Виражи Судьбы
Шрифт:
Девушка замерла и даже зажмурилась: она помнила этот старинный яхонт в «объятиях» платиновой русалки, который актер «откопал» в каком-то антикварном лондонском салоне.
— Все — окольцована! Не трепыхайся, — поцеловал Сторм ее ладонь.
Она помолчала, сквозь ресницы разглядывая действительно интересное, «говорящее» украшение. Ведь все и началось с того самого русалочьего образа, который слепил из нее Мэтр…
— Санта, ты в курсе, что я православная?
— Детка, ты это к чему?
Как моментально появились эти его «детка», «милая», «малыш», «соня»…
Они сыпались из него, как из рога изобилия, словно парень долго их копил, а теперь дождался момента.
— Я должна носить его на правой руке. И объявить о помолвке.
— А я — атеист. И швед.
— Что это значит? Придется носить, как надел? И помолвки не будет?
— Точно. Вместо помолвки мы просто зарегистрируем в мэрии брак.
— Что? — подпрыгнула Марина.
— Спокойно… дорогая, — Алекс выдернул из-под нее одеяло и накрыл их обоих, обнимая девушку и не давая опомниться. — К чему полумеры?
Он с явным удовольствием сгреб в ладонь серебристые пряди и стал медленно наматывать на кулак, щуря свои драконьи глаза и приговаривая:
— И ты не православная, Марина Краузе… Ты — ведьма Бельтайн, зачаровавшая меня майской ночью! Уже больше года ты меня мучаешь, и за это я сейчас стану мучить тебя!
— Я? Мучаю? И неужели уже почти год…
Да, он собирался замучить Хэлл так, чтобы хоть на какое-то время она перестала соображать. Иначе она непременно докопается до условий договора и поймет, что все, кому она так доверяла, купили ее и продали, сделав ее уникальность постоянным источником дохода и пиара!
Правда, в том числе и ее дохода…
Но теперь Сторм отлично знал, какова будет ее реакция.
Он не питал иллюзий, понимая, что рано или поздно эправда выплывет наружу, и это все равно произойдет. Но он надеялся — очень надеялся! — что случится это как можно позже. Что у него будет время исправить хоть что-то…
Ну, например, познакомить Марину с грэн и мамой — дома, в Швеции…
Начать работу с ней на съемочной площадке «Немо», погрузив ее в образ беззаветно любящей и все прощающей верной женщины…
А еще, возможно, объяснить, почему пошел на все условия этого креативного поганца — их общего Пигмалиона…
Эпизод 61
Когда голова теряет способность соображать от чувств,
ничто не мешает окружающим садиться вам на шею.
Я отзвонила, как и обещала. Разговор был деловым и кратким.
— Добрый день, миссис Кеннеди! Это…
— Я узнала. Привет, детка. Сегодня в три дня у тебя прослушивание. Условия и адрес узнаешь у моего секретаря — я тебя сейчас переключу. Удачи!
Вот так. Кетлин нисколько не сомневалась, что я соглашусь.
Секретарь протараторила адрес, телефон и потребовала принести портфолио.
Щаззз. Четырех стандартных фото хватит. А не хватит — я не рвусь…
Ночные откровения с Алексом подействовали на меня как-то странно: я чувствовала себя не обрученной, а просто несвободной.
И начала дергаться.
Страшно хотелось разделаться со всеми встречами, запереться в кабинете и написать страниц десять хотя бы… Из-за этой личной жизни все мои дела застопорилось, а любимое занятие вообще осталось на задворках!
Смартфон залился «I Can get You under My skin» — я вздрогнула.
Я никак не могла привыкнуть, что теперь вместо ника «Санта» и нежной рождественской песенки в памяти моего мобильника официально числится АСторм, тревожащий меня хриплым баритоном Синатры.
«Так мне больше нравится. Ты не против?» — объявил утром мой нареченный, демонстрируя внесенные в девайс изменения.
В его интонациях не было вопроса, поэтому я решила не усугублять и промолчала, делая вид, что не совсем проснулась.
А еще так было удобнее его разглядывать — это было интересно.
Алекс собирался на встречу — какой-то весь вдохновенно-светящийся. В нем было столько удовлетворения и радости, что хотелось выпрыгнуть из кровати и заставить его остаться.
А потом целый день хулиганить, болтаться по дальним пляжам и гонять на Кавасаки…
Однако, я также отметила, что информировать меня о своих планах он не собирался.
Я взяла трубку и выпалила:
— Настоящий американский мужчина приносит невесте кофе в постель!
— А настоящий швед сделает это только в том случае, если невеста с вечера напекла вафель, — хохоча откликнулся он. — Впрочем, если ты еще не выбралась с нашего королевского ложа, я готов вернуться и исправить свое упущение!
— По части кофе? — «плотоядным» контральто промурлыкала я.
В трубке раздалось низкое хриплое урчание, затем, явно сдерживая смех, Сторм произнес, запинаясь:
— Н-неа. По части секса.
— А что — были упущения? — «удивилась» я, любуясь перстнем и своим стертыми коленками.
— Все! Я еду, — проговорил он сквозь смех.
Искушение было велико, но… нет — кастинг! Час икс был уже объявлен.
— Прости, Лекс, — ответила я своим обычным «деловым» голосом. — Меня ждут у Финчера.
— О. А где и во сколько? — и тон, и голос сказали мне, что Сторм понял без уточнений.
— В три, в офисе «Немо».
— Могу подбросить — хочешь?
— Хочу, но…
— Ладно, не дергайся, — понимающе хмыкнул он. — Знаю, что ты везде и все — сама. Но потом — пообедаем где-нибудь вместе?
— Давай, Только место выбирай сам. Ты же знаешь — я не обедаю в городе, и не знаю, где хорошо кормят.
— Придется начать, если будешь сниматься, — каким-то совершенно незнакомым тоном откликнулся Сторм. — Ну, хорошо, буду ждать твоего звонка.
Он отключился, а я выбралась из шелковых простыней и нагишом отправилась в ванную, где встала перед зеркалом, придирчиво разглядывая свое отражение.