Чтение онлайн

— Как ты не понимаешь,— возмутился Митридат,— ведь тебе придется как-то смотреть в глаза своим дочерям. Думаешь, они одобрят твой поступок?

Лаодика беспечно махнула рукой, промолвив:

— Что мне их мнение!.. Все они скоро повыходят замуж и покинут меня. Антиохе я уже подыскала жениха, приглядела кое-кого и для Статиры.

Сердце Митридата замерло в груди.

— Зачем торопиться с этим!— растерянно пробормотал он.— Я разговаривал со Статирой, она не рвется замуж. И Антиоха тоже.

— В их годы самое время думать о замужестве,— сказала Лаодика с непреклонными нотками в голосе,— без супружеского ложа юные девицы быстро отцветают.

Митридат в тот же день передал Антиохе услышанное от матери. Антиоха не скрывала своей озабоченности и недовольства.

— Только этого мне не хватало! Интересно, на ком остановила свой выбор моя обожаемая мать?

— Она не назвала мне имя жениха, ни откуда он родом, как я ни просил ее,— сказал Митридат.

— Тебе придется постараться, дорогой брат, и вызнать все о моем предполагаемом суженом,— заявила Антиоха.— От этого зависит наше с тобой будущее!

Антиоха с улыбкой сообщницы поцеловала Митридата в щеку. Она поведала ему также, что мать последнее время перестала откровенничать с нею, как-то странно отдалилась от нее без упреков и объяснений.

— Впрочем,— добавила Антиоха,— и я таю от нее, что испытываю страсть к старшему брату. Мы обе увлечены тобой, Митридат, и нас обоих гложет ревность. Чем это кончится— не знаю, но вряд ли чем-то хорошим.

Митридату не понравилось мрачное настроение сестры и он постарался утешить ее как мог.

Он хотел также зайти к Статире. Но Антиоха отговорила его, сказав, что сама расскажет ей обо всем.

— Это поможет мне влезть в доверие к Статире,— призналась она.

В течение последующих нескольких дней Митридат всячески старался вызнать у матери, за кого она решила выдать замуж Антиоху. Он подкреплял свое упрямое любопытство тем, будто его беспокоит, достаточно ли знатен человек, избранный матерью в мужья Антиохе, не враждовал ли он или его родственники с Понтийским царством. Да и хорош ли он внешне— ведь Антиоха такая красавица!

— Можно подумать, ты сам наметил Антиоху себе в жены и не хочешь ее никому уступать,— с небрежным смешком промолвила как-то царица.

Она не заметила смущение сына, того, как он поспешно отвел глаза только потому, что к ней в этот момент подступил Дионисий с какими-то счетами и расписками. Это заставило Лаодику удалиться вместе с Дионисием туда, где обычно разбирались подобные дела и куда царица так не любила наведываться.

Тогда Митридат отважился на последнее, как он полагал, самое верное средство разузнать все у матери на ложе любви. В одну из ночей сын вновь проник в материнскую спальню.

— Обними же меня, дорогой, любимый… Обними крепче, как умеешь только ты один. Пойми, мы должны предаваться любви не так, как все прочие, а с куда с большей страстью, раз уж мы зашли так далеко!— шептала Лаодика, отдаваясь сыну на широкой постели за кисейной занавеской.

Из сада доносился смех рабынь; стрекотали в ночи цикады; шелест листвы, колыхаемой ветром, напоминал шум набегающих морских волн.

Царице казалось, что давно ушедшая юность вдруг вернулась к ней под покровом темноты, что она снова в милой ее сердцу Селевкии, в отцовском дворце. И рядом с ней прекрасноволосый Агамед-родосец, ее первая любовь. Ей хотелось думать, будто одна из ее глупых записок наконец-то тронула сердце красивого педагога и соединила его с ней на этом ложе.

Царица почти верила в реальность воссозданной мечты, утопая в водовороте блаженства, видя склоненное над собой юношеское лицо с гордым носом и властными губами в обрамлении густых кудрей.

Любовникам было жарко, их сплетенные в тесном объятии тела стали влажными от пота.

В сладостном порыве, не помня себя, Лаодика прижала к себе сына и покрыла его лицо поцелуями. Счастливые слезы стекали у нее по щекам.

— Мой Агамед!— исступленно шептала царица.— О мой любимый Агамед! Наконец-то ты со мной!

Митридат был удивлен, услышав это мужское имя. Он решил, что мать опять сравнивает его с каким-то эпическим героем.

Пока они лежали, отдыхая от ласк, Митридат размышлял о том, как лучше в отвлеченной беседе незаметно перевести разговор на Антиоху и ее жениха. Но сначала надо начать эту беседу. И Митридат уже открыл было рот, но мать опередила его.

— Я знаю, мой любимый, как нам избавиться от слухов и кривотолков,— сказала царица, положив голову сыну на грудь.— Нам нужно узаконить наши отношения.

— То есть как узаконить?— не сразу понял Митридат, занятый своими мыслями.

— Мы должны стать законными мужем и женой,— пояснила Лаодика,— тогда нам не придется скрываться, стыдиться и прятать таза. Представляешь, как хорошо нам будет!

Митридат от изумления не сразу нашелся, что сказать.

Это невозможно!— воскликнул он, сев на постели и отстранив руки матери, хотевшей его обнять.— Это дико!.. Это чудовищно!.. Как такое тебе могло прийти в голову!

— Разве нам плохо вдвоем, Митридат?— спрашивала Лаодика, умоляюще сложив руки.— Разве ты не любишь меня? Не жаждешь как женщину?..

— Страсть— это одно, а брак— совсем другое,— говорил Митридат, подкрепляя свои слова возмущенными жестами.— Я твой сын, пойми же это! Ни один человек в Синопе не одобрит подобного брачного союза, клянусь чем угодно! Более того, нас будут осуждать за это на каждом углу, в каждом доме.

— Я знаю, как утихомирить страсти,— спокойно возразила Лаодика, поглаживая бедро Митридата, словно стараясь этим его успокоить.— Я скажу, что ты не сын мне, что мой настоящий сын был убит Багофаном два года тому назад. Тем более, что многие видели голову того несчастного, привезенную хазарапатом, и ни у кого тогда не возникло подозрения, что это не ты— такое было сходство. Мне нетрудно будет доказать все это. Конечно, с твоей помощью, Митридат.

Сын молчал, взирая на мать. Услышанное не укладывалось у него в голове.

— Ты по-прежнему останешься царем, и имя у тебя будет то же самое,— шептала Лаодика, переплетая свои ноги с ногами Митридата и страстно прикасаясь к нему.— Из меня получится прекрасная любящая жена, вот увидишь, мой дорогой. Наше счастье будет зависеть лишь от нас двоих. И кто знает, может, я рожу от тебя ребенка, сына или дочь. Признаться, мне очень хочется этого. Все, что я хочу,— это засыпать и просыпаться счастливой.