Чтение онлайн

— Все… все в порядке? — спросила Гертруда.

— В порядке — насколько это возможно, — ответил Хэлси с натянутой веселостью.

Я зажгла свечу в гостиной, и мы прошли туда. Всего полчаса назад я сидела там с мистером Джемисоном и слушала, как он открыто обвиняет Гертруду и Хэлси по меньшей мере в том, что они знали об убийстве Арнольда Армстронга. Теперь настала очередь говорить Хэлси, и мне предстояло получить ответы на все вопросы.

— Я узнал все только сегодня из вечерних газет, — сказал Хэлси. — Меня как обухом по голове ударило: в доме, полном женщин, произошло такое!

Лицо Гертруды оставалось напряженным и бледным.

— Это еще не все, Хэлси, — сказала она. — Вы с… Джеком покинули дом буквально за несколько минут до убийства. Следователь думает, что вам… что нам… что-то известно о преступлении.

— Какого дьявола! — у Хэлси глаза самым натуральным образом полезли на лоб. — Ох, извини, тетя Рэй, но… но парень просто не в своем уме!

— Расскажи мне все, пожалуйста, — взмолилась я. — Куда ты поехал той ночью, или, вернее, тем утром? И почему ты уехал так поспешно? Мы все провели ужасные сорок восемь часов.

Хэлси, уставившись на меня, похоже, начинал постепенно осознавать ужас ситуации.

— Я не могу сказать тебе, куда я поехал, тетя Рэй, — спустя несколько мгновений проговорил он. — А почему я уехал, ты скоро узнаешь. Но Гертруда знает, что мы с Джеком покинули дом до… этого ужасного убийства.

— Мистер Джемисон не верит Мне, — печально вздохнула Гертруда. — Хэлси, если случится худшее, если они арестуют тебя, ты… ты должен все рассказать.

— Я никому ничего не собираюсь рассказывать, — в голосе Хэлси звучали новые для меня металлические нотки. — Тетя Рэй, нам с Джеком совершенно необходимо было уехать той ночью. Я не могу сказать тебе, почему; сейчас не могу. Что же до того, куда мы отправились, то этого я не скажу даже если меня поставят перед необходимостью доказать свое алиби. И вообще, это нелепое обвинение просто нельзя принимать всерьез.

— А мистер Бэйли вернулся в город? — спросила я. — Или в клуб?

— Ни первое, ни второе. — И вызывающим тоном: — В настоящий момент я вообще не знаю, где он находится.

— Хэлси! — Я подалась вперед и серьезно спросила: — У тебя есть хоть малейшее подозрение по поводу того, кто убил мистера Арнольда? Полицейские считают, что Армстронга впустил в дом кто-то из домашних и что его застрелил человек, который стоял на ступеньках лестницы.

— Я ничего не знаю, — упрямо сказал Хэлси. Но мне показалось, что он бросил вдруг какой-то странный взгляд на Гертруду, словно некая мысль вспыхнула в его сознании и тут же погасла.

Как можно спокойнее я рассказала ему все по порядку, начиная от первой ночи, проведенной с Лидди в особняке, и кончая встречей Рози с незнакомцем на аллее. Корзинка — немая свидетельница таинственного происшествия — по-прежнему стояла на столе.

— И еще одно, Хэлси, — сказал я под конец, — я не говорила об этом Гертруде, но на следующее утро после преступления я нашла на клумбе с тюльпанами револьвер… Твой револьвер, Хэлси.

Некоторое время — и довольно продолжительное — Хэлси непонимающе смотрел на меня. Потом обернулся к Гертруде.

— Мой револьвер, Труда! — воскликнул он. — Но ведь Джек Бэйли взял его с собой, не так ли?

— О, ради всего святого, не говори этого! — взмолилась я. — Иначе следователь решит, что Джек Бэйли вернулся назад и… и тогда все и случилось.

— Но он не возвращался назад, — жестко сказал Хэлси. — Гертруда, когда ты пошла наверх за револьвером для Джона Бэйли, какой револьвер ты принесла? Мой?

Теперь вызывающим тоном заговорила Гертруда.

