Чтение онлайн

– Я связался с режиссером Мартеном, – сменил тему Духон. – Правда, вынужден вас разочаровать. К вашей задаче дизайнерские решения его студии не имеют никакого отношения.

– Жаль, – равнодушно сказал Виктор. – Впрочем, это уже не имеет значения. Мне удалось до всего дойти собственной головой. Кстати, я что-то сразу не сообразил, при чем тут цензура? Или вы так «удачно» пошутили? – Последняя фраза была обращена непосредственно Мацкевичу.

– Никаких шуток. Вы, товарищ, не забыли, где работаете? Или в вашем ОИЯИ нет первого отдела? – с несвойственной ему жесткостью вместо ответа спросил Мацкевич. – А вдруг писатели раскроют нечто, имеющее государственную важность? Вы-то сами, надеюсь, человек опытный, лишнего не сболтнете, а писатели?! Тут глаз и глаз нужен.

До Широкова наконец дошло, кто приехал вместе с Духоном. Как же он сразу не догадался?

– А, понимаю. Вы оттуда? – спросил он охрипшим голосом. Только этого еще не хватало на его голову.

– Не знаю, уважаемый, о чем вы подумали и что нафантазировали, но, заметьте, удостоверение я вам не предъявлял. Поэтому настаиваю, что выступаю здесь в качестве консультанта весьма достойных, уважаемых людей. Добавлю, проверенных людей, имеющих даже правительственные награды. И не надо волноваться. Мешать вам никто не собирается. Вы вольны заниматься любыми видами творчества. Это вам гарантировано Конституцией.

«Знакомая терминология у этого гэбэшника, – слушая Мацкевича, думал Широков. – Мягко стелет. Все эти словечки он еще помнит. Жизнь изменилась, а «словечки» остались. А может, вернулись? Или вообще никуда не исчезали? Не зря в последнее время гэбуха активизировалась. Только и слышно со всех концов необъятной «рашки» о том, что все научные работники мечтают о продаже секретов иностранным разведкам».

К удовольствию всех, с кухни принесли чай и сладкое.

Маргарита Павловна не спускала глаз с гостей, выбирая, видимо, на кого напустить свои женские чары.

– Вы подпишете мне книгу? – наконец она обратилась к Духону, который ей показался моложе, а следовательно, перспективнее.

– С удовольствием, мадам, но не догадался книгу захватить с собой. Досадная оплошность. Извините.

– Зато я предусмотрительная женщина, – зарделась Маргарита Павловна и со смыслом добавила: – Во всех отношениях предусмотрительная. – Она куда-то сбегала и принесла одну из первых книг писателей. – Как только я услышала, кто приедет к нашему Вите, тут же сбегала в магазин, – сообщила она с нескрываемой гордостью. – Жалко, остальные раскупили. Может, когда поеду в Москву, вы презентуете мне другие?

– Мама! Спасибо за чай, – со значением сказал Широков, давая понять теще, не пора ли ей назад, на кухню.

– Понимаю. Понимаю. И удаляюсь, – прижимая книгу к высокому бюсту, проворковала Маргарита Павловна. – Мы еще встретимся.

– Может, поделитесь, Виктор, как продвигаются дела? – полюбопытствовал Мацкевич, когда они остались одни.

– Скажу коротко, удалось продвинуться достаточно далеко. Несколько дней назад я впервые частично испытал программу на себе, – проинформировал Широков и тут же пожалел об этом.

Гости разом подались вперед. Даже Багрянский. Его скептицизм куда-то испарился.

– А нельзя ли с этого места поподробнее? Насколько я понимаю, подобные программы могут многое изменить в нашем мировосприятии. Точнее, как вы выражаетесь, в мировосприятии пользователя. Делитесь, Виктор, – без излишних предисловий предложил он.

«Мерзкий выскочка. Гляди, как осмелел. Немудрено, если его сопровождает ФСБ. Так я им все и выложил», – напрягся Широков.

– Ну, пожалуйста, – видя его замешательство, попросил и Мацкевич.

– Главный момент состоит в том, чтобы совместить программное обеспечение с подачей определенных импульсов в мозг. Только в этом случае возникает эффект полного присутствия. Ребята помогли мне сконструировать импульсный передатчик, который довольно успешно выполняет эту функцию, – мудрено стал объяснять компьютерщик.

– И что? Как само испытание? – продолжал нахальничать Багрянский.

– Что-что? – упорствовал Широков. – Вы разве не понимаете, что это очень интимно? Как, например, я могу вам рассказать об интимном? И потом, эксперимент далеко не чист. Я все же автор программы и не могу забыть, что ее надо улучшать и улучшать. А это мешает стерильному восприятию.

– Тогда могу предложить свои услуги, – не задумываясь, брякнул Багрянский. – Здесь, сейчас. – Глаза его горели, голос вибрировал.

– Не могу, поймите. У этой работы имеется собственник. Заказчик. Если он позволит испытать программу на третьих лицах без его непосредственного участия, то клятвенно обещаю, что с радостью привлеку вас в качестве подопытного.

– Это похвально. Но все-таки для общего понимания нам нужны детали, – осторожно попросил Мацкевич. – Не заставляйте клещами вытягивать из вас каждое слово. Расскажите хотя бы в общих чертах.

Прозвучало как-то угрожающе, хотя Леонид Сергеевич наверняка вкладывал во фразу исключительно бытовой смысл. Но так или иначе, это подействовало.

– Как это можно изложить в общедоступной форме? Не понимаю, – искренне признался программист. – Мне удалось создать несколько элементов виртуального пространства. Знаете, это было так убедительно… Я вдруг понял, что нахожусь где-то далеко-далеко, вместе с женщиной, которая жила в моем воображении.

– И это, конечно, была не ваша супруга, – язвительно вставил Багрянский.

Связного рассказа, как ни старался Широков, так и не получилось. Какие-то междометия, купюры, оговорки. Самым интересным оказалось то, с каким психологическим переломом было связано его вхождение в виртуальную среду и в особенности возвращение в реальный мир.

Когда рассказывать стало нечего, Мацкевич спросил:

– А что дальше? Не удалось ли выяснить что-нибудь новое о заказчике?

– Нет. Да и зачем выяснять? – отмахнулся программист. – Заказчик соблюдает свои обязательства. После того как я отправил по электронной почте описание своих наработок, в почтовый ящик вновь положили конверт с деньгами. Причем сумма оказалась втрое больше той, о которой договаривались.

– По почте? По сути, секретные наработки? – удивился Духон.

– Я же сказал, только словесное описание. Я что, дурак? – искренне возмутился Широков.

– И что дальше? – вновь прозвучал сакраментальный вопрос.

– Работать. Я лишь нашел программный принцип сочетания внутренних образов. Это немало. Дальше надо много чего дорабатывать по линии биологии, медицины, психологии.

– Но вы-то не биолог и не медик?

– Мне и не надо ими быть, – улыбнулся Виктор. – Представляете, стоило мне отправить рапорт о проделанной работе и предстоящих задачах, как чуть ли не в считаные дни получил системно отработанный комплексный проект с четко расписанными установками. Такое впечатление, что над ним потрудилась команда квалифицированных специалистов различного профиля. Мне казалось, что уйдут еще месяцы, пока удастся довести постановочную часть до приемлемого уровня. А тут такие темпы.