Чтение онлайн

Я отметил Габа в своих записях. Пусть остаётся как пример, на который остальным неплохо бы оглядываться порой. Идеальный воин Пурпурной армии, хотя такие не всегда становятся идеальными Гражданами. Слишком уж заточены под войну, неспособные приносить пользу Городу каким-либо другим способом.

Я оставался в тени, пока стрельбище не опустело. Желая сохранять незаметность, скользнул за последним инструктором так, что никто бы никогда не отметил, что я вообще здесь появлялся. По громкой связи объявили обед, линии загорелись на полу. Свою порцию я забрал к себе в коморку, желая побыть наедине с пищей. БЖУ постепенно утрачивала свои мерзкие нотки, превращаясь в ту самую привычную еду, которая позволяет не думать, что ты ешь и в каком количестве. Всё посчитали за меня, и это отлично.

Поднос оставил пока на столике, решив отдохнуть. Волна усталости была ожидаемой, но всё-таки слишком огромной, чтоб заставлять себя сию секунду присоединяться к инструктажу и показательной тренировке перед отбоем. Я листал досье новобранцев, выискивая самых слабых. То ли Троебожие приложило руку, то ли Совет и впрямь научился воспитывать новые поколения, однако все без исключения новобранцы уже успешно могли пройти итоговую аттестацию. Хоть завтра получай официальное звание рядового и вперёд на фронт. Я пометил Рэфа и Габа, как основных претендентов на главных помощников главнокомандующего. Думаю, ребята справятся, если позволить им руководить небольшими батальонами. За лучшими потянутся в любом случае.

Заполнив большую часть формы отчёта, я со спокойной совестью двинулся к площадке. Просветитель должен был прибыть, и лишь это вызывало во мне тревогу. Контролируемую, только неприятно всё равно. База «Вар» сконцентрировалась на прежнем месте, меня на трибунах заменил крайне высокий худой мужчина. Судя по его бороде, на кончике заплетённой в кольцо, это представитель Троебожия. Длинная мантия ближе к ногам превращалась в подобие военного кителя, а сапоги, заканчивающиеся у коленей, блестели ярче Солнца. Пурпурный знак армии имел дополнительную нашивку культа. Это значит, что нас посетил не обычный Просветитель, а Проповедник, имеющий расширенный список полномочий по отношению к абсолютно любому слою общества. С Первого ты яруса или последнего — все одинаково равны перед таким. Вот теперь самое время следить за каждой ниточкой своей мысли или лучше вообще молчать. Пусть говорит сам.

А он так же сохранял словесную тишину. Изучал всех своим механическим глазом, врезанным в голову словно ожившая икона Троебожия. Внутри аналог аппаратуры Сканировщиков. Имплантат, постоянно проверяющий твоё состояние и крайне условную склонность к отречению от веры. Грубо говоря — датчик Еретика. Никто из собравшихся на базе, даже самый высокопоставленный главнокомандующий, не знает, как это работает, поэтому неописуемый ужас вселяется автоматически и не отпускает, пока Просветитель не закончит со своим проникновением в твою душу. С благословения Троебожия, конечно, ага… лучше б я остался в своей комнате.

— Приветствую вас, сыны веры. — Голос Просветителя раздавался на всю базу и без микрофонов, усиленный вживлённой в связки сетью микроскопических рупоров. Где бы ни был, ты всегда услышишь Просветителя. — Я к вам прибыл, чтоб одарить каждого новобранца благодатью Троебожия.

Обязательная процедура. Помню, и я такую прошёл. Разница лишь в том, что когда-то я верил культу, сейчас же вижу в этом издевательство. Словно это оскорбление — напирать на наивность нового призыва. Сказать это конечно не смогу, да и лучше рот прикрыть ладонями на всякий случай.

— Подходите группами и вставайте кругом рядом с кафедрой, — Просветитель подзывал к себе юношей, боящихся делать первые шаги навстречу к нему. Слишком уж сильно он вызывал животный ужас, необъяснимый человеческому разуму. Так не должен выглядеть человек, так не должен звучать человек, так он не должен себя вести. Пугает его отчуждённость от мира людей, он словно застрял между нами и Троебожием. Переходное состояние, вообще не должное существовать. — Примите благословление и начинайте тренировки! От вашей силы духа и тела зависит будущее общества Плутона. Не подведите Совет и своих создателей — Троебожие.

Подрагивающие от страха парни принимали благословение. Так Просветители называют омовение Пурпурной подкрашенной водой. Точно не знаю, что там, но пахнет как алкоголь. Лишь бы ребята не додумались его слизывать и глотать по наитию.

Как только приняли жидкость, так сразу отправились на плановую вечернюю тренировку. Я вкруг обошёл столпившихся новобранцев и встал чуть поодаль, лишь бы ни Просветитель, ни главнокомандующий не нашли меня. Если б не обязанность сегодня дополнять отчёт, я б так и остался в каморке. Вынужден прятаться, ощущая себя предателем, хоть и ничего дурного не сделал.

Новобранцы приступили к самым простым упражнениям. Система Таб тут проглядывалась очень вскользь. На сегодня я решил не мучать бедный молодняк и позволил заниматься как угодно, тем более инструкторы всё равно не позволят лениться или делать что-то откровенно глупое и бесполезное. Ощутив минутку спокойствия ввиду передачи вообще всех полномочий другим, я открыл НОТ-СОУ-СМАРТ. Как оказалось, канал с Пим пустует, если не считать последних сообщений днём. Написать бы ей ещё что-нибудь, только не представляю, что будет уместным. А отвлекать по пустякам видится пустой затеей. Я так и закрыл чат, не придумав ничего толкового.

Хотел было двинуться поближе к площадке, чтоб принять участие в руководстве тренировки, как сзади ко мне приблизился силуэт. Не вижу его тени, практически не слышу шагов пусть и худого, но массивного человека. Напичканный металлом и высокий — любой Просветитель будет весить как два обычных рядовых. У меня сердце сжалось, в паху всё похолодело, я машинально сдвинул ноги крестом. На плечо легла сухая рука, пальцами доставшая до ключицы. Я тут же обернулся, ощутив себя уязвимым как никогда.

Лицо Просветителя не выражало эмоций, лишь его механический глаз елозил по моей коже, проникая глубоко и далее прошибая насквозь. Мои мысли теперь каким-то образом оказались в его голове, а ведь уровень веры в Совет и без того не был особо высоким. Я больше доверяю тем, кто не так давно только заступил на службу, нежели верхушке власти, слишком оторванной от таких, как я.

— Здравствуйте, — начал Просветитель, — как ваше имя?

— Нис.

Я ответил сразу, отогнав чувство страха. Как бы ни было засушено горло, необходимо незамедлительно сообщать своё имя старшим по чину или статусу в обществе.

— Я знаю, кто вы и почему вы здесь.

Его ебучая пауза превратила меня в подростка, который ждёт не дождётся результатов экзамена перед поступлением в Академию. Будущее решается на твоих глазах, а результат будет позже. Что требуется судьбе от меня, чего желает от меня общество, что видит во мне Совет? Что такого разглядел в моём взгляде этот Просветитель?

— Советую вам обучить этих молодых людей в должной мере. Троебожие тому свидетель, — он наклонился, скрипя как старые двери запылённого транспорта. — Ваш грех ещё не искуплен, и не советую оставаться в долгу у Совета.