотнее прижал дуло к его затылку. Глава хмыкнул:

– Ну, Виктор, давай, убей. И начни с нее, - он кивнул в сторону моей любовницы.
– Милая, ты ведь хочешь умереть?

– Да, - ответила она, улыбаясь и делая шаг вперед.

– Стой!
– приказал я, но она не послушалась и сделала еще шаг вперед.

– Ну, теперь твоя очередь, - обратился ко мне глава, - переведи пистолет на нее...

Я с диким ужасом обнаружил, что именно так и делаю. Моя рука с пистолетом медленно отодвинулась от его затылка и повернулась в ее сторону. И я не мог остановиться! Я весь дрожал, и по лицу уже стекал пот от напряжения, но движение собственной руки не мог контролировать. Где-то в глубине сознания часть меня в восторге крикнула: 'Вот это способности!!!', и даже зааплодировала. Но мне было не до радости.

– Молодец, - сказал глава, отходя от меня и разворачиваясь.
– А теперь целься ей в живот и спускай курок, - его голос был переполнен радостью.

Моя рука медленно поползла вниз, целясь в выпирающий живот женщины. А она спокойно стояла, широко раскинув руки, и улыбалась. Я же собирался убить своего ребенка.

– Вот так. Хорошо...
– говорил глава, явно издеваясь надо мной.
– Теперь стреляй.

Мой палец лег на спусковой крючок. В глазах стояли слезы. Я не любил эту сумасшедшую женщину. Но в ней мой ребенок! Я не хочу его убивать. Не хочу!

Раздался легкий щелчок, и ее тело отлетело назад, потом несколько раз конвульсивно дернулось и замерло. А я даже пистолет не опустил. Команды не было... Сознание отказывалось верить в реальность происходящего...

– Ну, вот и умничка, - ласковым голосом произнес главный.
– А теперь иди, попрощайся с ней, и не забудь убить себя.

Мои ноги двинулись вперед, а потом... я, на свое счастье, поскользнулся на чьих-то внутренностях и упал, хорошо приложившись затылком об пол. В глазах заплясали звезды, и даже слух на мгновение отключился. Я приподнялся и рефлекторно положил руку на затылок.

Меня слушались руки! Эта мысль радостно вспыхнула в пылающей болью голове. Потом вернулся слух.

И первое, что я услышал, был голос главного:

– Вставай и иди.

Я мысленно хмыкнул и встал. Потом без лишних слов вскинул пистолет, который чудом удержал в руках при падении, и одним точным выстрелом вышиб главному мозги. В моем сердце запела злоба. Вот тебе, урод! Вздумал поиграть мной?! Теперь собери-ка свою голову с пола. Тоже очень интересная игра.

Остальные застыли в молчании. Я же стоял и улыбался. Все эти суки были у меня перед глазами. Двинутся, пристрелю. А если нет, то пусть дождутся Дэниэла. Он разберется.

Но буквально через тридцать секунд один из оставшихся со словами:

– Ах ты, ..., - кинулся на меня.

Я широко и с удовольствием улыбнулся, а потом, сказав:

– Угу, - нажал на курок.

Его тело по инерции прошло еще несколько шагов, а потом рухнуло. На меня уже неслись еще двое одновременно. Их я тоже убил. Последнему из всех не повезло. Он оказался сообразителен, и, перед тем, как побежать, причем не ко мне, а к выходу, он кинул в меня чей-то ботинок с торчащим из него куском ноги. Отчего я отвлекся, и выстрел, вместо того, чтобы оторвать ему голову, оторвал руку. Вот к чему приводит излишняя сообразительность. Побежал бы как все, давно бы умер. А так валяется тут сейчас и что есть силы орет, пытаясь отползти от меня.

Я подошел, навел на него пистолет и, пристально глядя в эти полные ужаса и боли глаза, сказал:

– Прощаю.

Спуск. Брызги крови и чего-то еще. Почему-то захотелось слизнуть с губ ошметок этого парня. Попробовать его на вкус. Мммм... ням. Но я сдержался. Вместо этого просто стер эту гадость с лица, встряхнул руку, вытер ее о штаны умершего. Потом встал и, посмотрев на их тела, еще раз улыбнулся. Снова навел дуло пистолета на одного из них и выстрелил. Зачем? Не знаю. Захотелось.

Подойдя к телу своей любовницы, я увидел голову ребенка, торчавшую из ее живота, развороченного моим выстрелом. Он так и не родился. И ему, наверное, было страшно умирать.

Я склонился над ее телом, потом встал на колени в лужу крови и человеческих останков. Затем взял голову своего нерожденного ребенка и погладил ее. Пальцы скользили по липкой от крови и материнской воды в утробе голове. Но мне было плевать. Я держал ее в руках, совсем еще крошечную и мягкую, и плакал. Слезы смывали с лица часть крови убитых мною, но совсем малую. Остальная часть плотно присохла к коже, а в душу просто въелась. Навсегда...

Взглянув на голову ребенка, я заметил, что у него открыты веки. Он смотрел на меня голубыми глазами, такими же голубыми, как у нее. Мне это показалось дико смешным, и я расхохотался. Мой смех эхом разлетелся по ангару. А я все смеялся и смеялся, сидя в луже крови, держа пистолет в одной руке, голову ребенка в другой.

Таким меня и увидели Дэниэл и еще три его парня. Здоровые такие, молчаливые. Привыкшие ко всякому... Но, наверное, такое они видели впервые, потому что когда они зашли, то кто-то удивленно спросил, глядя на меня:

– Что за ...?

Дэниэл быстро подошел ко мне, наступая на трупы, и спросил:

– Что это за резня, Вик?!

Я, глядя на него снизу вверх, прижал к себе голову ребенка и снова рассмеялся. Громко, истерично. Дэниэл молча поднял меня за шиворот и, придерживая так, три раза подряд ударил. Но я стал смеяться только громче. Тогда Дэниэл приказал своим 'мальчикам':

– Прочесать все. Выживших...
– он посмотрел на меня, а я смотрел в застывшие голубые глаза, и у меня зрела мысль...
– добить, - договорил Дэниэл, и потащил меня за шиворот к выходу. Я спотыкался, но брел. Выйдя на относительно чистое место, он толкнул меня к стене и, отойдя от нее, начал ходить взад-вперед, как зверь. Хотя почему как?..