— Нет. Твой был заряжен, и я побоялась, что Джек… что-нибудь сделает. Я дала ему свой, незаряженный.

Хэлси в отчаянии вскинул руки.

— Ох уж эти женщины! Почему, ну, почему ты не сделала то, о чем я тебя просил? Ты дала Бэйли в дорогу незаряженный револьвер, а мой выбросила на клумбу с тюльпанами, как будто для него нет других мест. Мой револьвер тридцать восьмого калибра. Экспертиза наверняка покажет, что Арнольд убит пулей тридцать восьмого калибра. И где же тогда окажусь я?

— Ты забываешь, — резко вмешалась я, — что револьвер находится у меня и никто не знает об этом.

Но Гертруда вдруг раздраженно вскочила на ноги.

— Это просто невыносимо! Всегда во всем виновата я, — воскликнула она. — Хэлси, я не выбрасывала твой револьвер на клумбу. Я… я думала, это сделал ты!

Они уставились друг на друга через большой стол настороженно и подозрительно. Потом Гертруда протянула руки к брату.

— Мы не должны… — произнесла она прерывающимся голосом. — Теперь, когда столько поставлено на карту, это… это постыдно. Конечно, ты ничего не знаешь, как и я. Заставь меня поверить в это, Хэлси.

Хэлси успокоил ее, как мог, и добрые отношения были восстановлены. Но долго еще после того, как все отправились спать, мальчик сидел один в гостиной и размышлял над делом, каким оно виделось ему. Некоторые обстоятельства, загадочные для меня, для него загадки не представляли. Он, как и Гертруда, знал, почему им с Бэйли пришлось уехать в ту ночь. И знал, где они провели последние сорок восемь часов, знал, почему Джон Бэйли не вернулся в Саннисайд. Казалось, без полного доверия детей (для меня они всегда останутся детьми) мне никогда ничего не удастся понять в этой истории.

Когда я наконец собралась укладываться в постель, Хэлси поднялся наверх и постучал в дверь моей спальни. Я надела пеньюар, который до возвращения Гертруды из пансиона называла капотом, и впустила мальчика. Некоторое время он стоял неподвижно в дверях, а потом забился в судорогах беззвучного веселья. Я опустилась на край кровати и в суровом молчании ожидала конца несвоевременного приступа. Спустя довольно продолжительное время Хэлси отдышался, взял меня за локоть и подтащил к зеркалу.

— «Как быть красивой»! — с выражением процитировал он. — Советы женщинам и девушкам Беатрис Фэйрорекс!

Только тогда я увидела себя. Я забыла снять с лица косметическую маску от морщин, и, признаю, вид у меня был несколько странный. По моему твердому убеждению, женщина обязана следить за своей внешностью, но это все равно что лукавить по необходимости — то есть никто никогда не должен узнать правды. К тому времени как я привела лицо в порядок, Хэлси снова стал серьезен.

— Тетя Рэй, — начал он, раздавливая дымящийся окурок о мою расческу из слоновой кости, — мне бы очень хотелось все рассказать тебе, но я не смогу, этого сделать… еще день-два по крайней мере. Но одну вещь я давно должен был сказать тебе, тогда бы ты ни на минуту не заподозрила меня в причастности к убийству Арнольда Армстронга. Одному богу известно, что я мог бы сотворить с подобным человеком при обычных обстоятельствах, будь у меня пистолет в руке и достаточно оснований для раздражения. Но… мне глубоко небезразлична Луиза Армстронг, тетя Рэй. И я надеюсь жениться на ней. Разве стал бы я убивать ее брата?

— Ее сводного брата, — поправила я. — Конечно, нет. Но почему ты ничего не сказал мне об этом, Хэлси?

— По двум причинам, — медленно проговорил он. — Во-первых, ты уже присмотрела девушку для меня…

— Чепуха! — прервала я его, чувствуя, как заливаюсь краской. — Ну, положим, одна из… но это совершенно неважно.

— А во-вторых, — продолжал Хэлси, — Армстронги и знать меня не пожелают.

— Армстронги! — презрительно повторила я. — Старый Питер Армстронг гонял дилижанс через перевал, когда твой дедушка был губернатором…