Чтение онлайн

7. ВЕСНА 1965 ГОДА.

Вечеринка студентов в квартире Эммы. Нарядная, весёлая хозяйка. Её друзья – студенты филфака. Среди них смуглый красивый юноша – кубинец. Застолье. Пьют вино, произносят тосты по-испански. Смеются. Зоя несколько отчуждённо наблюдает за компанией. Они – как бы из другого мира. Начинаются танцы. Кубинец приглашает Зою, они танцуют. Музыка «бэ саме муча».

Хосе говорит на ломанном русском: Ты понимаешь слова? Они означают: «целуй, целуй меня крепче».

Страстно прижимает Зою к себе. Зоя отталкивает его, но остается в его крепких объятиях. Они продолжают танец. Он проводит по её груди и со страстью целует её в губы. Зоя отрывает губы и смеётся от неожиданности.

Хосе. Ты красивая, но очень дикая. Почему?

Зоя. У нас не принято целоваться при первой встрече.

Хосе. Мы будем встречаться с тобой, и ты будешь моей девушкой. Ты мне очень нравишься.

Зоя. У меня уже есть друг.

Хосе. А ты его любишь?

Зоя. Нет. Мы просто друзья.

Хосе. И ты ещё никого не любила? Зоя отрицательно качает головой. Хосе. Я тебя буду любить, и ты узнаешь, как это прекрасно. Любовь – это лучшее, что есть на свете.

Танец кончается. Застолье продолжается. Пьют вино: за Кубу, за Фиделя Кастро.

8. ТА ЖЕ КОМНАТА.

Гости разошлись. Эмма и Зоя убирают со стола.

Эмма. Ну, как тебе Хосе? Кажется, он в тебя влюбился.

Зоя. Да, он очень красив. И такой страстный! У меня даже голова закружилась от его поцелуев! Но он же иностранец!

Эмма. Подумаешь, кубинец! Правда, и на Кубе побывать не плохо. Но в Европе лучше. Моя маман объездила полсвета. Ты же знаешь, какая там жизнь, не то, что у нас.

Зоя. А в чём разница?

Эмма. А ты не видишь? Посмотри, во что ты одета и во что – я! Вот и разница! И не только в этом. Там – свобода! А у нас – тюрьма! Да ты ничего не знаешь! Кроме «морального кодекса строителя коммунизма» и то, что твой папаша тебе талдычит о своей партии – нашем «рулевом» в этот волшебный коммунистический рай.

Зоя. Разве мы – не свободны? Учимся в Университете, мечтаем…

Эмма. Уж ты мечтаешь! Знаю – хочешь совершить открытие, осчастливить всё человечество! А я мечтаю о том, чтобы ездить, куда хочу, одеваться, во что хочу, а не в то, что у нас продают. Поднимает юбку Зои и смеётся над её трико чуть ли не до колен. В комнату входит «маман» – в чудном нейлоновом халате, волосы завиты в модную причёску.

Зоя. Тётя Аля! Вы – как фея!

Целует её.

«Маман»: Девочки, пора спать!

Эмма. Мама, расскажи этой мечтательнице, как там за границей

Маман. Там хорошо, но об этом лучше не болтать. Поняли?

Она многозначительно подняла палец.

Эмма. А то что – посадят? Вышлют как Солженицина? Надо ей «Гулаг» почитать, мне недавно дали.

Показывает книгу «самиздат».

Маман. Вот уж не думала, что у меня дочь вырастит в диссидентку. Родители коммунисты, мать директор школы, отец… -

Эмма. А отца твоего, сельского учителя, расстреляли в 37 году! Да и твоего деда – тоже, дорогая моя Зоенька. Весёлая страна, ничего не скажешь!

Маман. Всё, закончили разговоры! Спать!

9. КОМНАТА ЗОИ.

Она читает книгу. Потом берёт тетрадь – это её дневник. Что-то записывает. Отрывается от тетради, задумалась, лицо грустное. Подходит к пианино, играет «Разлуку» Глинки. Затем наигрывает мелодию, тихонько напевает.

Захлопывает крышку пианино, встаёт. В комнату входит отец. Строгий чёрный костюм, галстук.

Отец. Что тут такое, что за шум?

Зоя. Папа, ты уже пришёл? Так рано? Мамы ещё нет. Ужинать будешь?

Отец. Зоя, мне надо с тобой серьёзно поговорить.

Зоя. Что-то случилось?

Отец. Было совещание в райкоме. Твоя любимая тётя Аля рассказала о вашей вечеринке. Я тебе запрещаю ходить на эти сборища! Ты поняла меня?

Зоя. Нет, не поняла, объясни, пожалуйста!

Отец. Эта публика не для тебя. Филфак! Это же сплошное диссидентство и разврат! Ты знаешь, на какой я работе, и любая тень, в виде твоих связей с этой компанией, да ещё с иностранцами, может поставить точку, а, может, и кляксу, на моей карьере. Чтобы больше этого не было.

Зоя. А почему Эмме можно?

Отец. У Эммы есть прикрытие, а у нас его нет.

Зоя. Прикрытие – это её отец, то, что он – особист или как это называется?

Отец. И об этом нужно помалкивать. А это что за книга? «Гулаг»? Откуда? Понятно. Больше ты её не увидишь. Забирает книгу.

Зоя. Папа! Ну почему? Ведь уже и так всё известно! В школе мы проходили «Ивана Денисыча». Почему же это нельзя?

Отец. Теперь уже нельзя.

Зоя. Что, оттепель прошла? Как же после этого жить? Где правда, где справедливость?

Отец. Правда – честно трудиться и выполнять свой долг. И гордиться своей страной – самой справедливой в мире. Зоя. И ты в это веришь?

Отец. Я верю и всё для этого делаю.

Зоя. Веришь, что наступит коммунизм, как нас учили в школе?

Отец. Да, я в это верю. Коммунизм – это наша цель и моя мечта. И это сбудется, если нам не будут мешать вроде тех, с кем ты так дружишь.

Зоя. Ты запрещаешь мне дружить с Эммой? Ведь её родители – самые близкие ваши с мамой друзья!

Отец. Дружи, но будь осторожна. И никаких связей с иностранцами.