Чтение онлайн

— Но…— начал было растерявшийся Гергис. Мнаситей не дал ему договорить:

— Коня царю Митридату. Живо!

Сопровождать Митридата вызвался Диофант, взяв с собой сына Архелая.

… Митридат гнал коня галопом по вьющейся среди холмов дороге. Ветер трепал его длинные волосы, сорвал с головы диадему, но он даже не заметил этого. Им владело жгучее желание поскорее встретиться с Сузамитрой.

Оба спутника Митридата сильно отстали.

Проскакав около двух парасангов и взлетев на вершину небольшой возвышенности, Митридат остановил взмыленного жеребца.

Перед ним расстилалась зеленая равнина с редкими купами деревьев. На равнине, перегородив дорогу, стояло конное войско. Сверкали шлемы и копья, вздымались над плотными рядами конников военные значки в виде крылатого круга с лучником посередине. Всего не меньше шести тысяч всадников.

Митридат подумал, что если ему удастся возглавить всю эту конницу, тогда с ним поневоле станет считаться Мнаситей и все военачальники пехоты. У него наконец появится реальная власть.

Между тем подъехали Диофант и Архелай. Архелай молча протянул Митридату сорванную ветром диадему.

Митридат, занятый своими мыслями, так же молча водрузил диадему на голову и тронул коня.

Три всадника рысью спустились с холма, приближаясь по дороге к широко развернувшимся конным отрядам, блиставшим на солнце бронзовыми налобниками и нагрудниками коней, медью щитов и панцирей. Оттуда доносился звон уздечек, лошадиные всхрапывания, бряцанье оружия.

Когда расстояние сократилось примерно до трехсот шагов, от конной массы отделился одинокий наездник на буланой длинногривой лошади. Он лихо подскакал к Митридату с поднятой правой рукой.

— Кто вы и куда едете?— громко спросил он, сверля подъехавших настороженным взглядом. Вопрос прозвучал по-персидски.

— Я— Митридат, царь Понта,— прозвучало в ответ тоже по-персидски.— Мне нужно встретиться с Сузамитрой, моим братом и вашим полководцем. Скачи к нему и скажи, что царь Митридат приехал с миром.

Гонец повернул обратно буланую лошадку, не пряча удивления на юном безусом лице.

Митридат видел, как он вздыбил лошадь возле группы всадников в богатом вооружении и ярких плащах, что-то быстро сказал и отъехал в сторону.

После краткого совещания из среды военачальников выехал один на крепкогрудом рыжем жеребце.

— В случае опасности, царь, скачи что есть мочи к нашему стану, а мы постараемся задержать погоню,— предостерег Митридата Диофант.

Митридат кивнул и двинулся навстречу всаднику на рыжем коне. Они остановили коней в двух шагах друг от друга. Военачальник снял с головы шлем с глухим забралом: это был Сузамитра.

— Ты ли это, Митридат? Или твоя тень?— изумленно и радостно воскликнул Сузамитра,— А мы уже оплакали тебя.

— Я жив и очень рад нашей встрече,— улыбнулся Митридат, протянув руку Сузамитре.

Сузамитра стиснул руку Митридата в своих ладонях и долго тряс ее, повторяя в счастливом ошеломлении:

— Надо же, жив!.. Живой, клянусь Митрой!.. Вот Тирибаз обрадуется!

— Где он?— спросил Митридат.

— У тибаренов,— ответил Сузамитра,— собирается мстить за тебя. С той поры как ты угодил в плен, он места себе не находит. Все клянет себя и призывает гнев Ангро-Манью на свою голову. В отряде у него такие головорезы, каких свет не видывал! Тирибаз нарядил их в черные одежды и называет «демонами смерти».— Сузамитра засмеялся.

Засмеялся и Митридат.

— Где Моаферн и Сисина?— продолжал расспрашивать он.

— Не знаю,— пожал плечами Сузамитра.— После той злополучной стычки с отрядом хазарапата пути наши разошлись. Зато Фрада и Артаксар со мной. Мы решили не просто мстить царице Лаодике, но отнять у нее власть над Понтом. Нам и в голову не могло прийти, что Лаодика сохранит тебе жизнь и даже провозгласит царем!

— Так вы слышали о моем воцарении?— оживился Митридат.

— Слышать-то слышали, только думали, что на троне сидит твой младший брат. Поэтому мне и удалось склонить на свою сторону царскую конницу.

— Тебя, кажется, решили провозгласить царем,— хитро прищурился Митридат.— Как царство делить будем, брат?

— О чем ты говоришь!— смутился Сузамитра.— Поскольку ты жив и уже в диадеме, вся персидская знать с радостью присягнет тебе как законному правителю. И я в том числе.

Растроганный Митридат, не слезая с коня, обнял Сузамитру. Когда Митридат привел за собой несколько тысяч всадников, готовых подчиняться только ему, когда усмиренные одним его появлением Сузамитра и другие царские родичи появились вместе с ним в лагере, Мнаситей от досады ни за что обругал Диофанта и передал командование фалангой другому военачальнику.

С опасением поглядывал на такое усиление Митридата и Багофан. Среди воинов Сузамитры было немало тех, за которыми безуспешно гонялся воинственный хазарапат, чтобы лишить их жизни. Теперь эти отчаянные сорвиголовы злорадно поглядывали в сторону Багофана.

— Не пойму, почему Сузамитра не разделался с Митридатом?— втихомолку говорил Багофану Мнаситей.— Он мог бы стать первым, а стал вторым! Или впрямь он так предан Митридату?

— Что же теперь делать?— вздыхал Багофан.

— Улыбаться и делать вид, что мы рады этому,— проворчал македонец.— Похоже, этот Воху-Мана заодно с Митридатом.

Гергис в отличие от Мнаситея и Багофана был доволен тем, что все обошлось без крови.

Именно Гергис сумел убедить Сузамитру и его сторонников не ходить вместе с Митридатом в Синопу, но вернуться в Амасию и созвать туда всех тех, кто, подобно неуемному Тирибазу, продолжает готовиться к войне с царицей Лаодикой.

— Пускай из твоих уст Тирибаз и те, кто придет вместе с ним, узнают, что тот, кого они считали мертвым, жив и царствует,— говорил Сузамитре сладкоголосый гаушака.— Скажи им, что царь Митридат назначил тебя аспаэштаром и что царская конница, как и прежде, будет размещаться в долине Хилиокомон. Скажи также, что тебе позволено царем Митридатом набирать в царскую конницу всех желающих, имеющих коня. При тебе неотлучно будут находиться царский писец, который станет составлять списки вновь набранных воинов, и глашатай. Осенью, как обычно, состоится смотр конных отрядов близ Амасии, куда прибудет царь Митридат, дабы убедиться в твоем умении начальствовать и в боеспособности новых воинов, ставших под царские знамена.

Сузамитре выдали трех знатных заложниц. После чего два войска двинулись в разные стороны по одной дороге: конница — к Амасии, пехота— к Синопе.

На обратном пути Мнаситей в присутствии Багофана стал сердито выговаривать Гергису, уловив момент, когда Митридата не было рядом:

— Зачем ты отговорил Сузамитру ехать в Синопу? Кто тянул тебя за язык! В Синопе Сузамитра и все его приспешники были бы

у нас в руках. Из-за тебя, болтуна и тупицы, Сузамитра обрел надежное пристанище, ему подчинена царская конница, к нему под крыло вот-вот стекутся все недовольные царицей. Из людей вне закона это отребье превратится в грозную силу, на которую при случае сможет опереться Сузамитра. По твоей вине этот человек сделался опасен вдвойне!